авторы Я и Дейдара Роджерс.
Это последняя и, пожалуй, самая психоделическая вещь, когда-либо нами написанная.
Где и как мы накурились этой травы - я не понимаю до сих пор.
WARNING: М+М, нецензурная лексика, инцест


В эту ночь сон Кадажа был беспокойным. Он не был кошмаром из прошлого, приносящим с собою тяжелое удушье, но… Сильвер бесконечно долго брел по границе между сном и явью и никак не мог заставить себя проснуться. Когда же, наконец, это ему удалось, он с некоторым удивлением обнаружил, что спит не в своей комнате, а на диване в гостиной. Кадаж наморщил лоб - он был уверен, что помнит, как, и главное - где именно вчера лёг спать. Однако, голова была неимоверно тяжелой, и младший решил списать все странности на усталость после вчерашнего задания. Вчера он и вправду едва ли помнил себя, добирался до дома на автомате и вполне мог не запомнить подробностей вечера, а еще вернее - ночи. Хотя, всё же, странно…
Некоторое время младший бездумно пялился в потолок, потом, наконец, решил подняться, понадеявшись на то, что после чашки чая почувствует себя лучше. И побрел на кухню.
Язу как раз налил себе вторую чашку чая. Он знал, что Кадаж, если уж не улетел на миссию (видимо, отменили), будет вставать позже, ну а Лоз, как обычно, уже ушел самым первым. Поглядывая на часы, средний сильвер видел, что у него есть в запасе пара десятков минут на то, чтобы выпить лишнюю чашку чая и уйти до того, как Кадаж явит кухне свой пресветлый лик. В общем-то, это было что-то из разряда неоговоренного, но подразумевающегося само собой. Однако, стоило только Язу потянуться за печеньем, как в дверях кухни появился растрепанный и, как всегда с пробуждения, недовольный миром младший брат.
- Доброе... утро. - запинаясь, выдавил средний сильвер, не найдя, что ещё можно было бы сказать в этот момент. Поднялся, спешно вылил недопитый (а точнее, только пригубленный) чай в мойку, отправил туда же чашку и, как можно быстрее, прошмыгнул мимо Кадажа в прихожую. «Часы надо будет перевести на правильное время» - думал он, поспешно одевая туфли. Ну, разумеется, младший встал как и обычно. Это Язу со своей второй чашкой чая задержался дольше, чем положено. Кадаж удивленно проводил среднего брата глазами: что за паника с утра? Взглянул на мойку, в которой одиноко расположилась синяя чашка. (Синяя?) И вышел в коридор, заправляя за ухо челку.
- Что случилось? - спросил он, недоуменно глядя на поспешные сборы Язу.
Тот вздрогнул, чуть не выронив из рук обувную ложку. Вопрос был не то, чтобы даже неожиданным, он был, скорее, из разряда «фантастика».
- Опаздываю, - отчитался средний, аккуратно кладя ложку для обуви на место. - Ничего не случилось. - с этими словами Язу выскочил за дверь, как ошпаренный, даже не став проверять, все ли взял с собой.
Младший сильвер остался один, со стойким ощущением какой-то неправильности происходящего. Потом пожал плечами и вернулся на кухню. Все-таки организм требовал горячего. Однако, банки чая на месте не оказалось. Кадаж еще раз пересмотрел содержимое шкафчика, чувствуя, как в нём поднимается раздражение. Впрочем, чая в это утро ему выпить так и не удалось. Почти сразу же раздался телефонный звонок, за которым последовал неожиданный вызов к Ценгу. Удивлению сильвера не было предела. Но, удивление его превратилось в настоящий шок, когда он, во-первых, получил выговор за сорванную миссию (Какая, к бахамутам, миссия?). Во-вторых, обнаружил, что он работает в ТУРКах и сегодня среда, а в третьих - искренне и возмущенно высказал всё, что он думает по этому поводу непосредственно начальству. То есть Ценгу. Видимо, вызвав шок и у последнего (Рено, стоявший за дверью, Кадажу был готов аплодировать). Дисциплинарных взысканий, правда, шеф ТУРКов применять не стал. Немного придя в себя и не забыв убедиться во вменяемости младшего сильвера (собран и адекватен, но отчего-то настолько железобетонно уверенный в том, что сегодня суббота, что на какое-то мгновение заставил сомневаться даже его), Ценг выписал ему двухдневный выходной. С приказом хорошенько выспаться и прийти в себя.
Весь день сильвер прошлялся по Мидгару, пытаясь выстроить логическую цепочку событий, но факты решительно не желали увязываться хоть в какое-нибудь её подобие. Кадаж точно помнил, как возвращался домой с задания и ему адски хотелось спать; как уснул, едва ли положив голову на подушку. И… странности начались с утра. Впрочем, нет, не с утра. Сильвер припомнил, что когда вылетал на задание с ТУРКами (и это было в среду, которая, получается, наступила только сегодня), у последних случилась накладка: кого-то не то поменяли, не то отозвали прямо перед вылетом. Короче, кутерьма была знатная, Синклер, помнится, чуть голос не сорвал. А потом у Кадажа разболелась голова, и вспоминать и анализировать дальше сильверу резко расхотелось.

Язу, вернувшийся пораньше и уже сидящий над обработкой информации для еженедельного итогового обзора новостей, услышал, как мягко клацнула, закрываясь, входная дверь. Кто-то из братьев пришёл домой. Судя по отсутствию шума, это Кадаж. В голову снова полез утренний случай, но Язу упрямо отмахнулся: ну, мало ли, всякое бывает. Его часы, как выяснилось позднее, шли правильно, а младший брат мог просто проснуться раньше. В конце концов, ничего криминального не случилось, так что, средний сильвер головы от ноутбука не поднял и вообще никак не обозначил, что заметил возвращение брата.
