...Вот когда упадёшь на землю, -

Говорили другие птицы, -

Ты узнаешь и цену жизни,

И как больно о землю биться,

Ты себя вознося, лукавишь,

Для гордыни  и для забавы,

Вот когда упадёшь, тогда лишь

Ты поймёшь, как мы были правы,

Ты поймёшь, что летать возможно

Лишь в кругу своего предела,

Ты узнаешь: душа ничтожна,

Если крылья не держат тело,

Ты узнаешь, как несерьёзно

Красотою своей гордиться,

Ты узнаешь, но будет поздно -

Говорили другие птицы:

Но не знали птицы другие

(Видно не дал им Бог чего-то),

Как отчаянно сводит крылья

Предвкушенье такого взлёта,

Что, над бурей летя зловещей,

Только жизнь ощутишь острее,

И как сердце в груди трепещет

От желанья летать быстрее:

Они много чего не знали

И не видели неба в звёздах,

Когда крылья, подобно стали,

Разрезали прозрачный воздух,

Когда жаркою летней ночью

Он взлетел, будто смертным не был,

Показавшись им бледной точкой

На пронзительно синем небе.

Он, наверно, забыл про тело,

И что крылья непрочны, или

Он летал, как душа хотела,

А не так, как его учили,

И ему, с высоты полёта,

Размывающей все границы,

Всё равно было ровным счётом,

Что там скажут другие птицы:

Переполнен духовной жаждой,

Этой ночью зловещей летней,

Не успел он помыслить даже

То, что этот полёт - последний,

Он летал, будто смертным не был,

Он летал, как душа хотела,

Только буря затмила небо,

Только вспышка пронзила тело,

И в мгновенье -  тела не стало,

Только сгусток огня и воли,

Он разбился, упав на скалы,

Не почувствовав даже боли,

Будто вовсе он птицей не был

Никогда-никогда на свете,

Только вспышка - он - это небо,

Эти звёзды и этот ветер,

Этой бури ночного света

И пронзительность и свеченье,

И той силы, что в мире этом

Не имеет обозначенья:

А другие птицы под утро,

Разглядев только кровь да перья,

Лишь потупили клювы хмуро:

"Нужно было иметь терпенье,

Нужно было летать как надо,

Смерть тому, кто закон забудет",

Кто-то плюнул в траву с досады:

"Мы же знали, что так и будет!".

(c)