(выкладываю обещанное "крео" Лучше поздно, чем никому...)

Да уж… Вечер вчера удался… Вечерком ко мне заглянули Динка с Михой, занесли котелок с треногой, тент… Съездили в Кореллию, ага. Миха за пару вечеров убитый закопченный в гавно котелок отмыл и отдраил так, что в него теперь смотреться можно. Плюс ко всему сказал, что так и не пригодился… Еще бы пастой ГОИ натер, умник. У него праздник вчерась случился, день ВыВыСы, а я и поздравить забыл, растяпа. По этому случаю решили пивка испить, посидеть, так сказать… А до того момента эти самые граждане очень мне помогли со снарягой. Одним словом – респект этим товарищам и увага. Да.

Так вот, про пивко.Прошлись мы до магазину, взяли по баночке пивасика, кольмары шмальмары, все дела. Тут Миха мне показывает, улыбаясь – «Три топорика»… Чё? Где?
А вон, грит, портвишок. Я лапками – цап, ухватился, скалюсь – буду, грю детЦтво вспоминать, Агдам, Улыбку, всё такое… Тем более стоил он 34 рубля. Меньше Ойро за бутыль. Прикольно. Мужик на кассе понимающе улыбнулся. Еще бы, выкладывают два благородных дона из корзинки снедь (пиво с кальмарами), следом достают эту хрень... Сами такие видные из себя, офицеры (ну, я то в прошлом, а Миха в ряда нашей РА), жынтыльмены, Прикинуты, как надо… Впрочем, увлекся, каюсь.

Так вот. Вышли, прошлись малость по Измайловскому бульвару до ближайшей свободной лавочки, присели. Анекдоты травим, словом, ведем неторопливую высокоинтеллектуальную беседу. Тем временем пиво благополучно завершилось ( у меня, Динка еще и не ополовинила, у Мишки на дондышке плескалось…) и пришло время откупорить дивный сосуд с охуенна живительной, так сказать, влагой. Причем, прошу заметить, Миха отказался, сославшись на то, что предварительно выпитый им коньяк может прийти в недоумение от таких коктейлей, а Динка отказалась, не потрудившись выдумывать каких-либо причин. Так что все это богатство пришлось в одно рыло. Мое. 07 литра. А я почти не жрамши. С утреца картошечка, к этому моменту благополучно переваренная и возвращенная в лоно природы, вернее – в нежные и теплые обьятья мачковской канализации и, вот щас – кальмаришки… Почетно.

Помахивая ополовиненной бутылкой, проводил друзей к станции метрополитена, тепло попращался и пошел под звездами к берлоге. Испитый портвейн требовал общения. Осмотревшись, равных себе не обнаружил, достойных собеседников тожа… Но великие китайские мастера ужо соорудили мобильный телефон, могучая цивилизация подарила (вощето – продала) нам сотовую связь и решил я всем этим попользоваться для утоления интеллектуального голода. Позвонил одной – пожелал спокойной ночи и ее горячего тела, второй, третьей… Провожая вербально одного из абонентов в город-герой Питер, в стиле акына описывал все вокруг меня происходящее. В этот момент как раз проходил по вполне себе темной улочке, где и увидал мужика. Соответственно озвучил, что вижу какого-то дядю. Дядя мне че-то вякнул. Я, будучи человеком воспитанным и внимательным, походя не стал его посылать, а остановился и громко и четко послал его на хуй. В ответ дядя в меня дважды из чего-то выстрелил. Я сообщил в трубку, что щас меня, наверное, будут пиздить и пообещал перезвонить попозже. Если смогу. И пошел к дяде навстречу. Зря, пожалуй. Адреналин, как говориться, стекал в ботинки. Дядя тоже двинул в мою сторону. Был он чуток повыше, пожалуй, покрепче и уж точно – трезвее меня. Всего – вместе взятого. По всем, так сказать параметрам. Че он ко мне пошел, если у него в руках шпалер и я сам иду к нему я так и не понял. О чем его и спросил. О чем мы с ним говорили – не помню, хоть убей. Испитый портвейн рождал в моем неокрепшем мозгу (спинном, надо полагать) креотив за креотивом, адриналин – фантанировал идеями и оборотами речи – один другого гениальнее. Жаль, записать не на чем было… А потом забылось. Жаль. Кароче, тщательно дозируя агрессию и убеждение, стеб и интиллект, я основательно дядю ЗАГРУЗИЛ. Прокатил на метле. Нахлобучил. Опустил. И проча-проча-проча… Дядя, извинившись, убрал свою железку (я, кстати, так и не индифицировал, чё там за хрень была, а в ходе беседы просто забыл про нее) и ушел. В ночь и темень. Как какой-нибудь сраный герой в каком-нибудь сраном кино про сраных ковбоев. Я, соответственно, тоже пошел дальше. Вот тока не помню – перезвонил я или еще нет…
У парадной, как говорят жители СевПальмиры, меня сдурнило. Охуенно так прополаскало. Так я расстался с ужином из морепродуктов. Недолго во мне плескались эти кальмарусы. Да и хрен с ними. Начхать сто раз. Не шибко они мне и понравились, ага…
…А это волшебное утреннее похмелье… Вот заметил, что с разной гадости – разное похмелье. С водки – одно. С коньяка (если перекушать) – другое. Оно (похмелье) вроде одно, а на самом деле они (похмелья) очень разные. Несравнимые. Несопоставимые. Трудноописуемые. А почему трудноописуемые? А потому, что будучи в состоянии алкогольной интоксикации человеку СТРАШНО ТРУДНО это описывать. Он ПЕРЕЖИВАЕТ, а не живет. Мыслит, соответственно, ощущениями, а не образами. А када этот самый чел из штопора выходит, любые его описания непременно станут грешить неточностями и приблизительностью. Вот такое вопиющее нарушение чистоты эксперимента, да. Но это тема совсем другого манускрипта. Вот.