В квартире было непривычно темно, только из комнаты лился слабый свет, какой обычно бывает, когда сидишь за ноутбуком. Первым делом младший сильвер дошел до кухни, где жадно выпил стакан воды. Есть не хотелось. Из комнаты по-прежнему не доносилось ни звука, и Кадаж снова подумал о том, как же всё происходящее странно. Язу (а то, что компьютер работал именно в руках среднего брата, он просто знал. Как и то, что Лоз еще не пришел домой) на его приход не отреагировал вовсе. Впрочем, младший отмахнулся от этого, не совсем приятного наблюдения, решив, что брат просто заработался. В конце концов, сейчас Кадажа больше заботили проблемы иного характера.
- Привет, - поздоровался он, входя в комнату.
Язу этому приветствию, мягко говоря, удивился. Чуть не подпрыгнул и отчетливо дернулся - не ожидал. Внимательно посмотрел на Кадажа из-под чёлки и осторожно ответил:
- Привет. Все в порядке?
- Не знаю, - честно ответил тот. Сделал было шаг навстречу, словно хотел сесть рядом с братом, но что-то такое в голосе и позе Язу заставило его изменить траекторию движения и сесть напротив.
Язу не представлял, что можно было ответить на странную фразу младшего и промолчал, мимоходом подумав, что хорошо хотя бы то, что странно ведущий себя Кадаж не настроен на ссору (впрочем, последние тоже постепенно отошли в прошлое, сменившись тщательно поддерживаемым безразличием людей, не связанных друг с другом ничем, кроме общего места проживания). Пожав плечами, он попытался вернуться к работе, но молча сидящий напротив и кажущийся очень растерянным младший брат изрядно нервировал. Работать под его взглядом было решительно невозможно, Язу не мог сосредоточиться и был вынужден перечитывать каждый абзац по несколько раз.
Подобное равнодушие со стороны Язу, честно говоря, задело. Но еще больше Кадажа настораживало явное ощущение эмоциональной блокировки, исходившее, кстати говоря, от обоих старших братьев. Словно оба поставили непробиваемый экран, как… когда-то давно. Воспоминание о том, что было когда-то давно, неприятно кольнуло.
- Язу! - окликнул Кадаж.
Тот вздрогнул и ощутил сначала прилив раздражения от того, что младший брат ведет себя непонятно и тем самым выводит его из состояния равновесия, а после - недоумение и что-то похожее на угрызения совести. Что-то с Кадажем было, всё-таки, не то. Когда он последний раз первым заводил разговор? Что-то спрашивал? Да вообще - обращался к Язу по имени? Средний сильвер повернулся, повел плечом, отбрасывая назад волосы. Вопросительно посмотрел на младшего брата - мол, что?
- У тебя бывают сны наяву? - в лоб спросил Кадаж.
- Нет, - отозвался Язу, удивляясь этому вопросу и начиная беспокоиться. Потом поправился: - Хотя, может, и бывают, но я просто не помню. Почему ты спрашиваешь?
- Потому, что не могу понять, что происходит, - мрачно констатировал младший.
- А что происходит?
- Вот и я хотел бы узнать. По-твоему, всё нормально?
- Да. Нет. Точнее, я вижу, что у тебя что-то случилось. Не мог бы ты как-то конкретнее обозначить, что имеется ввиду под твоим «всё»? - Язу старался говорить максимально нейтральным тоном. Он успел забыть, что такое ссориться с Кадажем, и вспоминать прямо сейчас что-то не очень хотелось. Вернее, не хотелось вовсе.
- С какого хрена я в ТУРКах?
- Ты у меня спрашиваешь? - изумился средний. - Откуда мне знать, зачем ты пошел в ТУРКи? Ты мне, в общем-то, никогда не отчитывался, что и зачем делаешь.
- Я пошел? - изумился, в свою очередь, Кадаж.
- Ну, не я же!
- И давно?
- Кадаж. У тебя что-то с памятью, да? - тихо-тихо спросил средний сильвер после минутного молчания.
- Да, - так же тихо ответил Кадаж, тупо глядя в пространство перед собой.
- Так. Надо успокоиться и выпить чая. Ты кому-нибудь говорил об этом, кроме меня? - Язу решительно повернулся и пошёл на кухню, продолжая говорить, лишь повысив голос, чтобы стоящему в комнате брату было слышно. - У тебя могут быть проблемы по работе.
Набрав воды в чайник и щелкнув кнопкой его включения, средний сильвер полез за чаем и мимолетно нахмурился, обнаружив, что в шкафчике кто-то не слишком аккуратно рылся. Несколько минут Кадаж по-прежнему пялился в никуда, пытаясь осознать то, что ему только что сказал брат, потом встал и отправился следом.
- Тебе вдруг понравилась моя чашка? - спросил он, увидев в руках у среднего синюю кружку. Утром, кстати говоря, Язу тоже из нее пил.
Средний сильвер, насыпающий чай в заварник, в очередной раз дернулся от неожиданности и едва не рассыпал чайную смесь.
- Вообще-то, Кададжи, это моя чашка. Ты мне ее подарил… давно. Твоя - вот она, - Язу показал взглядом на стоящую рядом белую кружку с выпуклым изображением кота с желтыми глазами-стекляшками.
- Вообще-то, я дарил тебе зеленую. Вернее, предложил на выбор любую. Ты выбрал зеленую, а Лоз взял желтую. Сефирот - красную.
