Все сбылось.
И потом проходит время, и они встречаются, одичавшие и суровые, все уже выплакавшие и сменившие кожу, они сидят рядом и несут какую-то жалкую чушь, а душа высовывает носик, боится и просит - узнай меня, это же я, это я, ну узнай же, а тело и этого не смеет, и другая душа тоже робко выглядывает и сразу прячется обратно, это я, кричит она шепотом, это я, это ей кажется, что она кричит, на самом деле она просто беззвучно разевает рот, как будто воздух ловит, это ведь и есть воздух.
А в это время два совершенно деревянных тела закрываются руками, им так велели, им велели не сметь.
И потом они, эти два тела, долго плачут, и одна душа зарекается навсегда открывать глаза, а другая душа выходит на площадь и говорит - убейте меня.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Окольные тропы
На самом деле вспоминать нельзя вообще. Думать можно, вспоминать нет.

Совсем не вспоминать невозможно, поэтому осторожно выбираешь безопасные, окольные, хоженые тропы. Какие-то обеды, разговоры какие-то, подарки, я не знаю... Это не больно, т.е. теперь уже почти совсем не больно.

Есть уровень побольнее, туда лучше не залезать. Лицо, и улыбка, и машина перед домом (вид сверху). Смех и сон. Глаза и голос. Вспомнил - терпи и не жалуйся, тебя предупреждали.

А есть двери, которые нельзя открывать вообще никогда. Ты сам знаешь, какие. Ты их уже открывал.

(с) http://malka-lorenz.livejournal.com