Скользишь на шёлковом белье
по неизвестному маршруту,
считая каждую минуту,
и просыпаясь в темноте.

Хвостами ли переплетясь,
или запутавшись в глаголах,
ты говоришь мне о монголах.
В сковороде шипит карась.

Все три желания – на стол!-
посыпать солью и укропом.
Заесть, запить, заполнить пропасть.
Перевернуть ничейный стол.

Тогда звезда твоя взойдёт,
когда часы пробьют тринадцать.
Мы будем долго целоваться,
цедить белок, растить живот,

качать дитятю, песни петь.
Не зная, в чём мы виноваты,
на шёлковом белье измятом
седьмые сны про рай смотреть.

стихи

"Истеричное" в исполнении автора)



[показать]

http://elenashigona.livejournal.com/51045.html

В твоей машине ключи от чужой квартиры.
Разладилось пианино соседского мальчика.
Листьям давно пора облететь, а они всё живы.
Налей мне корвалола на дно стаканчика.
Мама прислала письмо: у них всё по-прежнему:
Голову моет дождевой водой, совсем не седеет.
Хочешь на ужин любимое блюдо Брежнева?-
Заодно и узнаешь какое – так веселее.
Летом поедем к чёрному морю? Или тебе снятся
Волны иные, скажем, красные, как эта чашка?
Чьё имя кричат во сне заполошные чайки?
Почему эта чашка не бьётся, падая так часто?!
Надо заняться ремонтом. Помнишь, в лютую стужу
Мы грелись под одним одеялом и ничего, не простыли…
Лежим на расстоянии поцелуя. Но он не нужен.
Вспоминается детское глупое «тили-тили».
А мы так и не посадили сад, но не это страшно:
Плохо, что яблоко всё-таки надкусили.
Высыхают чернила ночи под промокашкой.
И откуда-то для дыханья приходят силы.

Можно крылья сшить из тряпья,
помечтать куда полетим.
Можно долго жить без тебя,
как в какой-нибудь сказке Гримм.
Можно время в ступе толочь:
до муки его, до муки...
Потому что наступит ночь
беспредельной глухой тоски.
И, прождав у окна рассвет,
примеряясь то вверх, то вниз,-
вдруг понять, что забвенья нет
и, наверное, в этом - смысл...