- То есть, ты уверен, что этих чашек был набор, так? - Язу прошел к посудному шкафу, распахнул дверцу, достал большую красную бульонницу. - Это - кружка Лоза, - следом сильвер извлек высокую керамическую кружку с напечатанной на ней фотографией Мидгара. - А это - Сефирота. Посмотри сам - других у нас нет.
Кадаж округлил глаза:
- Но… Они же разбились! Твою дивизию, это было больше года назад! Зак уронил… - дальше последовало нечто совсем уж нецензурное, младший отчаянно пытался удержать на месте рассыпающуюся мозаику мира, потом поднял глаза на среднего брата. - Слушай, а какой сейчас год?
- Зак уронил?.. - Язу убрал посуду обратно в шкаф, раздумывая, как бы помягче объяснить младшему, что сослуживцы Лоза и Сефирота к ним домой не приходили вообще и уж тем более, посуду не били. Что же с ним такое происходит? Ложные воспоминания? Но с чего?
- Сегодняшняя дата на календаре.
Кадаж посмотрел на календарь.
- Нет, все правильно… почти, - и потер виски. Челка его при этом коснулась стола. Если не брать в расчет дни недели, то с годом всё было верно. И даже с текущим месяцем. Что же, чёрт возьми, происходит? Не могло же все быть просто сном?
- Твой чай, - лаконично сказал Язу, пододвигая к брату исходящую паром чашку. Белую.
- Может, ты, м-м-м, переработал? В последний месяц я тебя дома почти не видел.
- Ты издеваешься?! - неожиданно вспылил младший, вскакивая и едва ли не перевернув свою чашку. - Мы же вместе… - он внезапно осёкся. Ценг сегодня тоже предположил, что он, Кадаж, переутомился. - Впрочем, нет. Не знаю. Извини, - и с этими словами он стремительно вышел в ванную, ополоснул лицо холодной водой. Может, он действительно сходит с ума? Сильвер посмотрел в зеркало, но ничего странного не заметил.
Ну, вот: нормальная реакция нормального Кадажа. Язу даже выдохнул облегченно, но тут же нахмурился вновь. Кажется, младшему брату требовалась помощь. Но, разумеется, если ему предложить, он откажется… еще и Язу останется виноват. Нет уж, спасибо, кушали. Поэтому средний сильвер остался на месте, несмотря на то, что ему хотелось немедленно побежать вслед за младшим и попытаться выяснить, чем и как он, Язу, может ему помочь.
В замке тихо щелкнула карточка и домой вошел Лоз.
- Лоз! - подлетел к нему Кадаж, вцепившись в широкие плечи брата. - Я похож на идиота?
- Н-нет, - с запинкой ответил старший. Такого вопроса он явно не ожидал, и похоже, он вообще не ожидал ни вопросов, ни самого Кадажа. - Что у вас случилось? - осторожно спросил он, обращаясь, в общем-то, к обоим братьям.
Язу пожал плечами:
- Я не знаю. Кадажу... кажутся странные вещи. Он утверждает, что Зак у нас разбил посуду год назад.
Судя по округлившимся глазам Лоза, старший сильвер полностью разделял позицию Язу. Все это смахивало на некий странный заговор, однако, Кадаж сразу же оборвал эти мысли. С чего бы Язу, Лозу и Ценгу разыгрывать его подобным образом?
- Ладно… Разберусь, - буркнул он, решив, что утро вечера мудренее. Быстро приняв душ, младший без лишних разговоров отправился спать. Никто из братьев, похоже, не обратил на это никакого внимания. Кадаж уткнулся в подушку, пытаясь задавить неприятное чувство одиночества и… равнодушия, что ли? - поскорее забыться сном, надеясь, что завтра, когда он проснется, все это окажется лишь глупым наваждением.
Язу, обнаружив, что младший брат почему-то лег на кровати, хотя обычно предпочитал софу в гостиной, молча застелил упомянутую софу и улёгся тоже. Завтрашний день обещал быть суматошным, а тут еще и Кадаж, видимо, окончательно заработался. «Попросить, что ли, Зака, чтобы тот попросил Ценга, чтобы Кадажу отпуск дали? Пусть съездит куда-нибудь, отдохнет нормально…» - на этой мысли Язу заснул окончательно.

***
Средний сильвер проснулся, вроде бы, как всегда. На той кровати, которая была большой, но, в последнее время, он спал на ней один. В это утро всё было, как обычно… кроме спины Лоза у стены и - Язу специально принюхался, не вполне доверяя первому ощущению - запаха волос Кадажа на подушке. Аккуратно накрыв старшего брата общим одеялом, средний спустил босые ноги (кстати, где тапочки?..) с постели и прислушался. На кухне явно кто-то был, и если логически прикинуть, то в личных апартаментах сильверов в Шинра-Билдинг это мог быть только Кадаж.
- Ничего не понимаю! - пробормотал себе под нос Язу, но, все же, поднялся и пошел выяснять, почему Кадаж все еще дома. А также, если удастся, — зачем младший брат положил к нему в постель свою подушку. Ну, и если уж совсем повезёт - то почему они с Лозом спят вместе.

Кадаж задумчиво размешивал ложку сахара в чашке с чаем, краем глаза приглядывая за тихо шкворчащей на сковородке яичницей. Как это обычно бывало, первые пару дней после окончания задания он вскакивал, что говорится, с первыми петухами - то ли усталость сказывалась, то ли излишнее возбуждение. Увидев в дверном проеме среднего брата, сильвер улыбнулся:
- Привет.
