День первый.
30 мая, воскресенье
До пяти часов утра папа спал крепко, потом почему-то проснулся, и уже не спал нормально, а просыпался через каждые десять минут. К шести часам ему это надоело, и он встал окончательно. Весь остальной вагонный люд ещё спал, и это хорошо - папа любит эти ранние часы в поезде, когда все спят, можно без помех (без очередей, без ожидания) сходить в туалет, умыться. Потом постепенно пассажиры начали просыпаться.
Мама проснулась; оказалось, что и она неважно спала, несмотря на прошлую бессонную ночь на работе. Саша и Наташа спали крепко всю ночь.
Вечером, когда мы на вокзале сидели в зале ожидания, там же, в зале, находилась группа пассажиров, тоже ожидающих поезд, и все - с собаками. Все собаки из породы терьеров, и даже окрас у всех одинаковый. Похоже на какой-то собаководческий клуб. Позже выяснилось, что они едут с нами в одном поезде и даже в одном вагоне. Когда папа ранним утром проходил по вагону - умываться, он наблюдал, как спят между полками на полу эти собачки. А хозяева - на полках. Одна собачка спала на полке вместе со своей хозяйкой, валетом. И даже частично была одеялом накрыта. Очень как-то по-человечьи она спала. Смотреть со стороны было очень смешно.
…В Питер прибыли вовремя, даже раньше графика минуты на две.
Мы выгрузились из вагона, сложили вещи на перроне и встали на месте – идти нам пока некуда. И тут к поезду повалили агенты-заселенцы, на груди – таблички типа «Гостиницы, квартиры, комнаты». Мы остановили одну из них, по имени Наташа. Заговорили с ней на предмет размещения. Пока мама с ней разговаривала, мимо ещё проходили такие же агенты (точнее, агентши – все женщины). Папа с одной из них тоже заговорил на этот же предмет, а больше – из любопытства, чтобы сравнить, что и почём, ну, и чтобы побольше выбора у нас было. Та ему начала сватать квартиру – сначала за 1200 руб., потом скинула до 1000 руб. (в сутки). Потом оказалось, что она сильно «поддатая» (выпивши). (Не квартира поддатая, а агентша.)
А мама тем временем договорилась с первой разместительницей, Наташей, о комнате, которую сдаёт старушка – бабушка-«божий одуванчик» (по выражению той же Наташи), за 600 руб. в день. В общем же цены на жильё разные, но не хилые: отдельная квартира от тысячи руб. в день и выше.
В-общем, сошлись в цене, договорились, поехали.
Сначала пошли пешком, навьючив свою поклажу на себя же. Вышли в город, по дороге решив ехать на такси, чтобы не толкаться по переходам и вагонам метро со своими рюкзаками. Наташа (не наша, а питерская, агент по заселению) поймала нам машину (200 руб.), созвонилась с бабушкой, к которой она нас поселила, объяснила водителю дорогу, снабдила адресом. Также Наташа вручила нам свою визитную карточку.
Мы загрузили вещи в машину, сели сами и поехали по Питеру.
Минут через пятнадцать, не больше, мы были на месте. Район довольно новый, близко к окраине города, недалеко – станция метро «ул. Дыбенко», на сегодняшний день конечная станция на этой линии, но линия метро строится и дальше. Спокойный очень район оказался, просторный и немноголюдный (людей, конечно, и здесь немало, но так как район из новостроек, построен просторно, широко, то и создаётся впечатление немноголюдности. Пустырей, незастроенных и ничем пока не занятых, тоже хватает).
Бабушку, хозяйку квартиры, зовут Н. М. Ей 77 лет, по её же словам. Одинокая питерская старушка в однокомнатной квартире. Живёт одна, пускает «на постой» гостей города (по договору с посредниками, которые к ней этих гостей направляют, за проценты, конечно.) Квартира у бабушки однокомнатная, но с нашей квартирой не сравнить. Кухня большая, просто шикарная, о двух окнах. Коридор по сравнению с нашим коридором огромен. И ванная большая, с отдельным предбанником, а предбанник размером с маленькую кладовочку. Есть и отдельная кладовая, но туда нам заглянуть не пришлось. Есть балкон – в комнате. Сама Н. М. живёт на кухне, комнату сдавая постояльцам, когда они есть (а есть они у неё, видимо, не особенно часто).
Мы заплатили бабушке за жильё, согласно договорённости (за пять дней, по шестьсот руб. в день – всего три тысячи), немного распаковали вещи, передохнули, перекусили – в путь, смотреть Питер.
Дошли до станции метро (минут десять пешком), разведали насчёт магазина продуктового поблизости, чтобы вечером, на обратном пути, затариться провизией. На метро доехали до станции «Гостиный двор», поднялись наверх и оказались на Невском проспекте (стоимость проезда в метро – 8 руб., по тем же металлическим жетонам, что и раньше). Мы пошли по Невскому, и дошли только до угла Гостиного двора, подошли туда, откуда экскурсии отправляются – узнать, куда, когда и какие есть экскурсии.
В-общем, решили поехать на обзорную экскурсию по городу.
Сели в автобус, подождали немного, и нас повозили по Питеру в течение полутора часов. Стоимость: взрослый билет – 150 руб., детский – 80 руб., всего 460 руб. Около крейсера «Аврора» нас выпустили из автобуса минут на десять, и тут пошёл дождь, довольно сильный. Пришлось спрятаться от него обратно в автобус. Некоторое время нас возили по городу под дождём. И в 14.45 привезли обратно к Гостиному двору. В целом экскурсия не особенно интересная получилась; по нашему мнению, всё из-за экскурсовода – в таком-то городе можно было показать гораздо больше интересного, и рассказать тоже. И мы пошли дальше по Невскому, по направлению к Дворцовой площади.
