Вот Квентина Тарантино, например, никто по рукам не бил за его глумление над хронологией в Pulp Fiction. Подумаешь, перемешал сюжетную линию в полный винегрет. Типа он гений, ему все можно, и вообще это новое слово в синематографе.
Так что не умничайте «а чё это ты про отпуск рассказываешь с конца?».
А то! Мой отпуск – как хочу, так и рассказываю. И первый пост будет посвящен мужеству украинских пограничников, героически выследивших и обезвредивших диверсанта. Меня то бишь.



Моя мудрая мама всегда говорила, что бумажечки выкидывать нехорошо. Их нужно складывать в специальную коробочку, чтобы можно было достать, когда понадобятся. Слова у нее не расходились с делом, и в потаенных шкафчиках до сих пор можно найти рецепт на очки, выписанные мне еще при Брежневе, а также паспорт на радиолу «Ригонда», о существовании которой сейчас помнят лишь участники перехода через озеро Сиваш.
Но как это часто бывает, родительские истины я всю жизнь воспринимала транзитом (от одного уха к другому, минуя мозг), а к неполному возрасту Христа и вовсе решила, что ужас какая взрослая. Поэтому такая хрень и произошла.

Когда мы въезжали на территорию незалежной Украины, нас просили мелкими буковками заполнить некий бланк. Вопросы были просты, как завтрак космонавта: стой, кто идет, откуда взялся и куда едешь.
Половинку этого бланка отрывали и отдавали тебе на поруки. Несолидная бумажечка газетного типа не произвела на меня должного впечатления. Проблудив почти весь отпуск по моей сумочке, она измялась, изорвалась и потеряла всяческий человеческий облик. За пару дней до выезда на Родину я ее попросту выкинула. В кино (по закону жанра) сей драматический момент сопровождала бы тревожная музыка Шнитке. Зритель вдавливался бы в кресла от ужаса, кидал в экран поп-корн и вопил «не делай этого!» А в реале у меня ничего даже не ёкнуло. Мой разум в эту секунду мирно дремал за крепкими бастионами черепной коробки.

Ну чё, законы Мерфи сработали четко. Расплата не заставила себя ждать.

«Ваш документ на въезд» – бойко потребовал украинский пограничник, заглянувший в наше купе теплым солнечным утром. «Выкинула… ммм… потеряла», – простодушно проблеяла я. «Как это???» – не поверив такому счастью, оживился страж рубежей.
Вскоре я стояла в тамбуре и рассказывала свою версию происходящего уже двум пограничникам. Затем к ним примкнули еще двое сотрудников. С любопытством листая мой паспорт и вальяжно растягивая слова, они вещали мне о карах небесных. «Собирайте вещи. Мы вас снимаем с поезда. Откуда мы знаем, как вы проникли на Украину? Вас ждет милиция, суд, штраф от 340 до 680 гривен и запрет на въезд на территорию страны».
…Вы общались с гаишниками, так что меня поймете. Через минуту мы уже беседовали по поводу стоимости вопроса. Позиция официальных лиц была непреклонной: две тысячи рублей, и ни пенсом меньше. Призвав на помощь дух Сары Бернар и Тани Булановой, я пустила слезу и начала отчаянно торговаться.
Наша полифоническая мелодия звучала так:
- Я (полусонная пассажирка в трусах на босу ногу, губы дрожат, вот-вот разрыдается.
Меццо-сопрано, пианиссимо):
«люди местные, сами мы не добрые»… (тьфу, ну то есть наоборот).
- Они (цвет украинской погранслужбы, белые рубашки, погоны, глаза хитрые.
Бас, крещендо):
«а сколько у вас с собой денег?».
Ага, щас! Так я вам и сказала. Я конечно, дура, но не настолько же!
Под предлогом «пойду пошарю по закромам» я вернулась в купе и принялась лихорадочно перепрятывать тысячерублевые и стодолларовые купюры. Тихо цыкнула на обеспокоенных друзей-попутчиков: «не маячьте, вы не со мной, иначе денег попросят».

К доблестным блюстителям границ я вышла с ворохом пятидесятирублевых и сотенных бумажек и горстью медяков. Презрительно пофыркав «шо вы мне тута мелочь свою суёте!», дядечка, видимо, вспомнил мудрость про паршивую овцу и клок ее шерсти и со вздохом принялся ворошить мои дензнаки…

Короче, сей инцидент был исчерпан за 700 (или 800 – не помню точно) российских рубликов плюс украинскую двадцатку гривен. Мне вернули паспорт, ласково пожурили и посоветовали больше так не делать.
Философски сказав себе «дураков учат», я вернулась в купе и продрыхла еще пару часов.

Не поверите – как ни странно, денег мне не жалко. Во-первых, проблемы, которые решаются с помощью наличности, я научилась воспринимать не как проблемы, а как затраты. Во-вторых, отпуск я провела презамечательно, и по закону сохранения вселенской гармонии какая-нить пакость да должна была случиться. Хорошо, что такая мелкая.

Моралите сей басни: граждане, храните макулатуру. Особливо официальную. Даже если она вас не впечатляет уровнем полиграфии. Иначе придется потом взятку давать. Офицерам при исполнении. А это нехорошо и местами даже противозаконно.
О как!