Елин с АРИЕЙ простился,
В путь-дорогу снарядился,
И «арийцы» под окном
Сели ждать его с пивком.
День, неделя, год проходит-
Саша Елин не приходит;
И Кипелыч сник в конец:
«Позабыл нас наш беглец!
Больше мочи нет терпеть:
Буду щас «Калинку петь»!»…
«Ой, не надо, ради Бога,
Погоди ещё немного! –
Дружно в голос закричали
Наши братья по печали. –
Не один же он поэт!
Мы объедем белый свет:
Может быть, его найдём
Иль другого приведём…»
Ну, Валеру уломали,
Все в ларёк бутылки сдали –
Вот и деньги на дорогу;
Зашагали дружно в ногу.
Путь был долгий и тяжёлый;
Кончился последний желудь –
С Дуба нечего срывать,
Что ж, придётся помирать…
«Нет, «арийцы» не сдаются!
Сквозь преграды все пробьются
И дотянутся до звёзд!» -
Вдалбливал ребятам Холст.
«Ну, а где же наш поэт? –
Маня спрашивал в ответ. –
Мы объехали Сахару
И Америку задаром?!
Лезли к бивням чёрных скал,
Попадали под обвал,
Рисковали всем порой –
Я теперь уже герой!».
Теря ляпнул тут со скуки:
«У тебя, наверно, глюки!
И от нас в отличие
Мания величия!».
Маню всё-таки простили,
Но совсем уж загрустили…
Кто-то предложил в сомненьи:
«А не дать ли объявленье:
Так и так, мол, ждём ответе
От великого поэта.
Долго размышлять не стали,
Объявленье написали…
И однажды в день ненастья
Подвалило к Дубу счастье:
«Гы, а я уже нашлось!».
Маргаритой назвалось…