После дождя было довольно прохладно, мы все начали мёрзнуть. Мы ещё и не одеты были, как надо бы, оставили свитера дома, не настроились пока на Питерскую погоду. А ребята ещё и есть захотели. Недалеко от арки Главного штаба увидели Макдоналдс, решили зайти. Зашли, но там было так людно, что мы сбежали оттуда, купив быстренько каждому по гамбургеру (или по чисбургеру – кто там их разберёт). Людно в Макдоналдсе – это не то слово, там буквально некуда было приткнуться, не то что сидя, но и стоя тоже. Съели свои гамбургеры (или чисбургеры?) на улице, около Макдоналдса. И пошли на Дворцовую площадь.
Сегодня в Питере продолжается праздник, День города, и ещё оказалось, что сегодня день рождения Петра I (родился 30 мая 1672 года, так что сегодня 332-ух-летие со дня его рождения). По причине праздника много милиции везде, и при входе на Дворцовую площадь у нас проверили содержимое сумки-пакета. У нас там, кроме зонтиков, ничего не было, и нас пропустили вполне свободно. Но мы мёрзли, ветер с Невы нас обдувал неслабо.
С Дворцовой площади мы сквериком, мимо Адмиралтейства, прошли к Исаакиевскому собору.
Но наверх, на колоннаду собора, мы не пошли, потому что мы все уже замёрзли, а наверху ветер ещё сильней. Мы обошли собор, а потом прошли к Медному всаднику.
К тому времени мы совсем промёрзли, и времени было уже многовато, поэтому от Медного всадника мы легли на обратный курс – до Дворцовой площади, по Невскому проспекту до Гостиного двора и в метро.
Да, вот ещё: когда после экскурсии мы шли по Невскому, мимо Строгановского дворца, мы решили зайти на выставку восковых фигур (семья Романовых), которая находится по-прежнему там же, в Строгановском дворце, что и четыре года назад (тогда мама и папа были в Питере и заходили на эту выставку). Зашли, поглядели, нам понравилось (взрослый билет – 60 руб., детский – 20 руб., всего 160 руб.)
Доехав на метро до своей станции «Ул. Дыбенко», мы в продуктовом магазине около станции метро купили чай, сахар, хлеб, ролтон-картофель-пюре, бутылку кагора молдавского , ещё что-то съестного, пошли к дому. Мы были усталые, и нас всех чуть покачивало на ходу от усталости («штормило»).
По дороге к дому, в новом здании университета связи и теле-коммуникаций, довольно страшном и облезлом, мавзолейно-коричневого цвета, на котором почему -то написано «Лицей», мама увидела парикмахерскую и зашла туда на разведку (она перед отпуском не подстриглась; собиралась, но её личный мастер опять её подвела). Пришла с разведки с визитной карточкой парикмахерской и приглашением посетить их. В вечерние часы, сказали там маме, у них свободно.
Вернувшись домой, мы отдыхали, ужинали, доели колбасу, ели «ролтон», сардельки, пили чай, вино «Кагор».
Н. М., питерская старушка и квартирная хозяйка, папе напоминает радио сломанное, которое работает без выключателя – включить можно, а уж выключить нельзя, выключателя нет. Поэтому папа к ней даже обращаться боится, потому что она начинает говорить и её потом не остановить.
Мама спать пошла первой, около десяти часов. Саша и Наташа ещё почитали перед сном, потом тоже уснули. Папа лёг последним, в 22.45.
А на улице в это время солнце ещё вовсю светило – чувствуется приближение белых ночей.

День третий.
1 июня, вторник

Проснулись часов в семь, дети – первыми. Они молодые, у них энергия быстрее восстанавливается. А папа сегодня даже не услышал будильник.
Умывались, завтракали, собирались.
Вчера около Петропавловской крепости ребята купили себе по авторучке с изображением «Авроры», а папа в крепости купил компакт-диск с видеофильмом о Петербурге. Дома будем смотреть и вспоминать Питер (цена – 140 руб.)
Вечером вчера было пасмурно, а с утра – ясно, солнечно. Но здесь ясная погода может быстро перемениться на дождливую, зонты надо иметь с собой постоянно.
Мы доехали на метро до станции «Пионерская», дальше пошли пешком до места последней дуэли Пушкина. Там, собственно, недалеко, но на дороге, которую нам надо было перейти, очень сильное движение. Перейти совершенно невозможно, а вблизи – ни светофора, ни пешеходного перехода. А перейти эту дорогу возле станции метро, где есть светофор, мы не догадались. Перешли через дорогу как-то чудом, по частям: сначала папа с Сашей, потом мама с Наташей. Мы посмотрели обелиск, что стоит на этом месте. Оттуда мы пошли в сторону станции метро «Чёрная речка»; она, собственно, тоже неподалёку, но путь туда позапутанней. По дороге туда папа ориентировался по схеме. Вышли прямо к станции, попили квасу питерского (стакан – 6 руб.). Ехали на метро, сначала хотели доехать до станции «Васильевский остров», чтобы сходить на берег Финского залива. Но, проезжая мимо станции «Невский проспект», решили съездить на экскурсию в Петергоф – там и Финский залив есть, и всё остальное там поглядеть. Поднялись наверх, вышли на Невский проспект. На мосту через канал Грибоедова (около Казанского собора) обнаружили автобус экскурсионный на Петергоф, купили билеты (взрослый – 400 руб., детский –300 руб., всего – 1400 руб.). Сели в автобус; он постоял немного, поджидая ещё желающих поехать на экскурсию. После полудня тронулись в путь. По Питеру ехали долго, в центре обилие автомашин, на грани пробок; когда выбрались на окраину города, поехали уже свободнее.