- Привет, - Язу, уже приготовившийся ершиться в ответ на наезды, никак не ожидал этого уютного приветствия и запаха яичницы (даже с целыми глазками - как он любил, да что, вообще, происходит?..). И этого уютного, улыбающегося Кадажа. Как будто вся эта жизнь «до» ему только приснилась. Средний сильвер тряхнул головой, отгоняя ненужные сейчас сожаления и опасную веру в то, что у них хоть что-то может быть хорошо. То, что происходило сейчас, в картину мира не вписывалось (Кадаж, готовящий яичницу?!), но, наверняка имело свое прозаичное объяснение. Зная младшего, нужно было лишь дождаться, пока тот озвучит, что такое вновь происходит с их жизнью. «Зов Матери?» - Язу вздрогнул от этого мысленного предположения. Не может быть, прошло столько лет… «Может» - веско сказал кто-то внутри. Средний сильвер вздохнул, стиснул зубы, улыбнулся краешками рта и плюхнулся на табурет напротив брата. Очень хорошо. На самом деле, не ради Матери, но ради хоть Бахамута лысого - если Кадаж хочет что-то обсудить, то Язу готов. Просто потому, что это - Кадаж. Средний сильвер вцепился в печенье и выжидающе уставился на младшего брата.
- Чаю налить? - осведомился тот.
Язу моргнул.
- Да, - и внимательно смотрел на этого Кадажа, который, кажется, был вовсе не Кадаж.
Младший, тем временем, поставил перед братом чашку, наполненную до краев. Зеленую. И, в свою очередь, тоже взяв себе печенье, беззаботно уставился на экран мобильника, лежащего рядом.
Язу прокашлялся и рискнул:
- Что пишут? Какая погода за бортом? Почему мы спали вместе?
- Ты что, не проснулся? - спросил младший, удивленно подняв глаза на брата и, судя по всему, только что отправив смс-ку.
Язу повел головой, откидывая волосы назад.
- Вообще-то, проснулся, - он повертел в руках зеленую чашку, запрещая себе думать о том, куда делась его собственная, синяя (которую Кадаж же, кстати, и дарил). - Я хотел уточнить, почему Лоз спит со мной, и почему твоя подушка на моей, ладно, нашей, кровати.
- Потому, что это наша кровать, - миролюбиво ответил Кадаж, голосом выделив слово «наша».
С этим спорить было сложно. Вместе же и выбирали. Другое дело, что некоторое время назад старший и младший братья на этой кровати спать перестали. Впрочем, «перестали» — не значит «отказались совсем», да? Язу внимательно разглядел печенье. Овсяное с орехами. Лозово любимое… только они уже сто лет такие не покупали. Как и не завтракали вместе. Но, так как выбора не было, пришлось есть то, что было в руках, не переставая напряжённо сражаться с нахлынувшим вдруг чувством острой ностальгии, от которой на душе становилось больно. Что ж, если Кадаж не хочет отвечать прямо, то он выяснит мотивы младшего брата позже. А Лоза можно не спрашивать вовсе, потому, что Лоз делает то, что скажет ему Кадаж. Язу его не винил, он бы и сам так поступил. Наверное.
- Что же, мне на работу пора. Пойду, - известил он младшего, доев печенье и запив чаем из проклятой зеленой чашки.
Кадаж как-то очень странно (и, пожалуй, даже встревоженно) посмотрел на брата.
- Язу, сегодня суббота. Выходной.
- Сегодня среда, - возразил Язу, успевший уже почти выйти из кухни. - И если ты не улетел на свою миссию, то это ещё не значит, что день недели сменился, - и тут же прикусил язык. Да, он знал, куда должны были отправиться Кадаж и его напарник из новичков, когда и во сколько. Несмотря на то, что знать ему, в общем-то, не полагалось. ТУРКи есть ТУРКи: даже внутри отдела в курсе были не все. Но, у Язу были свои источники.
Кадаж поперхнулся чаем. С самого начала поведение брата показалось ему несколько странным - Язу был какой-то напряженный и… дёрганый, что ли. Впрочем, с этим еще можно было мириться, иногда «находило» на всех, а непредсказуемые поступки (как и непредсказуемое, кстати, поведение) в большей мере было свойственно именно среднему. Но, в последнее время, их заносило все меньше, даже ссоры из каждодневной приправы потихоньку перешли в разряд чего-то из ряда вон выходящего. Ладно, предположим, что среднему брату что-то там не то приснилось или звезды сошлись не под тем углом. Но чтобы начать путаться в днях недели - это ни в какие рамки не лезло. И Кадаж не выдержал:
- Ты охренел, что ли, Язу?
- Не понял? - тут же ощетинился средний. Вот это было знакомо и куда более понятно, чем непонятное предложение чая (и подушка!). - С чего бы это - я?
Без лишних слов Кадаж схватил брата за плечи. Язу заметил сердитую морщинку между бровями младшего, когда непослушная челка, как всегда, качнулась туда-сюда.
- Послушай! - тон Кадажа, как ни странно, оставался спокойным. Никаких наездов в голосе, обеспокоенность в зеленых глазах. - Я вернулся с миссии вчера. Вчера была пятница. Понимаешь? Сегодня суббота. Что с тобой?
Язу вывернулся из рук брата, не на шутку напуганный. Отступил к выходу, попутно подхватил свои ботинки (почему-то не убранные в шкафчик, а стоящие посреди коридора).
- Со мной все в порядке. Или не в порядке… Я выясню.
