Обзор новых CD
Газета.ру
Вроде бы все уже привыкли к тому, что Константин Кинчев любит металл и ни к какой «новой волне», которую хотели бы слышать от него ценители ранней «Алисы», возвращаться не желает. Даже «жги-гуляй-бит» лихих 1990-х в новом тысячелетии был оставлен ради возвышенного забоя в стиле «православный Rammstein».

Но все равно каждая новая работа «Алисы» вызывает противоречивые ощущения: то ли это попытка совместить несовместимое - эстетику темного металла с духом православия, то ли война с врагом на его территории и его же оружием. На сей раз Кинчев сражается в готической манере. Таким, по крайней мере, видится альбом «Стать Cевера» его создателям - северная русская готика. Обложка «Стати» выглядит хмуро. То ли чертополох, то ли что-то иное в призрачном мерцании. Внутри буклета такие же таинственные знаки: черепа, звезды, рыбы, инфернального вида клоуны. Плюс к этому по традиции угрюмые фотопортреты участников коллектива.

В сравнении с тремя предыдущими альбомами «Стать Cевера» можно назвать лирической пластинкой. Здесь много баллад, небольшая порция динамичных номеров и совсем нет страшного рыка, которым Кинчев так увлекался на альбоме «Изгой».

Сделав в течение прошлой пятилетки все главные программные заявления, «Алиса» сбавляет воинственность и предается неторопливым размышлениям. Характерно уже то, что альбом открывается не каким-нибудь хватким номером, а медленной балладой «Дым».

Один из спорных моментов пластинки - торжественно звучащая кавер-версия песни Майка Науменко «Старые раны». У Майка она звучала гораздо трагичнее. «Алисе» скорее подошла бы песня «Зоопарка» «Право на рок», которой вполне можно было бы заменить опус «Рок-н-ролл», добавленный к «Стати Севера» в качестве бонуса. Собрав весь цвет русского рока, Кинчев записал это свое историко-публицистическое произведение так же, как 15 лет тому назад записывал песню «Все это рок-н-ролл». Пафосные кинчевские строки по очереди поют Макаревич, Романов, Бутусов, Скляр, Сукачев, братья Самойловы, Горшок с Князем и другие - всего два десятка рокеров. В списке участников есть и Гребенщиков, но его голос как-то не слышен. Песня представляет собой развернутое возражение Кинчева на фразу Шевчука «рок это я». Примечательно, что сам Шевчук тоже участвовал в записи, но потом свою партию попросил убрать.

Если акция «Все это рок-н-ролл» в начале 1990-х годов была, что называется, «в жилу», то теперешний «Рок-н-ролл» звучит как привет из прошлого и изрядно контрастирует с cамим альбомом «Стать Севера».
Материал опубликован в "Газете" №66 от 12.04.2007г.