Приехали в Петергоф. Там нас организованно повели в парк. На подступах к парковому ансамблю расположился небольшой рыночек, рассчитанный в основном на иностранных туристов – в продаже почти одни только сувениры. Там же играл мелодии духовой квартет. Ввели нас организованно на территорию петергофского парка, погоняли галопом мимо некоторых фонтанов, потом распустили, дав свободного времени полтора часа. За это время мы погуляли: прошлись по аллеям, и к Финскому заливу вышли – поглядеть на него. В парке видели белочку, она там живёт, на деревьях, но к людям подходит смело и берёт у них угощение прямо из рук, не боится. Наташа её обманом подманила, белочка к ней подбежала, хотела из руки взять угощение, а угощения-то никакого и не было. Белочка назад убежала ни с чем. Жаль, что папа не успел снять этот момент.
Гуляли, смотрели, забрели под конец на самую окраину парка, где и люди не ходят, и лестниц нет (а те, что есть – перегорожены, ещё и под охраной, чтобы люди по ним не ходили). Чуть не заплутали, потом выбрались наконец, пробираясь по скользким каким-то тропинкам . Вышли на цивильные дорожки, дошли до выхода. На сувенирном рыночке перекусили, Наташа в качестве сувенира купила себе кошечку маленькую, папа купил зажигалку сувенирную, ещё он купил там компакт-диск с видеофильмом про Петергоф (цена – 190 руб.)
Время, отпущенное нам на гуляние, было уже на исходе, и мы пошли к автобусу.
Отъехали из Петергофа в 16.20. Мама в пути уснула, все остальные ехали, глазея в окна. Наташа радовалась своей новой маленькой кошечке.
Привезли нас на то же место, откуда мы отправлялись (на Невском, около Казанского собора) в 17.30.
Мы зашли в железнодорожные кассы, которые находятся там совсем рядом, чтобы уточнить вокзал, с которого нам предстоит уезжать из Питера 3-го числа (Питер-главный – это какой вокзал? Оказалось – Московский). Там же, в кассовом зале, мы подкрепились: ребята попили чай горячий, мама с папой – кофе чёрный. Потом мы пошли по Невскому проспекту в сторону, противоположную Дворцовой площади. Шли мы не торопясь, просто гуляя. Посмотрели памятник Екатерине II, пошли дальше. Около Аничкова моста с Клодтовскими конями увидели афишу «Восковые фигуры», ещё и движущиеся, как было в афише указано. Выставка - в Аничковом дворце, в котором теперь находится Петербургский дворец творчества юных. Пошли туда, посмотрели. Среди фигур: герои Гарри Потера, Арнольд Шварценеггер, Владимир Путин, Леонид Якубович (совсем на себя непохожий). Немного фотографировались там, но пришлось доплатить за фотосъёмку (входные билеты взрослые – 60 руб., детские – 40 руб., фотосъёмка – 40 руб.)
Потом мы пошли дальше по Невскому проспекту, дошли не спеша до площади Восстания (там, где Московский вокзал). И было уже семь часов вечера. Сегодня нам уже никуда не попасть. И мы пошли в метро (станция так и называется – «Площадь Восстания»). Народу в метро много, домой с работы люди едут. Приехали на свою станцию «Ул. Дыбенко», зашли около станции метро в продовольственный магазинчик (неплох по ассортименту – есть всё, но уж больно мал и тесен. И организация торговли какая-то непродуманная – одна касса на все отделы, как в старые советские времена в гастрономах. А место очень оживлённое, покупателей много. И получается тесно). Так вот, в данном магазинчике купили съестного, ребятам дополнительно по шоколадке для подкрепления сил, маме с папой – бутылочку «Кагора», тоже для подкрепления сил.
Домой мы пришли в девятом часу. Петербуржская старушка Н. М. ежедневно встречает нас из-за запертой двери вопросом: «Кто там?» Потом она отпирает дверь, впускает нас в дом и объявляет: «Чайник уже вскипел!» Вообще-то, она дала нам ключи от квартиры, но мы ключами не воспользовались ни разу – она всегда оказывалась дома. Дома мы поужинали, отдыхали перед сном.
Спать все улеглись в десять часов вечера.
Вечер был тихий, спокойный, даже относительно тёплый.

День восьмой.
6 июня, воскресенье

Папа проснулся в 5.30, ещё и будильник не пищал. Он встал и больше уже не ложился. Было пасмурно, но тихо, безветренно; температура воздуха 16°. К восьми часам пасмурность увеличилась, и пошёл дождь.
Мама проснулась в половине восьмого, ребята спали крепко до восьми часов. Потом поднимались с постелей, умывались (на кухне – из-за дождя), завтракали тоже на кухне. Решили прогуляться в Анапу, но пешком не пошли из-за дождливой погоды. Доехали на маршрутке до рынка «Северный».
Ходили по рынку, купили: Саше – шорты, Наташе – шляпу соломенную ковбойскую (50 руб.). После «Северного» рынка мы не спеша прошли по Пионерскому проспекту на Центральный рынок. Походили по нему, посмотрели, что там есть интересного; мама купила морковку, рыбку сухую солёную, четыре штуки, ещё купила орешки – погрызть.