Обуться средний сильвер решил уже в общем коридоре жилого этажа: он больше не мог выносить испытываемого сейчас напряжения. Как ни странно, со стороны Кадажа ничего такого же не ощущалось вовсе. И еще: маленькая, но важная деталь: со стороны спальни тянуло спокойно спящим Лозом. Таким, который уверен в настоящести и правильности окружающей их действительности. Получалось, что-то не так было с самим Язу. Но, так как он точно знал, что вчера вечером ложился спать вменяемым, то - что-то не так было явно с миром вокруг. В частности, с его братьями. Язу не знал, способен ли Кадаж заставить лгать Связь. Но Кадаж вообще мог многое из того, что считалось невозможным… и не сам ли Язу всегда верил в то, что младший брат может всё? Если поверит в это. Сильвер криво улыбнулся своим мыслям и поспешно ретировался прочь, абсолютно уверенный в том, что если останется еще на минуту - случится что-то ужасное.
Кадаж услышал, как в двери щелкнул замок. Потом оглянулся на кухню. На столе стояли две чашки, в которых тихо остывал чай.

День показался Язу каким-то кошмаром. Во-первых, на выходе из Билдинга у него спросили пропуск, но странно было не это. А то, что бело-синий журналистский пропуск с крупными тиснеными буками «ПРЕСС-ЦЕНТР ШИН-РА» оказался обычным бело-красным СОЛДАТским. Только с фотографией и номером ID Язу. Во-вторых, сегодня действительно была суббота. В-третьих, Кадаж спал рядом с ним и предложил ему чаю.
Язу шатался по Мидгару, обнаруживая, что его то не узнают в кафе, где он часто задерживался допоздна, то, наоборот, узнают встречные незнакомые СОЛДАТы… и думал. Но пока единственное, к чему он мог прийти - что вокруг него происходит нечто непонятное. И что в этом непонятном участвует, как минимум, Кадаж. Как максимум - еще Лоз и Сефирот. До последнего, правда, Язу не дозвонился. Ну, Сефирот и в памяти среднего улетел на очередную миссию, в связи с чем предупредил, что будет труднодоступен до следующей пятницы. А вот Лоз, который спал всей своей доверчивой широкой спиной к братьям, как-то совсем не укладывался в картину тотального заговора. Впрочем, как и прозрачноглазый Кадаж, который отчетливо беспокоился, задавая свой вопрос о том, в порядке ли средний. Кадаж, который не стал скандалить и показывать, кто здесь главный. Кадаж, от которого чувствовалось тепло и недоумение, пока Язу собирался и выскакивал прочь. И весь день - средний сильвер чувствовал, как братья думают о нём. Переживают и давят порывы позвонить ему. Чувствовал так, как если бы испытывал все это сам… и как не чувствовал уже очень давно.
Вечером он предъявил на входе проклятый красно-белый пропуск, который за день разве что на зуб не попробовал. Пока ехал в лифте на 49-й этаж, успел и поистерить, и причесаться. В дверь он позвонил (обнаружив, что ко всем свои бедам еще и ключ-карту забыл) уже каменно спокойный. Ну, или ему так казалось.
Дверь открыл Лоз. Постарался сделать вид, что ничего не происходит, однако, в отличие от Кадажа, из этой затеи у него почти ничего не вышло. По лицу старшего было заметно, что он хочет что-то спросить, но вместо этого Лоз сказал:
- Если ты голоден, то ужин еще горячий.
- … - нецензурно выразился Язу, правда, про себя. Еще и ужин. Когда это он приходил домой и его кормили ужином? Наверное, никогда? Или когда-то очень давно.
- Лоз. Я нормальный? - средний вцепился в старшего брата, едва переступив порог. Лоз по-сефиротовски изогнул бровь.
- Нормальный, - уверенно сказал он.
- Тогда что происходит? Почему ужин? Почему ты спишь в моей кровати? Почему сегодня суббота, где мои три дня жизни?
- Я… - Лоз явно растерялся. - Я не знаю. Ты ведешь себя странно, - он покачал головой и оглянулся, словно в поисках поддержки. Но, они по-прежнему были в коридоре одни. - Но ты нормальный, - еще раз повторил Лоз. - Просто у тебя… трудности.
- Трудности, значит, - Язу покивал. Понятно, как и предполагалось, из старшего ничего не вытянешь. - Кадаж дома?
- Да.
«Жаль!» - чуть не ляпнул Язу. Но промолчал, выпустил из судорожно сжатых пальцев футболку брата и принялся разуваться. На Лоза он старался не смотреть, хотя и чувствовал его беспокойство. Сейчас бы с младшим хоть как-то разобраться… Язу тяжело вздохнул, припомнив свою последнюю попытку поговорить с Кадажем. Наконец, ботинки были сняты и задвинуты на нижнюю полку обувного шкафчика. Следом сильвер снял пиджак, повесил его на вешалку и, расправив плечи, прошел на кухню. Ужин, так ужин. Против ожиданий, младшего на кухне не оказалось. Зато на плите была сковородка, в которой мирно ждали своего часа бифштексы с картошкой. Действительно, еще горячие. Язу скорее догадался, чем понял, что нехитрое блюдо принадлежало руке Лоза. Старший брат на кухню не пошел, словно уважая право Язу на одиночество. Или на раздумья в одиночестве.

... Он даже честно попытался поужинать. Но мясо и картошка (кстати, очень вкусные - Лоз всегда готовил вкусно и сытно, хоть и без особых изысков) не лезли в горло. Язу сдался на втором бифштексе.
- Кадаж, - позвал он. Не ломиться же прямо сейчас в гостиную? Слышно там с кухни нормально, ну на том и порешим. Придет, так придет. Нет, так нет.
