Продолжаю никому не нужный рассказ про конференцию "Басткон 2006"

В сумке были не только переводные книжки. Ещё там был сборник «Дом» включающий в себя работы авторов, так или иначе имеющих отношение к работе литературно-философской группы «Бастион». Надо сказать, что эта группа  объединяет православных литераторов, ратующий за Монархию и Империю. Хотя, конечно, далеко не только их.

На обложке сборника «Дом» был нарисован дом. Так обычно дом рисуют дети, по крайней мере, я так и рисовал – одноэтажный домик с дверью и окном и острой крышей на которой справа находится труба. Ну, конечно, получше, чем дети рисуют, но смысл такой же. Единственно, что отличало его от простого детского рисунка, это был крест нарисованный на коньке крыши. Это, конечно, было странно. Потому что такой дом был очень похож на баптистский Дом Молитвы. Для православного издания это прикольно. Православные такие кресты никогда на крышу своих домов не поставят, если протестанты только, да и то сомнительно.

Ну так вот, в этом самом сборнике «Дом» публиковалась статья моей жены Юлии, под названием «Сколько образований нужно переводчику?»,  в которой в легкой увлекательной форме с хорошим юмором рассказывается о том, как тяжело переводить художественную литературу, а вы козлы ещё и недовольны, а то ишь умные больно, научаться словарём пользоваться и лезут, сами переводите, если такие умные…  Ну, и так далее…

Я открыл сборник и принялся читать повесть Игоря Пронина «Принцип учёта». В этом произведении рассказывается о первых годах жизни свободной России, когда люди только начинали строить своё капиталистическое будущее, организовывая банки и коммерческие структуры. В теле проститутки с трёх московских вокзалов неясным образом заводятся разумные пауки, которые вступают в контакт с «хозяйкой» и учат ее, как создать коммерческий банк. Банк создан, однако «хозяйка» умирает, и её закапывают в саду. Пауки выбираются наружу и вступают в контакт с руководством банка. В дело вступают гигантские крысы, но у людей есть свой план. В целом повесть рассказывает о том, что как ни постигай принцип учёта, как ни своди дебет с кредитом, а от расплаты не уйти.

Читал я эту повесть, читал, а жены всё нету. Я заскучал. Но вот она пришла. Сказала: «Давай фотоаппарат, там Головачёв корки мочит, надо на видео писать», схватила фотик и убежала. А я остался один, всеми брошенный и никому не нужный. Только повесть Пронина спасала меня от безумия.

Далеко за полночь моя жена вернулась. Сказала, что Головачёв ушел, а без него было не интересно. Сделала несколько снимков.

В. Головачёв рассказывает:

[486x648]

Н. Науменко улыбается:

[778x584]

Василий Головачев неравнодушен к переводчицам. Он вышел в вестибюль их встретить (благо приехал почему-то на сутки раньше). Переводчицы Российского писателя-фантаста № 1 не узнали. Он решил пошутить.

– Здравствуйте, меня зовут Олег Дивов! – представился Головачев. Олег Дивов это тоже такой писатель-фантаст, только помельче рангом молодой и с длинными волосами.

Переводчицы шутки не поняли, и познакомились. Головачёв не то обрадовался, не то расстроился. Но шутить продолжил.

– На самом деле меня зовут Ник Перумов, – сказал он.

Девушки шутки не поняли и познакомились.

Головачёв назывался ещё многими именами, но только когда он назвался братом Стругацким, они не поверили.

На всё время конференции Головачев получил подпольную кличку Олег Дивов.

Вечером, когда все переводчики собрались в номере Катерины Доброхотовой-Майковой (номер был 456, специально, наверное, чтобы даже по пьянке запомнить было можно) туда пришли Головачёв и Науменко. Головачёв допытывался, кто читал его книги, а также приглашал переводчиц пойти в его номер посмотреть коллекцию марок. Но никто его книжек не читал, (только моя супруга рассказ в сборнике «Фантастика 2003 выпуск 2» да и то название забыла) и филателистов тоже не оказалось.

А главред Науменко рассказывал всякие истории про писателей. Вот одна из них:

Когда писатель Лукьяненко только-только приехал из Алма-Аты в Москву, его ещё мало кто знал. Он тогда начал писать книгу вместе с Ником Перумовым «Не время для драконов». А его жена обзаводилась новыми знакомыми. Одна из её подруг спросила:

– А кто у тебя муж?

– Мой муж писатель-фантаст! – с гордостью сказала супруга писателя Лукьяненко.

– Да? А я вот только одного фантаста знаю – Ника Перумова.

Супруге Сергея Васильевича стало обидно и она в сердцах сказала:

– Подумаешь, Перумов. Да он у нас на кухне под столом спит!

Тут Головачёв поднял бокал и сказал:

– Так выпьем же за писателей, которые спят у нас на кухне под столом!

Потом Василий Васильевич решил отправиться в номер спать, но сказал девушкам, что его  можно беспокоить. Но его никто не беспокоил. На утро Головачев выглядел расстроенным.

Вот так закончился первый день Басткона.