Выйдя с рынка, мы перешли через улицу и пошли по улице Горького в сторону парка. Улица Горького, как и прежде, только пешеходная – закрыта для автомобильного движения. Это очень хорошо.
По пути заглянули в магазин «Винница», он торгует разливным вином, и даже внутри столики стоят – посидеть, выпить, но это не кафе, а именно магазин. В прошлом году здесь было очень вкусное и душистое, ароматное вино «Коварство и любовь». Мы посмотрели, чем там торгуют ныне, выбор вин по-прежнему большой, только вина «Коварство и любовь», например, папа насчитал три вида – красное, розовое и белое. В этом многообразии вин мы плохо ориентируемся, названия их нам ничего не говорят, надо пробовать на вкус, но всё перепробовать невозможно, хотя мы и стараемся, по мере сил наших скромных.
На этот раз мама выбрала для пробы вино «Королевская роза», стоимостью 50 руб. за один литр, крепостью 9-11°, сахар 3-4%. Вино нам понравилось, действительно, пахнет розой. Сначала маме показалось, что вино пахнет какой-то парфюмерией, но потом мы догадались, что это запах розы. А вино «Коварство и любовь» стоит, как и год назад, 45 руб. за литр.
В парк мы собирались войти со стороны аквапарка. Но там на нашей дороге возникла преграда в виде ремонтных работ – ремонтировали-обновляли тротуарную дорожку. И мы повернули назад, опять вышли на улицу Горького, прошли по ней дальше, и в парк мы вошли с другой стороны.
В парке много изменений: обновили-переделали все дорожки и аллейки, замостили их по-новому. И ещё изменения есть. Бабушки Люси, нашей старой знакомой-карусельщицы, ещё со времени первого нашего приезда в Анапу в 1998 году, тоже нет, и её карусели-кораблика нет – теперь на этом месте какие-то другие аттракционы, более современно-навороченные. Нет больше и некоторых других старых аттракционов, машинок и каруселек для малышей. Многое в парке становится по-другому, более современно – и хуже, на наш взгляд. Во всём слишком явно выпирает желание делать прибыль, деньги, деньги… мало остаётся милой сердцу старины, чересчур активно надвигается цивилизация. Прямо почти Москва.
Сейчас по всему парку заканчиваются ремонтно-строительные работы, идёт подготовка к празднику, ко дню открытия курортного сезона. В этом году он состоится 19 июня.
Набережную не узнать, её переделали полностью: теперь верхняя набережная расположена строго над нижней; нижняя набережная, нависающая над морем, теперь стала двухэтажной, а верхняя является как бы крышей этого сооружения, одновременно представляя собой место для гуляния. Обрыва вообще больше нет, и деревья все спилили. На нижней двухэтажной набережной строятся какие-то помещения, видно, будущие кафе и рестораны. Конечно, все будет красиво, современно, цивилизованно, но совсем не то, что было раньше. И нет на верхней набережной ни художников, ни фотографов, ни торговцев с сувенирами, с пирожками, чипсами и пивом. Там вообще сейчас ничего и никого нет. И потому вся эта красота имеет довольно скучно-тоскливый вид.
Пройдя по Набережной улице до самого конца её, мы всё-таки увидели одного фотографа, с нашей знакомой русалкой и другими старыми фотомоделями. В это время пошёл дождь, и русалка сидела, спрятавшись под полиэтиленовое покрывало. Мы удивились: «Русалка, а боится воды!». А русалка была свежеокрашенная, обновлённая к началу сезона, и дядя-фотограф её оберегал, обновленную, от влаги. Мы сфотографировали Наташу с русалкой, Сашу – с котом, поговорили с дядей-фотографом.
Тот ворчит, тоже недоволен изменениями: его согнали с насиженного места (двадцать лет здесь проработал – по его словам), и неизвестно, как будет дальше – то ли пустят его на старое место, то ли нет, а если и пустят, то арендная плата (за место) будет немилосердная.
Дальше пошли мы по ул. Ленина. Только мы на неё вышли, как дождь полил очень сильно, мы даже чуть переждали его под деревом; потом, спрятавшись под капюшоны, а папа – под зонтик, мы пошли по ул. Ленина. Дождь постепенно притих. У мамы промокли ноги в кроссовках.
Дошли мы по улице Ленина до Астраханской улицы, до автобусной остановки. Подошла маршрутка № 4, мы сели в неё, поехали. Быстро и хорошо доехали до Джемете, вышли около рынка; заглянули в магазины, купили вкусное местное (кубанское) печенье с начинкой, молоко, ещё кое-что из продуктов. Прошли мимо рынка, на нём уже две торговые точки работают (вчера не было ещё ни одной). И по Первому проезду мы пришли домой.
Мама сварила пельмени, мы кушали их на кухне (на улице дождь и прохладно). Как хорошо, что, кроме нас, больше нет отдыхающих – никому не мешаем, даже если и едим на общей кухоньке, да и нам никто не мешает. Ели рыбку, купленную на Центральном рынке в Анапе – таранку и воблу – с пивом.
После четырёх часов дня стало проясняться понемногу, дождевые тучи ушли, и солнышко стало появляться сквозь облака. Температура воздуха сразу поднялась с 17° до 22°. Сразу потеплело, и как-то повеселело всё вокруг.
