[530x274]
В субботу в Ролане смотрел Дитя. Сложно мне сказать, насколько правильным было решение наградить братьев Дарделлов второй Пальмой, но совершенно точно одно: в этом фильме больше достоинств, нежели у Мандерлея Триера. Как известно, именно Дитя и Мандерлей были основными фаворитами в Канне-2005. Я считаю, что жюри также учитывало и то обстоятельство, что в прошлом году Пальму получил американский режиссер за фильм, рассказывающий о связях Буша и Бен Ладена. Я говорю о 9/11 Мура. Признание лучшим фильмом Триера было, по меньшей мере, неправильным. Это я говорю не в ущерб искусству – Мандерлей поистине произведение искусства, - но я считаю, что насилие и порнография, возведенные в ранг искусства, способны собрать кассу, реже – повлиять на людей. Если бы я вручал Пальму, то, думаю, отдал бы ее Дарделлам, в том числе и за то, что они летом, будучи в Москве, заступились за Музей кино.
Разве есть люди, которые пойдут на фильм, рассказывающий о тяжелой жизни девушки, живущей на пособии, парне, ворующем дамские сумочки и их общем сыне, который родился 8 дней назад? Да, человек 10 найдется. Остальные 9 млн. 235 тыс. человек пойдут смотреть Человек-паук. И это хорошо, потому что, когда в 22 часа я смотрел Дитя, около меня почти никого не было, и никто не хрустел картофелем фри. Атмосфера была приятной: хорошая возможность насладиться фильмом.
Немного о фильме. У Бруно было тяжелое детство. Часто бежал из дома после конфликтов, но потом возвращался. Но когда его мать вышла замуж за любовника, он и вовсе покинул свой дом. Тем временем, когда его мамочка развлекалась с новоиспеченным мужем с надеждой «сделать нового», Бруно занимался мелким грабежом. Что касается его девочки, то не понятно, чем она занималась в то время, но понятно одно: во время совместных физических занятий они не предохранялись, видимо, не хватало денег. Хотя, впрочем, деньги здесь не причем: Бруно не доучился в школе и еще не мог знать, к чему может привести соитие. Но он это узнал, когда увидел своего ребенка на руках у подруги. Он не только почувствовал родственную связь с ребенком, но он даже ему имя дал – Джимми. А затем призабыл о том, что у него есть сын. Но не сразу забыл. Утром он арендовал кабриолет и купил детскую коляску. Поехали в мэрию, он признал себя отцом. И тут же забыл, что он уже отец, а не мальчик беспомощный. Но вскоре он вспомнил о сыне, когда проголодался. Он проявил о нем особую отцовскую заботу – взял его покатать и случайно продал. Так, гулял-гулял и продал. И купил чисбургер. А своей возлюбленной показал купюры евро.
Чего не хватает в этом фильме, так это жертвы. Бруно должен был покоятся и умереть, как это было в романа Газданова Пилигрим. Но Дарделлы до этого не догадались, или же сжалились над Бруно. Хотя, впрочем, он в конце фильма так разрыдался, как обычно бывает перед казнью; в этих слезах не было чувства покаяния, но желание жить чувствовалось.
Мне кажется, пусть интерпретирует это по каждый по своему.