- Чего? - раздалось в ответ.
«Ничего!» - чуть было не ответил Язу, до того атмосфера напоминала ему какое-то очень прошедшее время. Но выяснить, сошел ли он, наконец, с ума, было необходимо.
- Иди чай пить, - у среднего сильвера аж голос сел, пока он это произносил, так что последнюю часть фразы он выговаривал почти шепотом: - Я соскучился.
Он ведь действительно соскучился. И по Лозу, и по Кадажу, и вообще - по всей этой атмосфере одной Семьи. Он видел их каждый день, кроме дней, когда братья улетали на задания, и устал отмечать в сознании, что «живы» и «не ранены». Про горячий ужин и участливое «чаю?» утром он и мечтать перестал.
- М-м-м? - в дверях кухни нарисовался взъерошенный Кадаж. Язу понял - явно спросонья. Однако никакого неудовольствия младший не выразил и, мимоходом потрепав среднего брата по плечу, брякнулся напротив.
- А я? - обиженно спросил Лоз, заходя следом за младшим. Кадаж посмотрел на старшего брата, но ничего не сказал. Впрочем, за него все озвучила Связь, отозвавшись ровной волной тепла.
Язу не удержался, потянулся, заправил младшему брату челку за ухо. Как-то это было правильно сейчас… впрочем, тут же руку отдернул, уткнулся в чашку. Зеленую, бахамуты б ее драли.
- Кададжи, что происходит? - несмело начал средний сильвер, обнаружив, что «дотянул» чай до конца и больше утыкаться в чашку не выйдет. - Если у тебя какой-то новый план, то ты можешь сказать мне об этом. Я твой брат и всегда им буду… что бы между нами ни происходило. Я всегда на твоей стороне. И твоей, - добавил средний сильвер, глядя на Лоза.
- План? - удивился младший. Уже в который раз за этот день. - Ты это о чем? - непослушная челка снова легла на свое излюбленное место, но Кадаж не обратил на нее никакого внимания. Вопросительно посмотрел на Лоза, потом снова поднял глаза на Язу. - Ты какой-то странный с утра. Как будто… - он поискал нужные слова. - Как будто проснулся не на своем месте. Я не понимаю, что с тобой случилось. Мы не понимаем, - поправился он.
- Я странный? - Язу вдруг захотелось закричать. Ну, разумеется. Что-то непонятное за его спиной и рамками понимания творит Кадаж, а странный он - Язу. - Хорошо, я странный. Но, ты когда решишь, что мне уже можно рассказать - я к твоим услугам.
Сильвер подавил порыв разбить о стену бесящую его зеленую чашку, преувеличенно аккуратно поставил ее на стол и прошел мимо братьев. Что ж, кажется, он только что выяснил, что братья ему не доверяют. Кадаж с Лозом переглянулись, чувствуя, как непонимание сменяется чем-то, похожим на разочарование. Или нет, скорее на горечь. Первым порывом Лоза было броситься вслед за Язу, но младший покачал головой. Не сейчас. Пожалуй, сейчас самым лучшим будет подождать, пока средний успокоится. Трудно разговаривать, когда ты на взводе, это Кадаж отлично знал по себе. Чай они пить так и не стали.
Младший сильвер хотел было дождаться среднего, но вчерашние усталость и сегодняшнее беспокойство дали себя знать, и он не заметил, как уснул, прижавшись к теплому и успокаивающему плечу Лоза. Язу вышел из душа, где намеренно провел около часа, надеясь, что братья уснут. Тихо-тихо прокрался по коридору в комнату. Где по дыханию сразу понял, что братья - тут. Спят. Сильвер вздохнул и решил, что заговор заговором, но утро вечера мудренее. Аккуратно оттер Лоза с краю, улегся, отвоевал себе кусок одеяла и закрыл глаза, уверенный, что завтра всё случившееся с ним окажется сном.
Кадажу снилось прошлое - тяжелые волны агонии и непонимания. Так странно, он уже было понадеялся, что никогда больше не вспомнит об этих кошмарах, но сегодня этот сон пришел снова. Вновь и вновь его наполняло отчаянное чувство одиночества и покинутости, хотя едва слышимый голос где-то на краешке сознания упрямо доказывал ему, что все хорошо. Под утро сильвер резко проснулся и вдруг почувствовал, что лежит в постели не один. На его плечо легла теплая рука, прижала к себе.
- Ты чего, Кададжи? - услышал он едва различимый шепот Лоза и стало вдруг так легко, что захотелось расплакаться. Вместо ответа сильвер обнял старшего брата и снова уснул. На этот раз сон был легким.

***
Вибрация беззвучного будильника разбудила Язу не сразу. Он, еще во власти сна, сунул руку под подушку, нащупывая мобильник. Потом потянулся. Так, теперь надо аккуратно встать, чтобы не разбудить Лоза… стоп. При чем тут Лоз? Язу ложился спать на софе, разве нет? Или же он ложился на кровати, на которой отчего-то решили в эту ночь спать братья и ему пришлось двигать Лоза, чтобы отвоевать себе немного места? Средний сильвер распахнул глаза, не на шутку напуганный этими абсолютно правдоподобными, но совсем не вяжущимися друг с другом воспоминаниями. Спал он на софе, все правильно. Вон на раскладном кресле спит Лоз, стало быть, на кровати - Кадаж. Как и было вчера. И в то же время он совершенно точно помнил, как долго торчал в душе, ожидая, пока непривычно заботливые братья лягут спать. И как они легли на кровати все вместе…
Язу подскочил и, нашарив тапки, рысью понесся на кухню, где распахнул посудный шкаф и уставился на красную бульонницу, синюю кружку, белую чашку с котом и кружку с фотографией Мидгара. Никаких зеленых чашек. Между тем, он отчетливо помнил, как бесила его вчера непонятно отчего ставшая вдруг зеленой чашка.
