Н-нууу.... ээээ.... *мучительно краснеет и чешет в затылке любимым клинком* вот по просьбе Рипы Ван В написала проду фика про любительницу собак... ээээ.... по-моему, не слишком удачно... но оцените *с изумлением обнаруживает, что затылок мокрый от крови*

Приду во сне
Автор: Багирамм
Жанр: романтическая\приключенческая зарисовка
Саммари: а это было на самом деле?..

Кроссовки промокли насквозь, низ джинов потемнел от воды и грязи. Я шлёпала по лужам домой, рассеянно вглядываясь в низкое серое небо, в мокрые дома и черные голые деревья. Индейское лето закончилось, наступила самая настоящая осень с дождями, туманом, сыростью и холодом.
Да уж, туманная Англия, дождливый Альбион…
Цоканье когтей отвлекло меня от раздумий. Я обернулась… и с визгом отпрыгнул в сторону: за мной невозмутимо трусил тот самый огромный, со светлой шерстью, кобель в сером кожаном ошейнике. Заметив мою реакцию, он остановился и склонил лобастую голову набок.
- Чего тебе? – жалобно спросила я и топнула ногой – Отойди!
Пёс жизнерадостно вывалил розовый язык и коротко вильнул пушистым хвостом. Я осторожно повернулась и пошла дальше, цоканье немедленно возобновилось – Светлый шёл рядом, размерами напоминая упитанного телёнка. В ошейнике вновь блеснул серебряный крест, я поёжилась.
Заскочив в магазин, я перевела дух. Пёс не пошёл за мной, остался сидеть рядом со входом. Я двинулась вглубь магазина, понадеявшись, что собака куда-нибудь убежит, пока я буду ходить вдоль полок с продуктами.
Но как только я вышла из супермаркета, Светлый быстро пошёл ко мне навстречу и степенно двинулся рядом, дружелюбно задев мохнатым боком.
- Слушай, чего тебе надо? – рассердилась я – Извини, но домой к себе я тебя не пущу, во-первых, ты слишком большой, во-вторых, судя по ошейнику, ты уже и так чей-то, а в-третьих, ты слишком кровожадный. Вон Чёрного чуть не загрыз!.. Кстати, что вы так не поделили? Милый такой пёс…
Светлый лишь косил на меня зелёным глазом и улыбался во всю свою жуткую зубастую пасть. Только теперь я заметила застарелый бледно-розовый шрам на его морде, протянувшийся с челюсти до глаза, и подавила вздох…
У своего подъезда я остановилась, кобель – тоже. Он вопросительно заглядывал мне в глаза и нетерпеливо царапал мокрый асфальт когтями, мол, решай уже, пускаешь ли ты меня к себе или нет! Я уже собралась было быстро зайти, не оглядываясь, в подъезд, но тут на щёку упала холодная капля, по ухоженному двору пронёсся порыв ледяного промозглого ветра. Я оглядела свалявшуюся шерсть, потёртый серый ошейник, глаз вновь зацепился за застарелый шрам…
- Ладно, идём. Но только на несколько дней!
В квартире я покосилась на цепочку лужиц и ошмётки жидкой грязи, протянувшиеся за Светлым, и решительно сказала:
- Ну вот что, милый, тебя надо скупать. Не возражаешь?
Светлый возражал, и ещё как, но я, уверенная почему-то, что пёс понимает все мои слова, пригрозила:
- Или ты купаешься, или я выставлю тебя на улицу!
Светлый оскалил клыки и пару раз глухо гавкнул.
- Не ругайся! Посмотри на себя, ты же весь грязный!
Кобель тяжко вздохнул и, смирившись, процокал в ванну. Я, мысленно перекрестившись, достала стопку старых полотенец…
Вообще-то я ожидала, что это будет светопреставление. Мне доводилось купать и больших собак, и маленьких, и даже мелкая шавка способна превратить обычную банную процедуру в великий потоп, что уж говорить о псине размером с телёнка! Однако Светлый вёл себя очень спокойно и даже стеснительно, например, он категорически отказался мылить живот, несмотря на все мои вопли о том, что там шерсть самая грязная и спутанная. Сошлись мы на том, что он просто полежит в мыльной воде подольше.
