''…абсолютно ВСЕ наши переживания, связанные с вещным миром заведомо привязывают нас к цепочке перерождений? И восторг по поводу "Реквиема" Моцарта? И счастье от того, что сотворил нечто гениальное ("Ай да Пушкин, ай да сукин сын!")? Интересно было бы Ваше мнение на этот счет...''
-----------
В воспоминаниях о св. Севастиане Карагандинском, помнится, была история о том, что он сокрушался в последние годы своей жизни о том, что не может налюбоваться на красоту природы – небо, облака, ручей – всё восхищало старца и в связи с этим – печалило.

Конечно, до подобной степени осознанности своей привязанности к миру – ещё жить да жить. И в этой протяжённости «жить да жить» - вся наша тщета перед безмолвием непривязанности, которое так непросто воспринять как условие освобождения.

Возможно, в связи с этим стоит задуматься о пределе для творчества, для восприятия творчества. Мы восклицаем «А как же наш восторг по поводу реквиема Моцарта?». Неужели и это бремя, камни на наших ногах?


Представьте же человека, вовсе не злодея, лишь не слишком развитого, который испытывает восторг, буквально катарсис слушая разного рода «Гоп-стоп – ветер северный – стрелять так стрелять» . Или просто от попсы. И совершенно равнодушен к Моцарту. Собственно, Моцарта для него ещё вообще не существует.

Что же, можно с улыбкой мудрого брахмана улыбнуться вкусам шудр, но принципиально пояснить «чем Моцарт лучше» едва ли возможно. Дело более - менее развитого вкуса и культуры восприятия? Да – но это дело наживное – по мере освоения более сложных форм – в очередном воплощении придут упоения от Моцарта.
Но ведь что изменилось? Пришло умение замечать более тонкие структуры, оказываться в их пространстве и изменяться так или иначе под их давлением.

Именно это умение воспринимать энергийный поток посредством вхождения в пространство символа и есть наши ощущения – восторг, соритмичность, изменение характера восприятия – всё это результат того, что сквозь нас пошла энергия символа, которая корректирует нас по принципу подобия. Мы уподобляемся красоте или безобразию, оказываясь в сомедитации с тем или иным объектом.
А коли так, то мы и говорим только о том, как формы бытия влияют на нас. Как мы воспринимаем идеи через формы.

По мере нашего развития, мы оказываемся всё более искусны в этом деле, учась видеть всё более тонкие дрожания идеи на кончике травинки в поле.
И всё же на этом этапе нам по-прежнему нужны формы – события, звуки, краски, наше тело в конце концов просто для того, чтобы оставаться в развитии.
И коли смерть лишает нас наших тел, звуков, вкусов и прочих форм – мы будто слепнем, глохнем, теряем способность чувствовать, а что самое страшное – утрачиваем сам язык, речь – которая тоже есть текучая форма, позволяющая нам заметить и означит самих себя, то , как мы привычно мыслим.

За границами существования здесь нам суждено всё это оставить. И что же будет тогда нами? Где тот предел разреженности мира форм, который нам необходим? Этот предел и определит следующий мир, среду, время в которую нам предстоит вернуться, чтобы продолжить работу с формами.

Но если форма не цепляет нас вовсе, то мы просто не можем быть в этом мире. ( Так же про это в заметке тут: http://gnozis.info/viewtopic.php?p=1728#1728 )
Мы окажемся вмиг настолько прозрачней, легче, подвижней, что просто выскользнем из этого бытия. Это одна из причин, кстати сказать, по которой просветлённые имеют свои слабости. Ведь что-то должно держать их в этом мире.

Человек только в одном случае оказывается способен оставить весь этот мир – если его сознание не нуждается ни в какой форме , даже в словах для того, чтобы продолжить развитие.
И если человека очаровывают и притягивают грубые, простые вещи, желание сытости и отсутствие страха – он ещё очень плотен ( бывает, что на какой-то срок). И это мир шудр. Мир перворождённых в человеческом теле.

Формы, которыми такой человек играет на этом уровне – тяжёлые, простые – соха, молот, лопата, натуральный обмен и.т.д.
Поднимаясь вверх по лестнице форм, мы пройдём разные способы зависимости. Они хорошо соотносимы с логикой кастового общества. Не случайно мы вспомнили термин «шудры».
На следующем уровне человек зависит от денег. Потом – от славы, потом – от власти, потом – от знания – но так или иначе – он зависим.
И он снова вернётся в этот мир.

Эта зависимость от разных форм так или иначе отражена во всех целостных символических системах – будь то астрология, Таро, руны и проч. Мы в этом году в студии об этом подробно будем говорить, я думаю. Собственно, первое упражнение как раз и связано с началом изучения этих этапов погружения в сансару и освобождения от неё. Тем и хороши эти упражнения – ем, что вызывают личный опыт, который не заменить отвлеченными рассуждениями.
То есть как раз очень правильно сразу стала развиваться тема о человеке и о форме. На днях мы продолжим работу в этом направлении и заодно соотнесём эту проблематику с символизмом в ряде систем.

Из беседы здесь : http://gnozis.info/viewtopic.php?p=1729#1729