- Заразно оно, что ли? - проворчал себе под нос средний сильвер, гадая, не настигло ли его то же, что, кажется, творилось с младшим братом вчера.
Кадаж проснулся на широкой кровати. Один. Первой мыслью было, что братья просто не захотели его будить, но, повернув голову, он увидел Лоза. Лоз спал в кресле. Странно, не перелёг же он ночью - младший мог бы поклясться, что помнил, как старший брат обнимал его под утро. Сильвер сел на постели и заправил взлохмаченную чёлку за ухо. Его взгляд упал на софу - та была разобрана, и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кто спал на ней. По спине пробежал липкий холодок, Кадаж вскочил и почти бегом ринулся на кухню. Едва не сбив Язу на повороте, он лихорадочно распахнул кухонный шкаф. Жёлтые глаза кота с белой кружки смотрели на него с издёвкой. В одно мгновение он вышел из себя и, что было силы хватил проклятой посудиной об пол.
От такого начала дня у Язу глаза на лоб полезли. Но, пока он предпочел благоразумно промолчать. Кадаж опять не с той ноги встал… однако, Язу-то какое до этого дело? Разве что младший брат сейчас вообще все чашки перебьёт - за ним не заржавеет... Собственная кадажева котокружка - ладно, но синюю, как едва ли не единственный оставшийся «в живых» подарок, было заранее жалко.
- Надеюсь, ты не собираешься всю посуду перебить? - максимально нейтрально осведомился средний.
Кадаж наклонился над мойкой и несколько раз ополоснул лицо холодной водой. На звон разлетевшейся вдребезги посуды, прибежал Лоз и сейчас растерянно оглядывал поле битвы. Младший повернулся к братьям, опираясь руками о мойку. По волосам стекали струйки воды. Он отчаянно надеялся, что когда проснётся, то странное наваждение уйдёт и всё встанет на свои места. Но, напротив него сидел Язу, держа в руках синюю кружку. Синюю, ифрит её задери!
- Да не буду я ничего трогать, что ты вцепился! - буркнул Кадаж.
- Да кто ж тебя знает, - точно так же буркнул Язу в ответ, но чашку из рук выпустил. Машинально потрогал чайник, щелкнул кнопкой включения и пошел за пылесосом - ликвидировать последствия плохого настроения брата. Собрав самые крупные осколки руками, он очистил кухню от более мелких их собратьев. Теперь можно было не опасаться, что кто-нибудь порежется, решив пройтись босиком. И всё же: что на Кадажа нашло? Язу давно не помнил за ним таких вспышек ярости. Младший научился держать себя в руках практически в любой ситуации (может быть, отчасти в этом ему помогла та же глухая броня отчуждения, которую теперь носили они все), и вообще — со слабыми нервами в ТУРКах делать нечего. Разве что - с утра пораньше Кадаж понёсся к шкафчику проверять «арсенал» и столь экспрессивно выразил свое разочарование тем, что его ожидания не совпали с действительностью? У Язу вот, например, совпали, и это его успокоило. Видимо, некая путаница в голове и памяти была вызвана необычайно реалистичным сном. Такого с ними раньше хоть и не бывало, но все когда-то бывает впервые…
«Спросить у него, что ли, про зеленую чашку? Бахамут его знает, а вдруг не совпадение?»
- Зеленая, желтая, красная и синяя, ты вчера на этом настаивал, - медленно выговорил Язу. - Мне приснилось, что у меня зеленая чашка. И у меня СОЛДАТский пропуск. И Лоз готовил ужин. Тебе ничего похожего не снилось?
- Что? - Кадаж широко раскрыл глаза. - Что ты сказал? Но... - он осёкся и уставился на брата, а потом обессиленно опустился на табурет. Мысли, а вернее догадки, посетившие его светлую голову, были отнюдь не радужными. Похоже, какая-то чертовщина с ним только начинается и он совершенно не представлял себе, как с этим бороться или даже, с чего начать. И это явно был никакой не сон. Вид у младшего сильвера стал подавленным.
- Это, кажется, не только у тебя что-то с памятью, - Язу потер виски. - И мне не нравятся эти совпадения.
Лоз, молча переводивший взгляд с одного брата на другого и, видимо, что-то для себя решающий, извлек из посудного шкафчика сефиротову кружку, поставил ее перед абсолютно несчастным и очень похожим сейчас на себя-прошлого Кадажем, налил всем троим чай.
- Может, позвоним Сефироту? - предложил он, помявшись.
- Спасибо, Лоз. - поблагодарил его Кадаж за заботу, мимолётом коснувшись руки старшего брата. - В Сефироте я не вижу особого смысла. Чем он, по вашему, может помочь? - и надолго замолчал, задумавшись.
- Иногда он знает больше. Подсказал бы. Может быть, - от жеста младшего Лоз расплылся в улыбке буквально от уха до уха.