Вечером я принесла чай в комнату и забралась с ногами в уютное потёртое кресло. Светлый тут же подошёл и оценивающе оглядел мебель.
Я похолодела:
- Даже не думай!..
Но пёс с громким лаем вспрыгнул в кресло. Я завизжала, пытаясь спасти чай, туша весом под центнер основательно придавила «хозяйку», пёс нахально вытеснил меня в щель между подушками и подлокотником, и удовлетворённо засопел.
- Ну, знаешь! – возмутилась я – Это моё кресло!
Светлый ткнулся холодным мокрым носом в мою щёку и блаженно прикрыл зелёные глаза. Я повозилась немного, устраиваясь поудобнее, и мирно погрузилась в чтение, машинальна гладя чистую жесткую шерсть…
Мне снилось, что я сплю. И просыпаюсь тоже во сне. Такие сны редко, но бывают у меня. Я удивилась было, что лежу в кровати, ведь заснула я в кресле в обнимку с псом, но потом вспомнила, что это сон, и успокоилась. Встала, прошла на кухню, и увидела…
Если бы это был не сон, я бы тут же подняла дикий визг. Но тут я просто остановилась на пару секунд на пороге. У окна стоял двухметровый блондинистый мужчина, небритый, зеленоглазый, в очках. Он был в одних полотняных брюках, на смуглой груди тускло блестел серебряный крест, а на щеке я разглядела застарелый бледно-розовый шрам. Но больше всего меня удивило то, что на столе дымились две чашки чая.
- Думал, ты не проснёшься, - улыбнулся он. Я покосилась на чашки, он перехватил мой взгляд и рассмеялся.
- Я и не проснулась…
Он был замечательный. И очень-очень красивый. И… почему-то напоминал большую такую собаку.
Мы проговорили всю ночь. Честно сказать, разговор я запомнила отрывками, но общее впечатление помню – мне с ним было спокойно и интересно. Понимая, что это всего лишь сон, я дерзко расспрашивала о его жизни, о друзьях, о том, чем он занимается… Он не обижался и охотно рассказывал смешные и странные истории, половину которых я не поняла и не запомнила. Забавляясь, он говорил о вампирах, о Риме… А мне всё хотелось подойти и осторожно провести рукой по его шраму. Но почему-то я этого не сделала…
В какой-то момент он случайно порезал руку, я кинулась было за йодом, но он, смеясь, показал гладкую кожу на месте мгновенно затянувшейся ранки. Помню, он как-то очень горько и смешно рассказывал о человеке со странным и знакомым именем Алукард, о своей службе, о том, что очень любит детей, и у него есть почти что приёмный сын Энрико…
И почему-то я хорошо запомнила что он просто обожает гренки с сулугуни.
Когда за окном начало светать, я с грустной улыбкой сказала:
- Что-то сон затянулся. Пойду, засну… То есть проснусь.
- Иди, - он улыбнулся в ответ – Ночью человек не должен бодрствовать… Не его это дело.
Я встала из-за стола и, подумав, что это мой сон и, следовательно, я могу делать всё что хочу, подошла к нему и поцеловала в небритую щёку.
- Приснишься мне как-нибудь ещё раз?
- Постараюсь, - серьёзно ответил он.
Наверное, надо было спросить, как его зовут. Но, может быть, я и спросила, но забыла об этом…
…его зовут Александром. Не знаю, просто мне так кажется. В конце концов, это мой сон!..
Я почему-то проснулась очень поздно, где-то в половине первого. За окном шумел унылый осенний дождь, я, поёживаясь, спустила ноги с кровати.
Гренки с сулугуни, невесть к чему вспомнила я. Гренки…
Зевая и трясясь крупной дрожью (в квартире было прохладно), я вошла на кухню…и замерла на пороге.
На столе стояли две чашки с остатками чая.
Сзади процокали когти, в кухню следом за мной вошёл Светлый. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, и наконец я тихо сказала:
- Гренки будешь? С сулугуни…