Меня надо бить большущей палкой, дабы отучать от вредных привычек и приучать к порядку.
Имеешь сотню сумок - будь добра их чистить. Разбираешь периодически сумки - будь добра делать тоже самое с карманами. С карманами...

Я не люблю шокировать людей в метро, ну чесное слово! Ни в метро, ни в другом общественном транспорте, ни на улице... Не тяготею я к этому, но отчего-то, постоянно так получается...
Сегодня я одела куртку, которую не одевала с весны. Стирки эта самая веСЧЬ не требовала, поэтому она так себе спокойненько и провисела на вешалке в прихожей всё лето. А сегодня настал её день.
Ещё о карманах. Надо отметить, что лиса сует в них не только мусор и всякую нужную всячину, но ещё и руки. Говорят, что держать руки в карманах - плохой тон. Но есть такие удобные для этого кармашки, что удержаться просто невозможно. Тем более, что лапы, отправленные в куртку, живут там себе своей жизнью: они плавают и дергаются в такт музыке, они перебирают "богатство", и т.д., и т.п.
Спускаюсь сегодня утром в метро. Правая рука нащупала в кармане какую-то мятую тряпку. В недоумении вынула её из кармана и уставилась. Какой-то грязный, драный комок. Странно было другое: почему-то пальцы, держащие его, задрожали, а по коже прошел озноб. Офигенно!, - подумала я, - Просто офигенно! Ну, глюки, глюками, а все равно, смотрю на эту штуку, как Пятачок: "И откуда, интересно узнать, взялась эта тряпочка?!" Было в ней что-то знакомое... Через пару секунд до меня дошло, что это мой собственный носовой платок, вернее, это то, что им когда-то было.
И тут же меня осенило - откуда ток, и озноб откуда - тоже... Я не имею привычки брать с собою носовые платки. Они у меня имеются, естественно, аккуратненькой стопочкой лежат на полке с бельём. А в сумке всегда болтается пачка бумажных - они удобнее. А вот этот ужос много дней таскался в кармане, потому что все-время был нужен. Он весь пропитан слезами, дырки в нём - от зубов, моих же собственных зубов... Я держу в руке комок горя и безнадеги. И тут же моя рука, по-видимому всё ещё живущая своей жизнью, как швырнет эту жуть прямо на ступеньки эскалатора... Да ещё и кинулась брезгливо вытирать пальцы и ладонь о куртку... Тетка, стоящая впереди меня, та тетка, у ног которой и приземлилось это самое нечто, повернулась ко мне и выразительно посмотрела. Дальше я, опять, как в мультике, уставилась в потолок, будто узрела там нечто ужасно интересное, разьве что, не присвистывая. Тётка отвернулась, я посмотрела вниз... Ужос лежал на ступеньке. Я дернула вниз по лестнице. Не хочу даже стоять рядом...
А, когда я спустилась на платформу, отдышалась, и вдруг...
И вдруг такая благость на меня опустилась!! Не передать словами! такая нега, такое блаженство... Модра сама собой расплылась в улыбке. Честное слово, счастье познается в сравнении! Если вы никогда не испытывали этого на себе, не признавались себе в этом - мне вас жаль... Это... ЭТО...
Да пошло все, слушай, Машенька!))))))))) Думать, башку чем-то забивать, спорить о чем-то... Гнилое это занятие!! И думать не хочу! Вон там, где-то под металическими ступеньками эскалатора валяется концентрированная безнадега, с чувством не искупляемой вины, вечная горечь...
И я пошла к поезду, чуть не приплясывая... Мне больше не нужен этот платок, о чём ещё спорить? Неужели может быть что-нибудь важнее...
В наушниках пело:
"...Ты стоишь на пороге в белом плаще.
С черных волос на паркет стекает вода.
Слишком поздно тебя пытаться придумать назад..."