Язу, наверное, удивился бы. Но - раньше. Сейчас у него в голове всплывали, словно просвечивая сквозь вчерашние воспоминания, подробности сна. Яичница с целыми глазками. Горячий ужин вечером. Общая атмосфера тепла и уюта, которой, между прочим, в их доме и близко не пахло. Их дом и домом-то назвать было нельзя, так - безликие служебные апартаменты, некий вариант общежития. Средний ощутил острый приступ тоски. В том сне он был таким же чужим, как вот этот Кадаж - здесь. Но, что со всем этим делать, сильвер решительно не представлял. Между тем, часы на стене показывали, что он уже опаздывает. Торопливо обжигаясь, средний допил чай и побежал собираться на работу. Попутно не удержавшись и проверив цвет пропуска. Пропуск был бело-синий.
Кадаж снова прошатался полдня, погружённый в свои мысли. Он отчётливо помнил вчерашний день, с точно таким же ничего непонимающим Язу, как и он сегодня. Но, по крайней мере, всё остальное было привычным. Здесь же весь мир казался враждебным, как когда-то давно. И братья были странно отчуждёнными, словно тоже когда-то давно. Что же с ними происходит, вернее, уже произошло? В конце концов, Кадаж действительно набрал номер Сефирота, однако, телефон самого старшего брата оказался вне зоны действия сети. Мелькнула было мысль позвонить Заку, но... кто знает - судя по мимолётным замечаниям Язу, он, Кадаж, не отличался здесь особой общительностью и расположением к людям. Как знать, что подумает Зак, если Кадаж ни с того, ни с сего, вдруг начнёт задавать странные вопросы? В конце концов, сильвер отказался от этой мысли. Чтобы занять себя хоть чем-то, он наскоро прибрался в квартире (пыль здесь, похоже, не протирали неделями), вымыл посуду (посудомоечной машины здесь тоже отчего-то не было) и приготовил ужин. Есть-то всё равно надо. Холодильник оказался почти пустым (неужели здесь всё было настолько плохо, что они даже не ели вместе, предпочитая какую-нибудь общественную столовую?), так что, пришлось ещё и дойти до ближайшего магазина. Заодно сильвер купил новую кружку взамен погибшей смертью храбрых, решительно взяв с полки зелёную - точно такую же, какая была дома у среднего брата.
Запах чего-то съестного, который встретил Язу, едва только он переступил порог квартиры, вызвал отчетливое дежа вю. Хорошо, хоть Лоза в прихожей не было, иначе бы средний подумал, что сон, который, по всей видимости, был вовсе не сном, начал просачиваться в реальность. На кухне обнаружился Кадаж, а в квартире в целом - непривычная чистота. Язу повел носом, принюхиваясь. Пахло чем-то мясным и определенно вкусным. Привычно поужинавший в столовой, сильвер не был особенно голоден, но резиновые полуфабрикаты, конечно же, ни в какое сравнение не шли с домашней едой.
- Что на ужин? - не удержался и поинтересовался он, углядев на плите немаленького размера посудины, позволявшие предположить, что Кадаж готовил в расчете на всех троих, а не для себя одного.
- Макароны с котлетами. - как-то непривычно без гонора ответил младший. - Но я не настаиваю, если ты не хочешь есть.
- Почему не хочу? Хочу! - Язу уже вполне уверился, что странности в поведении младшего брата через призму сна таковыми вовсе не являются. Это был абсолютно естественный и нормальный Кадаж… вернее, он таким мог бы быть, если бы не стена непонимания, разделившая их несколько лет назад. И, разумеется, съесть хоть одну котлету, которую приготовил кто-то из братьев, средний бы не отказался, даже если бы сидел до этого весь день в ресторане.
- Только я много не съем. Не думал, что кто-то будет готовить, так что в столовой перекусил… — проговаривая это, сильвер торопливо наполнял тарелку макаронами и взваливал сверху котлету, будто подсознательно боялся, что ужин окажется жестоким розыгрышем. Полез за чашкой (отметив, что и посуда вымыта - сам Язу мыть посуду терпеть не мог) и тут же впал в ступор, натолкнувшись глазами на зеленую чашку.
- Это я сегодня купил. - предупредил его вопрос Кадаж. - Извини, что сорвался с утра. Сам не ожидал.
- Э-э… ничего. Бывает, - Язу «отвис», услышав рациональное объяснение материализации кусочка сна, и тут же едва не завис обратно, когда Кадаж извинился.
- Да, Лоза сегодня, наверно, не будет. У них что-то стряслось срочное, он улетел в Корел. Что-то с той миссией, которую ты вчера завалил.
Поделившись с младшим братом тем, чем с ним самим поделились знакомые из отдела аналитики, средний сильвер принялся за ужин. Кадаж на всё это только кивнул. Было видно, что ему не хочется поддерживать разговор. Поэтому, как только они поужинали, он почти сразу же лёг спать. Со своей стороны, Язу особо разговаривать тоже не стремился. Отвык. Просто необычное поведение младшего брата и явственно испытываемый им дискомфорт болезненно отзывались внутри, заставляя среднего чувствовать себя не в своей тарелке.
Младший ожидаемо улегся на кровати, так что Язу снова постелил себе на софе. Крутился полночи с боку на бок, слушая сонное дыхание Кадажа из спальни, беспокоясь за Лоза и раздумывая над сегодняшним сном. Раздумывал так и сяк, пытаясь собрать «двойные воспоминания» во что-то целостное. Не получалось. Выходило лишь сложить два отдельных дня. Как будто Язу раздвоился, и эти две его копии независимо друг от друга прожили вчерашний день. Если бы речь шла о нормальных людях, это было бы похоже на какой-то психоз… Но Язу нормальным не был, поэтому вариант «я сошел с ума» он в конце концов исключил. Невозможно сойти с ума дважды, не так ли? Так ни к чему и не придя, средний сильвер в итоге забылся тяжелым беспокойным сном.