Мама с папой пошли прогуляться, пройтись по магазинам ещё разок. Купили огурцы, помидоры, дымовую защиту типа «раптор» от комаров. Пришли с покупками домой. Мама с Наташей пошли мыться – под душ. Папа прилёг на кровать и чуть вздремнул. После мамы и Наташи в душ пошли Саша и подремавший папа.
Мама начала стирать, а папа, Саша и Наташа пошли погулять по Джемете. Тянули из автомата игрушки, и ничего не вытянули. Мама просила черешни купить, так черешни в продаже не увидели. Вернулись домой без черешни.
Ужинали в восьмом часу; мама и папа есть не стали, потому что обедом ещё были сыты. Поужинав, пошли в пансионат «Джемете», сегодня там в восемь часов представление – «Царевна Несмеяна», это мы где-то афишу видели. Ребята пошли смотреть представление (цена билета – 80 руб.), мама и папа пошли погулять на берег моря. Ветер к вечеру стих совсем, стало немного посуше и потеплее. По берегу гуляют отдыхающие, купающихся нет совсем – вода холодна. К девяти часам мама с папой вернулись в пансионат «Джемете», встретили детей после спектакля. Пошли домой.
Дома папа пил молоко, мама кушала вкусное местное печенье – они не ужинали вовремя, а теперь им есть захотелось.
Ближе к десяти часам стали готовиться к ночлегу. Распаковали спальные мешки, для того, чтобы теплее спать было – мама боится, что ночью будет холодно.
Перед сном папа подымил антикомарином; комары обиделись и попадали на пол. В десять часов Наташа улеглась спать, а за ней следом и все остальные.
Темно; в десять часов вечера уже почти полностью стемнело.

День двенадцатый.
10 июня, четверг

Ночью шёл дождь, довольно сильный. Но с утра ясно, ветрено; ветер дует северный, сильный и холодный.
Папа и мама встали в шесть часов. Температура воздуха в это время 15°. Мама с папой пошли на море, вода не холодная, 18°, но ветер сильный и холодный, поэтому купаться не стали, просто погуляли по берегу. Немного освежившись на морском ветру, вернулись домой.
Дети проснулись не поздно, в половине восьмого. Умывались, завтракали. После девяти часов прошлись по магазинам. Ничего нового не обнаружили. На рынке уже становится побольше торговцев; на Первом проезде – их тоже больше стало.
Пришли домой, немного поторчали там без дела. Небо ясное, но ветер очень сильный и холодный, северного направления, так что на море идти не стоит – будет там холодно.
Часов в десять папе пришла в голову идея – поехать на Большой Утриш, погулять и провести разведку, перед тем, как мы отравимся туда в поход, жить в палатке. Собрались в дорогу, из дома вышли в 10.30; на Пионерском проспекте сели на маршрутку № 8, на ней доехали до автовокзала. Там мы пересели на маршрутку, идущую до Большого Утриша. Раньше этот маршрут (до Сукко и Большого Утриша) не имел номера, а теперь, как оказалось, им присвоили номера, так у маршруток до Сукко и Утриша № 109. Отправление с той же остановки, что и раньше.
В 11.30 мы были уже на Большом Утрише. Зашли сразу в магазин (работает по летнему графику, с 8.00 до 23.00 без перерыва на обед и без выходных). Но, как оказалось, у них на Утрише третий день нет электроэнергии (из-за какой-то аварии), так что в магазине не работают холодильники и выбор продуктов поэтому ограничен. Мы купили хлеба и колбасы, а вода минеральная у нас с собой была.
Вышли на берег моря и по камням двинулись в путь, по знакомому маршруту. Было ветрено, идти нам было не жарко и даже вполне прохладно, мы были в свитерах. ( По камням идти довольно тяжело; если на берегу мелкая и ровная галька – в ней нога слегка увязает, каждый шаг даётся с трудом, а если камень крупный – приходится не столько шагать, сколько перелезать через него или обходить. Так что в тёплую погоду ходить по такому пути тяжеловато – обливаешься потом, а в прохладную погоду – нормально). Но ясно, реденькие облачка на небе, солнце светит вовсю.
Не торопясь, с удовольствием, наслаждаясь тем, что мы сюда вновь попали, продвигались мы по берегу.
На море волны.
Мы дошли до водопада, устроили там привал. Нас догнала группа детей-подростков, на вид – туристическая группа. Но они были без рюкзаков и походного снаряжения, а только с сумками-пакетами, в них, очевидно, еда и питьё. Скорее всего, у них однодневная прогулка. Впрочем, у нас сегодня тоже.
Дети не пошли дальше по берегу, а свернули на тропу, идущую вверх, вдоль ручья. А мы, передохнув, пошли дальше по берегу, мимо родительской школы с названием «Драгоценность». Мамаши молодые с детишками там живут, несмотря на прохладную погоду, и даже мы видели одну искупавшуюся обнажённую молодую мамашу. Но на берегу их, в-общем-то, сейчас немного; ветер сильный и холодный, наверное, большинство их сейчас в лесу, около своих палаток.
Мы шли дальше, по камням большим и не очень большим. И не спеша дошли до нашего места, до нашей прошлогодней стоянки. Там было пусто, и вокруг на берегу тоже меньше людей, чем в эти дни год назад. (Судя по папиным записям, год назад мы ТОЖЕ приезжали сюда на разведку 10 июня, т.е. РОВНО год назад, день в день.) Но всё равно кое-кто уже здесь живёт. Мы разговаривали с людьми, гулявшими здесь просто так; поговорили с женщиной, которая с семьёй и собакой породы такса живёт здесь в палатке со вчерашнего дня. Она сказала, что ничего, мол, страшного, и не холодно особенно.
