Я тут подумал и понял, что все-таки лучше в эту главу добавить )))))
Тут немного, но, надеюсь, скрасит некоторым ожидание следующих глав )

* * *
- Итак, мисс Петерс, я Вас очень внимательно слушаю.
Дверь в покои лорда Годрика захлопнулась за спиной Аннис, отрезая от всего остального мира. Гриффиндор, пройдя в глубину комнаты, остановился и развернулся на каблуках, глядя девушке прямо в глаза. Аннис постаралась выпрямиться, вздернув вверх подбородок.
- Надеюсь, это хоть Ваша настоящая фамилия? – уточнил Годрик.
- Да… сэр, - ответила девушка. – Насколько я помню. Понимаете, - торопливо добавила она, - мой отец был мельником, сэр, магглом. А мать была ведьмой. Он знал это, но все равно любил ее. А потом пришли норманны и отняли нашу мельницу. Я в лесу с деревенскими ребятами играла, и не знала этого… Когда вернулась – родителей уже не было, и я убежала. Я шла несколько дней, пока не выбрела к людям, которых совсем не знала. Тогда-то госпожа Джина меня и подобрала.
- Джина? – знакомое имя отозвалось в сердце.
- Да, - Аннис закивала. – Сэр, она так Вами гордилась! Она…
- Погоди! – Гриффиндор поднял руки. – Не так быстро. Ты про кого говоришь?
- Ну, госпожа Джина же, - нетерпеливо повторила девушка. – Ваша сестра. Разве нет?
Значит, он не ошибся. К тому времени, когда Годрик вырвался из родительского дома на поиски приключений, все его сестры были уже замужем и разъехались по округе. За все эти годы он так и не удосужился к ним заглянуть: сперва не давала боль, а потом все как-то не складывалось.
А они, оказывается, гордятся…
- Мальчики – ее внуки – очень хотят попасть к Вам учиться, - тем временем продолжала Аннис. – И я тогда подумала: а чем я хуже? Конечно, я не парень… Но госпожа Джина замечательная волшебница! К тому же и здесь среди четырех наставников две женщины.
- Но ты не должна была обманывать! – пытаясь вынырнуть из этого все ускоряющегося словесного потока, вставил свою реплику Гриффиндор.
Девушка состроила гримаску.
- Ну да, как же! Вы же видели, как этот скривился, едва меня… увидел!
- Не этот, а лорд Салазар, - вступился за друга Годрик. – Но вопросы обучения решает не он один. Нас четверо, мы бы обо всем смогли бы договориться.
- Но ведь теперь уже поздно? – зеленые глаза девушки смотрели невинно-доверчиво, и Гриффиндору осталось только развести руками.
- Увы, да.

- Годрик?
Гриффиндор удивился. Ровена редко к кому обращалась первой, предпочитая по вечерам уединение. Однако сейчас она стояла на пороге его покоев, и мужчина посторонился, пропуская ее.
- Добрый вечер! – улыбнулся он гостье. – Что-то случилось?
- Случилось, - сухо ответила Ровена. – Я бы хотела услышать, что ты собираешься делать с девушкой.
- А… я должен с ней что-то делать? – искренне удивился Годрик.
Баронесс возвела глаза к потолку.
- Я так и думала, - устало произнесла она. – И где она будет спать, ты тоже не подумал?
Гриффиндор смутился. Действительно, он упустил это из вида – хотя утром Салазар открытым текстом намекнул ему о возможных последствиях.
- Надо выделить ей отдельную комнату, - продолжала тем временем Ровена. – Наши башни похожи – там полно свободного места. Ты сможешь об этом позаботиться?
Годрик рассеяно погладил бороду.
- Гхм… Вообще-то… Если ты будешь столь любезна, что… В общем, я был бы рад воспользоваться твоей помощью, - наконец честно ответил рыжеволосый мужчина. Он подозревал, что даже если сделает все сам, Ровена потом наверняка заявит, что это все неправильно.
Баронесса пожала плечами и направилась к выходу.
- Тогда, надеюсь, ты впустишь меня на свою территорию, - не оборачиваясь, сказала она. – У меня уже есть мысль, как надо сделать.
Сопроводив ее наверх своей башни, Гриффиндор открыл паролем вход в общую комнату. Ученики дружно подняли головы, разглядывая вошедших. Даже те, кто учились здесь третий год, никогда не видели, чтобы кто-либо из прочих наставников входил к ним – даже глава их собственного Дома бывал здесь крайне редко. Эта зала отдавалась им как бы в личное владение.
Ровена заставила себя промолчать: хоть она и не требовала, как Салазар, чтобы ее студенты вставали при ее появлении в общем зале, но культурным юношам хватало такта подниматься, когда дама заходила к ним в общую комнату.
Обглядевшись, она с трудом разглядела в общей толпе Аннис. Девушка ничем не отличалась от толпы мальчишек и, казалось, ничуть не тяготилась их обществом. Ну что ж, в любом случае, это ненадолго.
Ровена заставила себя сосредоточиться на лестнице, ведущей к спальням. Размеры замка вообще и башен в частности позволяли разбить спальни для каждого года поступления, и еще оставалось место. Повинуясь движению волшебной палочки баронессы лестница разделилась на две части, одна осталась на месте, а вторая отъехала в сторону, и за ней образовалась еще одна дверца.
- Мисс Петерс, - строго произнесла Ровена, и девушка, немного помедлив, поднялась на ноги и подошла к ней. – Ваша спальня отныне будет находиться в отдельном помещении. Будьте добры собрать свои вещи и перебраться туда.
Аннис бросила взгляд на Годрика, стоявшего чуть поодаль. Лорд согласно кивнул, и она неохотно, нарочито медленно стала подниматься по лестнице, ведущей в ее прежнюю спальню.
- А теперь сообщение для вас, молодые люди, - хорошо поставленный голос Ровены заставил мальчишек перестать провожать глазами Аннис и обернуться к леди.
- Я ни в коей мере не хочу усомниться в вашей порядочности, джентльмены, - завладев их вниманием, продолжала баронесса, - но тем не менее вынуждена прибегнуть к определенным приемам безопасности. Лестница зачарована так, что ни один представитель мужского пола не сможет подняться по ней. Более того, стоит кому-либо вас поставить ногу на первую же ступеньку, как по всему замку разнесется громкий звук. Думаю, вы, не желая переполоха, воздержитесь от подобных опрометчивых поступков, и будете уважать право леди на уединение.
Обведя залу внимательным взглядом и убедившись, что все вникли в смысл ее слов, Ровена развернулась и подошла к Годрику. Вместе наставники покинули общую комнату.
- Спасибо, - улыбнулся Гриффиндор, когда дверь за их спинами закрылась.
- Не за что, - баронесса поджала губы. – Меня утром возмутил тон Салазара, но в принципе я с ним согласна. Я не против обучать девушек – напротив, я была бы только рада этому, однако вот так, вперемешку с юношами… Да еще и ночевать в столь непосредственной близости. Это, в конце концов, выходит за рамки приличий.
- Ты просто леди, Ровена, - усмехнулся Годрик. – Я вот с детства прекрасно знал, чем мальчики отличаются от девочек, и откуда дети берутся.
Баронесса смерила его мрачным взглядом и, больше не говоря ни слова, начала спускаться. Гриффиндор дернул себя за бороду.
- Ну вот что я снова сказал не так? – пробормотал он себе под нос и направился к своим покоям, постаравшись выкинуть из головы все лишнее.

