Эрик

Тяжелый день. Ты не спал несколько ночей подряд. Но ты не хотел спать. Ты прсото смотрел в окно, наблюдал за тем, как небо рассветает, как оно затухает, как живет, как просто умирает.
Вы так когда-то смотрели вместе с мечтою. Ты ведь помнишь ее: красивый призрак, облаченный в нежные одежды, блаженный запах серебряных волос. Вы вместе стояли на краю света. Стояли и смотрели, куда же уходят секунды, куда испаряется воздух. Ты задыхался, она дарила тебе жизнь.
Она, наверное, была твоим ангелом. Но ты ее всегда звал мечтой. Ее так и звали. Она ею была.
У нее было много дел. Она часто тебя покидала. Но ты знал, что вы всегда смотрели вместе на небо. На то, как умирают другие, без нее. На то, как исчезают звезды, появляется счастье.
Ты многое с ней не мог. Но многое хотел.
А сейчас. Сейчас ты на многое способен. Но ты ничего не хочешь.
Ты начал курить. Дым тебе противен, привкус ужасен. Ты не переносил никогда вкус и запах сигарет. А сейчас ты без остановки все куришь и куришь.
Тяжелый день. Ты не спал несколько ночей подряд. Ты просто не хотел спать. Ты вообще ничего не хотел.
Ты вспоминаешь редкие диалоги с мечтой. Они были тихими. Почти шепотом она отвечала на твои взгляды. Слезами она почти кричала о том, чтобы ты не молил ее.
Но ты был ослеплен ее красотою.
Нет, ты ее не любил. Это что-то намного больше. Совершенно другое.
Ты ее ненавидел за то, что она прекрасна, за то, что так холодна, за то, что всегда откликалась. За то, что она вообще есть.
Ты сейчас стоишь на балконе. Душный воздух давит всей своей массой на твои обнаженные хрупкие плечи. Солнце давно исчезло за горизонт, окрашивая твое лицо золотом.
Ты сейчас стоишь на балконе. Ветер треплет твои распущеные волосы. Ты хочешь, чтобы сияние луны запуталось в них, но кто ты такой?
Ты вспоминаешь ее нежные одежды, ее прозрачную красоту. Ты сейчас видишь ее кровь на своих руках.
Ведь ты всмпомнил, что когда вы стояли на краю ее мира, когда она снова плакала бриллиантовым дождем, ты вонзил нож в ее спину, как до этого ее сестра вонзила тебе. Это твоя месть. Твоя маленькая жизнь.
Дождь прекратился. Взошло солнце. Все стало проще.
Но ты не можешь сейчас без нее.
*****************
Кристиан

Умирают только люди. Умирают только слыбае люди.
Остальные живут вечно. Остальные никогда не рождались. У чего есть начало, есть и конец. Трагедия мира, трагедия счастья.
А ты вечен. Ты – это призрак, который никогда не рождался, который никогда не умрет, который вечно будет призраком.
Ты смирился с этим уже давно. Еще до людей. Ты еще до них понял, что ты обречен и наказан.
Но ты ничего не понял до него. Он – твой призрак.
Ты сидишь на обочине. И глаза, увлажняясь, стыдятся своих слабостей. Ты стал все чаще вспоминать. Это плохой знак. Как и постоянно меняющеся небо.
Оно иногда исчезает, и ты теряешься. Ты теряешь ориентир. Ты не понимаешь куда и зачем.
Ты стал часто завидовать слабым людям. Слабым людям, которые проживя свою слабость, становятся сильными, но мертвыми.
А ты призрак, который все живет и живет в своей слабости. Который все никак не может умереть.
Небо вновь изменилось. Стало светлее. Наверно, рассвет. Медленно, очень медленно, ты встаешь. Тут тихо. Ветер сейчас в другом месте, он где-то не с тобой. Здесь тихо.
Ты малыми шагами идешь вдоль дороги, идешь шаркая подошвами, еле волоча себя. Какая-то смертельная усталость, которой не было прежде, вдруг окутала тебя пуховым теплым одеялом. Ты задыхаешься.
Ты сжимаешь горло. Серебряная цепочка впивается в кожу твоей шеи. Ты только сейчас понял, что она как лезвие ножа, острая.
Горячая кровь медленно стекает по твоей шее. Ткань черной рубашки жадно впитывает влагу, как будто в этом мире вода испарилась миллионы лет назад.
Ты разжимаешь руку и смотришь на свою ладонь.
Твои глаза высыхают, а на ладони все больше и больше крови. Ты смотришь на небо.
Оно вновь изменилось. И вместо рассвета, появился закат. И там снова кто-то смеялся. На этом небе.
Но кто-то просчитался. Ты больше не боишься. Ты просто дальше идешь вдоль дороги, медленно истекая кровью.
Своею кровью. Капли падая на асфальт, тут же испарялись. А закат не исчезал. Он был вечен и будет.
А ты шел и истекал кровью не знакомых тебе слабых людей.