Такса приносит даже камни, и довольно тяжёлые.
Посидели на нашем месте, съели колбасу с хлебом, запили минеральной водой.
На нашей прошлогодней стоянке в этом году ещё не ступала нога человека, мы первые. Везде трава растёт нетоптаная.
Посидев и отдохнув, мы стали потихоньку собираться в обратный путь. Шли обратно мы не спеша, часть пути проделали не берегом моря, а лесными тропами, но далеко от моря мы старались не забираться, шли параллельно береговой линии, опасаясь заплутать. В лесу хорошо, ветер не чувствуется, и даже жарковато.
Вторую лагуну мы обошли лесом. Лес там почти нехоженый, тропок протоптанных нет (или мы их не нашли), и туристских стоянок не видно. Местами мы пробирались напролом. Зато мы спугнули там зайца, он от нас ускакал так быстро, что увидеть его успела только мама. Берег морской около второй лагуны очень неудобен как для ходьбы, так и для купания: очень большие камни по всему берегу, идти по ним очень тяжело, и купаться в таком месте тоже плохо, поэтому и туристы там лагерями почти не стоят, и следов человеческих не видно.
А около первой лагуны есть тропки натоптанные, и много мест-стоянок, довольно уютных и хорошо расположенных. Есть уже и занятые, заселённые людьми. Проходили мы мимо полянки, где живут в палатке мама и три её дочки, мужчин мы там не видели. Младшая дочка – совсем кроха, когда мы проходили мимо них, мама как раз её кормила грудью. Мы с ними перекинулись парой слов.
(Позже, когда мы уже жили там же, на этом берегу, в палатке, мы встречали эту маму с детьми не раз. Однажды папа спросил, какого возраста её младшая дочка. Та ответила – год и два месяца. Наш папа изумился – и не страшно, мол, вам с таким-то малышом жить в палатке, та отвечала – ничего, говорит, я и со старшими тоже здесь жила, когда они были такими же маленькими.)
Ещё одну стоянку занятую мы проходили, но там людей не было видно, только палатка застёгнутая стояла, а люди – то ли спали в палатке, то ли отлучились – неизвестно.
Далее тропинка лесная вывела нас на самый обрыв, и дальше, как мы увидели, нам пришлось бы идти по самому краю обрыва, по-над-пропастью. Но изображать из себя альпинистов мы не стали, а решили спуститься вниз, на морской берег. Нашли какой-то спуск с обрыва к морю, но он оказался настолько крут, что мы опять-таки не стали играть в скалолазов (опасные игрушки!), а вернулись чуть назад по лесу и спустились на берег морской по пологому спуску. Дальше по камням, вдоль бережка морского мы вышли к родительской школе, и дальше, мимо неё – к водопаду.
У папы отчего-то разболелся живот (кишечник, или желудок, или ещё что-то там пищеварительное внутри), и шёл он, полускрючившись.
Дошли мы до водопада, сделали там традиционный привал. Передохнули, мама и Саша смочили ноги в Чёрном море; Чёрное море оказалось в данный момент холодным, холоднее, чем утром было.
У водопада одна мамаша молодая из родительской школы «Драгоценность» стирала бельё в тазике, а около неё – куча малышей, человек пять или шесть, в возрасте от двух до шести лет. Ещё одна молодая мама с «кенгуру» на груди (а в «кенгуру» – малыш), с рюкзаком за плечами и с канистрой в руке прошла мимо и полезла по тропинке вверх, вдоль ручья, к роднику за водой (родник где-то там, выше по ручью). В-общем, люди живут здесь, на природе, несмотря на прохладную погоду.
Передохнув немного, мы пошли дальше по берегу и в половине шестого вышли к Большому Утришу. Подождали маршрутку; она пришла, постояла немного, поджидая пассажиров, и в 17.50 поехала в Анапу, и мы – в ней. Доехали до Южного рынка, там пересели на маршрутку № 4, на ней быстро и хорошо доехали до Джемете.
Сразу зашли в магазины, купили курочку готовую и в восьмом часу пришли домой.
Мама стала готовить ужин, папа принял лекарство и прилёг в домике, скрючившись. Он даже вздремнул, а ужинать не стал. Все остальные ужинали с аппетитом, мама стаканчик «Кагора» выпила.
Папа отлежался, принял ещё лекарство, боль у него прошла, и даже желание покушать появилось; он выпил водки с солью и закусил курочкой.
А время, между тем, было уже девять часов, и мы начали потихоньку готовиться ко сну.
Погуляли мы сегодня хорошо. Хоть и прохладно, ветрено было, но по жаре, когда солнце печёт и каменный берег нагревается, и ветер не освежает, путешествовать очень тяжело. Солнце нагревает камень, гальку на берегу, и получается двойной эффект: солнце жарит тебя сверху, а от нагретого камня жар исходит снизу, и если при этом ещё и ветра нет, то ощущение иногда бывает такое, что находишься в печке. Идти тяжело, потеешь немилосердно, но идти надо. А сегодня, по прохладе, в этом отношении гулялось нам не плохо. Лица и носы у нас за день загорели и даже подгорели на ярком солнце, а тела – нет, потому что мы не раздевались.
У Наташи Ростовой жильцов пока новых нет, только мы и Марина с Ильёй и Сергеем. Ну и очень хорошо, свободно во дворе и на кухне.