- Девушки должны носить платья, - мягко убеждала Аннис Хельга.
- Но ведь под мантией все равно не видно! – девушка пыталась сопротивляться. Проведя около месяца в мужской одежде, она оценила все ее достоинства, и перспектива снова носить юбку не особо радовала.
- Еще как видно, - несмотря на ласковый голос, Хельга была непреклонна. – У тебя ноги видны из-под подола.
- Это просто… Она мне маловата, - Аннис отпиралась скорее из принципа, она уже поняла, что победа останется не за ней.
- Мантия как раз нужной длины. А теперь – снимай ее.
Теплые руки госпожа Хаффлпафф помогли Аннис избавиться от черной мантии, точно такой же, в каких ходили все студенты. Эта мысль пришла в голову Ровене, которая ко второму году обучения решила, что одинаковая одежда упорядочивает мысли и дисциплинирует. С тех пор поверх своей обычной одежде студенты носили черные мантии с повязанными на левых предплечьях ленты с цветом Дома.
Палочка белокурой леди совершила взмах, и Аннис почувствовала, что привычные уже штаны пропали, преобразившись в длинное платье. Рубашка стала тоньше и длиннее, рукава теперь наползали на кисти рук.
- Вот так, - улыбнулась Хельга. Она повернулась к стопке принесенных девушкой вещей и проделала над ними те же самые манипуляции. – И последнее…
- У меня больше ничего нет! – поспешно произнесла Аннис.
- Твои волосы, - Хельга покачала головой. – Они ведь были длиннее?
Мужчины-англосаксы носили длинные волосы – ниже плеч, но с женскими, конечно, они не могли сравниться. Выдавая себя за юношу, Аннис пришлось отрезать свои косы – единственное, о чем она по-настоящему тосковала. Косы у нее были роскошные, тугие, чудесного рыжевато-бронзового цвета.
Хельга уловила эту грусть во взгляде девушки и снова взмахнула палочкой. В следующее мгновение Аннис радостно вскрикнула, недоверчиво проведя рукой по своим моментально отросшим волосам.
- О, леди Хельга, спасибо огромное! – теперь уже совершенно искренне воскликнула она. – Я…
- Не стоит благодарности, - белокурой женщине было приятно видеть счастье на лице девушки. – Жалко, наверное, было резать такую красоту.
Аннис широко улыбнулась и уже почти без разочарования сгребла свои вещи. Провожая ее до выхода, Хельга произнесла:
- И вот еще что: я понимаю, что твой наставник – лорд Годрик, но если возникнут вопросы, ты всегда можешь прийти ко мне. Я буду рада помочь.
- Спасибо, мэм! – от души поблагодарила ее девушка. – Спасибо за Вашу доброту!