- Кто там? – за дверью послышался твой сладкий голос, занешь, а я раньше и не знал, что голоса бывают сладкими, что бывают безумно сладкими, как твой.
- Эммм… ну это я. – я почему-то мнусь, стесняюсь, почему-то мне за себя стыдно. Наверное потому что я сейчас пришел к тебе, наверное потому что я люблю тебя.
- Заходи… - ты то ли пьян, то ли слишком грустен, но от тебя несло запахом досады и сожаления.
Я медленно зашел. Я делал два шага, которые мне нужны были для перешагивания порога, сотню лет. Целую сотню лет, чтобы сделать два шага, чтобы переступить порог. Целая сотня лет, чтобы быть ближе к тебе. Я тебя давно не видел. Я соскучился. А сейчас, я знаю, я не видел тебя целую сотню, даже тысячу лет. И эти два шага, эти два медленных шага, они стали шагами многих поколений, одной огромной историей. Почему я всегда-всегда возращаюсь к тебе? Почему ты всегда безропотно меня впускаешь? Почему никогда меня не винишь ни в чем? А я всегда почему-то испытываю боль, чувство совести и жажду любить тебя нежно и целовать страстно?
Я зашел. От меня несло сигаретами, выпивкой и улицой. От меня несло потерянным отчаянием, отчаянием, которое нашло свое пристанище в моем сердце, которое полно тобой, которое так жестоко отвравляло твою душу.
- Какой же ты дурак… - ты сказал это так добро, что я даже не обиделся. Ты просто взял меня за руку, притянул к себе близко-близко, так что кожа моей шеи чувствовала твое мерное дыхание, ты просто меня прижал, пригрел, ты просто молчал. Я был нужен тебе. Ты мне всегда это говорил, всегда доказывал, а я, как последний идиот, никогда в это не верил.
У тебя в квартире было уютно. Не так, как на улице, по которой я скитался часа три, а то и четыре. Запах корицы, откуда он? Совсем неуловимый запах горьковатой корицы. Я всегда любил этот запах, потому что так пахло мое детство. Так пахло тогда, когда я еще верил в Бога, видел мать и добро ее глаз, знал отца и уважал его строгость.
- Корица…? – я тихо прошептал это, как человек, который погибает от жажды в пустыне, который ищет воду, но который никогда ее не найдет.
- Да… чай с корицей, между прочим твой любимый… - ты всегда превращал что-то простое и совсем обыденное, в нечно сказачное, ты делал мир волшебней, реальность нереальней, а сказку безграничной фантазией.
Корица. Это действительно был горячий чай с корицей, который я так странно сильно любил, который всегда делал меня сентиментальным, расхлябанным романтиком, но который всегда дарил мне еще больше, чем мог подарить Бог грешнику, молящемуся в церкви за искупление своих грехов.
- Что ты стоишь? Скидывай свою мокрую куртку и иди на кухню, я сейчас приду.
За что мне такое счастье – Ты? За какое добро, сотворенное другим, мне судьба подарила тебя? Для чего я сейчас так дорожу тобой, так дорожу, что боюсь сойти с места, чтобы не потерять все это: тебя, мое пьяное состояние, запах корицы, сентиментальность мыслей, смешную сказку твоих глаз. Почему я так глуп, что не могу без тебя?