С соседнего двора пришла целая команда малолетних двоюродных родственников наших домохозяев. Обычно приходит только Давид без штанов – к Филе, а тут явилась целая армия: Давид, и самый младший их, и сестрёнка, что перед Давидом родилась, и более старший брат, и с ними ещё мальчик-отдыхающий из Питера. И они носились весь вечер по двору, и Наташа с Сашей с ними. Потом Саша устал, ушёл в домик отдохнуть, а Филю мама домой загнала. Остальная компания ещё некоторое время погоняла с воплями по двору, а потом вышла тётя Света и прогнала их всех на свой двор.
И около десяти часов вечера мы стали укладываться спать.

"В священной тишине восходит солнце, и от камней поднимается в небо сизый туман, насыщенный сладким запахом золотых цветов.
Берег, среди темной равнины сонных вод, под бледным куполом неба, подобен жертвеннику пред лицом бога-солнца.
Только что погасли звезды, но еще блестит белая Венера, одиноко утопая в холодной высоте мутного неба, над прозрачною грядою перистых облаков; облака чуть окрашены в розоватые краски и тихо сгорают в огне первого луча, а на спокойном лоне моря их отражения, точно перламутр, всплывший из синей глубины вод.
Выпрямляются встречу солнцу стебли трав и лепестки цветов, отягченные серебром росы, ее светлые капли висят на концах стеблей, полнеют и, срываясь, падают на землю, вспотевшую в жарком сне. Хочется слышать тихий звон их падения, – грустно, что не слышишь его.
Проснулись птицы, перепархивают в листве олив, поют, а снизу вздымаются в гору густые вздохи моря, пробужденного солнцем.
А все-таки - тихо. В свежести утра запах цветов и трав яснее, чем звуки."

День шестнадцатый.
14 июня, понедельник

Мама разбудила папу в 4.10, потом она опять задремала, а папа уже не уснул, полежал часок, и в половине шестого встал, выполз из палатки. Уже рассвело. Температура воздуха 14°, ветра нет совсем. Температура воды 17°. Солнце ещё не встало. Всего 14°, а не холодно, нормально.
Папа обнаружил следы присутствия ночных гостей. Сначала ему показалось, что кружек стало мало: присмотрелся – и нашёл одну, красную с ручкой, упавшую в старый очаг; а синюю совсем не нашёл. Синюю он обнаружил позже, она тоже свалилась и откатилась в сторону. Папа предположил тогда, что ночью были шакалы, шастали здесь в поисках съестного и раскидали кружки. Папа слегка огорчился. Потом он вспомнил, что мама вечером не стала мыть посуду после ужина, а оставила это дело до утра. Папа глянул – а грязных мисок нет, и ложек грязных, которые были вложены в эти миски, тоже нет. Осталось только три маленькие чайные ложки, а четырёх больших и одной маленькой – нету. Тут папа огорчился гораздо сильнее – как есть будем без ложек и где их тут, в лесу, взять другие? Потом папа костёр разжёг, хотел идти к морю умываться – и обнаружил, что щёток зубных и пасты тоже нет, они вечером лежали в пакете на камне, и нет теперь ни щёток, ни пакета, только камень остался. Папа совсем приуныл: пасту зубную купить ещё можно, а вот щётки продаются далеко не везде, а магазин на Утрише всего один, и неизвестно, есть ли там такой товар, как ложки и зубные щётки – магазин-то продовольственный. Поставил папа чайник на огонь, а умываться не пошёл совсем с огорчения. Потом папа хотел кофе, по своему обыкновению, попить, а его тоже не оказалось. Чай на месте, соль тоже, а вот банки с растворимым кофе – нету. Пришлось папе чайком обойтись.
Дальше было вот что. Случайно папа заметил в траве за очагом одну из пропавших ложек, большую. Он обрадовался, начал шарить в этом месте и нашёл ещё одну (чайную) ложку. Папа наладил организованный поиск и обнаружил ещё одну большую ложку. Несколько поодаль, в зарослях иглицы, он нашёл наши миски, вылизанные дочиста шакалом (они белели сквозь зелень иглицы). Там же, в мисках, были мышиные какашки – видно, мыши доедали за шакалом остатки. Папа долго топтался в зарослях иглицы, буквально прощупывая заросли, и в результате три больших ложки и одна маленькая вернулись к нам, их законным владельцам. Папа немного повеселел – тремя ложками вчетвером уже можно как-то обедать. На радостях папа решил сходить к морю и умыться всё-таки, хотя и без зубных щёток – а что делать. Умылся папа в Чёрном море, без чистки зубов, возвращается обратно – и находит наш украденный пакет с зубной пастой и щётками. Пакет лежал на камнях неподалёку, и хорошо, что не в кустах – среди густой зелени его бы ни за что не найти. Папа ещё больше обрадовался – и ложки целы, и зубные щётки. Чуть позже папа случайно обнаружил и четвёртую, последнюю ложку – она застряла в кустах иглицы и висела, как ёлочная игрушка. Висела на самом виду, а папа перед этим искал внизу, под кустами, на земле. Итак, теперь не хватало только кофе, но это уже мелочь, кофе можно купить в первый же поход в магазин за продуктами, а можно и без него обойтись.
Всё же остальное висело на ветках и осталось нетронутым.
Повеселевший и воспрянувший духом папа сходил к морю и умылся ещё раз (теперь уже с чисткой зубов); потом он гулял по берегу, пока остальной народ ещё досыпал своё в палатке; собирал дровишки для костра. (Для очага мы использовали в качестве дров разные палки и прочий деревянный мусор, выброшенный морем и валявшийся на берегу, видимо, ещё с зимы, когда море штормит. Палки эти уже вполне высушены солнцем, в качестве дров для очага очень подходящи. Так же мы поступали и в прошлом году.)
Было тихо и спокойно. Ветра не было совсем, но дым от костра слегка тянуло по направлению от суши к морю. Солнце показалось из-за горы в 7.20, начало частично освещать наш берег, и к восьми часам осветило уже его целиком. Тем временем и ветерок начал появляться, совсем лёгкий вначале. Дымок от костра стало тянуть в противоположную сторону – от моря к лесу. Позже ветер усилился; он слегка изменил направление – вчера был южный, сегодня же – западный. Но не очень сильный и не холодный. Море тем временем успокоилось, волны затихли совсем.
Господа отдыхающие мама, Саша и Наташа проснулись в 8.30, начали выползать из вигвама. На стоянке стало шумно и весело. Папа поведал маме и всем остальным, что натворили ночные гости – шакалы, мама рассказала, что она их (шакалов) ночью слышала.
А чуть позже мама нашла и последнюю пропажу – банку с кофе. Шакал утащил её в сторонку; там он открыл банку зубами (крышка слегка прокушена). Видимо, содержимое банки ему не понравилось, и он бросил её. Хорошо, что бросил на камнях, а не в лесу – в кустах мы бы её не нашли; и даже не рассыпал: банка стояла на камнях аккуратно.
(Прокушенную шакалом крышку мы привезли потом домой - в качестве сувенира, на память)
Господа отдыхающие умывались в море; сначала было им прохладно, но потом стало хорошо. На завтрак у нас был чай с печеньем, а папа наконец-то напился кофе. После завтрака отдыхали, играли, кто-то ловил крабиков, кто-то продолжал строить великую китайскую стену.
В одиннадцать часов температура воды в море была уже где-то около 19°; мама решила искупаться, плавала с удовольствием. Папа немного тоже побултыхался, и ребята следом за ним – тоже. Папа надул круг, и Наташа плавала с кругом, а Саша – без. После купания грелись на солнышке, выволокли наши туристические коврики на солнечное место, и мама с Наташей валялись на них. А папа сидел на каменной табуретке и писал эти строки.
После полудня у нас стали появляться первые признаки аппетита, и мама занялась приготовлением обеда.
Море притихло, волн нет совсем, ветер с запада, несильный. Небо ясное, вдали заметны какие-то облака, но до нас они не доходят.
Обедали мы в час дня; мама готовила к обеду супчик, он оказался очень вкусным. К супчику были хлеб, лук, а потом – чай, кофе. Папа тяпнул водочки грамм пятьдесят, мама отказалась.
Пообедав, мама утянула коврик в тенёчек, укрылась спальным мешком и уснула. А остальные потихоньку занимались, кто чем хотел. В половине третьего мама проснулась, а папа и Саша стали собираться в магазин за провизией. Мама написала список, что им нужно купить. В 15.15 они тронулись в путь с пустыми рюкзаками, захватив с собой порожние бутылки, чтобы заодно набрать пресной воды под водопадом на обратном пути.
Через полчаса, в 15.45, папа с Сашей были у водопада; прошли его, не останавливаясь, лишь на ходу ополоснули лица холодной пресной водой. В 16.15 вышли к Большому Утришу, затратив на дорогу ровно один час. Прошлись вдоль рыночка – ничего путного там в продаже не увидели, только сувениры, вода, пиво и мороженое. Саша съел мороженое. Зашли в магазин. Хлеба в продаже не было, продавщица сказала, что по понедельникам у них завоза не бывает, завтра, мол, во вторник привезут. (Нужно будет учесть на будущее). Вместо хлеба купили сухарей, баранок и печенья. Ещё купили: водку, минеральную воду, тушёнку, кетчуп, килограмм картошки, сок в маленьких упаковочках. Ни овощей, ни фруктов там не было (и не бывает – их надо смотреть на рынке). Ещё колбасы взяли.
Папа с Сашей загрузили приобретённую провизию в рюкзаки и двинулись в обратный путь, на часах было 16.45. Нагруженные, шли они уже медленнее. У водопада остановились передохнуть, набрали воды пресной. Загрузили воду в рюкзаки и пошли дальше. В шесть они были на месте. Мама и Наташа их встречали.
Папа и Саша отдохнули с дороги; ближе к семи часам стали разводить костёр, на ужин мама решила варить картошку (картошка молодая, и очень мелкая, хорошо варить в «мундире»). Ужинали: картошка в «мундире», колбаса, соль, лук. Водка (немного, для взрослых). После ужина немного поиграли, погуляли, подышали воздухом. Ветер по-прежнему западный, немного задувает и к нам на стоянку. И какую-то облачность натянуло.
После девяти часов мы стали готовить лагерь к ночи. Убрали вещи в палатку, все съестные припасы и даже пустую посуду подвесили на ветки повыше (от шакалов). На пустующей стоянке неподалёку мы ещё раньше нашли кусок полиэтилена, служивший кому-то когда-то самодельным тентом; папа с мамой притащили его к нам на стоянку, укрыли им обувь нашу (на всякий случай, от дождя, если вдруг ночью пойдёт). Ближе у десяти часам вечера полезли в палатку ночевать – сначала ребята, потом мама с папой.
В палатке было душно, мы перед сном сняли с себя свитера.