Баллада о доблестном Иезуите-маловере, славном освободителе Нью-Завалинска, победителе злобного Чачавуна

«…Долго ль , коротко ли, длинно вам поведаю былину,
Что пришла из тьмы старинной…»

I
На высоком плоскогорье,
Возле речки Пескодонки
Град стоял любезен взгляду,
Правил градом тем Амбросий.

Правил честно, справедливо,
На полях родились сливы,
Винроград и всяки хзлаки,
Танцевал народ сертаки.

Табуны коней различных
На равнине выпасались
И траву они вкушали
Пожелтевшими зубами.

Град тот звался Нью-Завалинск
И в порту суда роились,
Привозя из-за границы
Залежалые товары.

Солнце весело светило
Птицы пели свои песни,
Только черное известье
К Нью-Завалинску спешило.

II
Царь Амбросий в кабинете,
После завтрака, шо утром,
Разговлялся на кушетке,
Персик, кушая, огромный.

Осовелыми глазами,
он смотрел на столик чудный,
Где стоял бокал портвейна,
До краев почтим налитый.
Тут вбежал гонец вспотевший,
И, воздевши к небу руки,
Кинулся к ногам монарха,
Столик чудный опрокинув.

И подал царю несмело
Небольшой клочок бумаги,
Где разборчиво писалось:
«Чачавун войну затеял».

Что собрал он рать большую
Воинов огромных, сильных,
До зубов вооруженных,
В делах ратных очень буйных.

И орет злодей проклятый,
Что Амбросия погубит
И разрушит чудный город
Чем попало, лишь бы быстро.

Опечалился Амбросий
Стал похож на бабуина
И ходил из угла в угол,
Пальцем лысину теревши.

И велел совет военный
Он созвать пока не поздно
Дать отпор решил злодею,
Только как пока не зная.

III
Пока заседает совет, приведу краткую биографию Чачавуна.

Чачавун рожден был в марте,
На границе Пакистана.
Незаконный сын царицы,
Шо ходила в старых девах.

И не выдержав позора,
Отдала его навеки
Пастухам, овец пасущим,
На равнине возле речки.

Там он рос, как куст бурьяна,
Как шакал голодный рыскал,
И совсем нагим носился
По равнине вечерами.

Как созрел и оперился
Стал пасти овец лахматых
По степи ходил с отарой
Морду высоко задрамши.

Но судьба к нему стучалась…
И за завтраком, однажды,
Старичок к нему заходит
Старый, маленький, плешивый.

И поведал старикашка
Чачавуну все как было.
И кусок лепешки сладкой
В горле застревал у парня.


И качнулась его крыша,
Налилися кровью глазки,
И с ума сошел бедняга
На беду всего народа.

И пошел он по равнине,
Набирая добровольцев.
В грязь втоптать решил народы
Плоскогорья… Чтобы знали…

Стал злодеем ненормальным
Жег леса, поля и села
Малых деток оставляя
Сиротами на чужбине.

Нью-Завалинск заприметил
И решил, во чтоб ни стало
Разорить тот чудный город,
Чтобы не было на карте.

IY
Заседание военного совета
Царь Амбросий решает послать гонца к Иезуиту-маловеру в надежде, что он поможет.

В зале маленьком, квадратном
Все старейшины собрались
И глаза потупив к полу
Глянуть на царя не смели.

Долго думали, гадали,
Попадая пальцем в небо,
Но разумного ответа
Не нашли, как ни старались.

Тут открылась дверь внезапно
И ввалился старец чахлый
Он спешил сюда скорее
На верблюде среди ночи.

И промолвил он фальцетом
Историческую фразу,
Чтоб гонца скорее слали
К Иезуиту-маловеру.

Только он один поможет
Против рати Чачавуна,
Только он один способен
Победить несметно войско.

И Амбросий со слезами
Целовал губами старца.
За полезные советы
Наградил его поместьем.

И велел позвать скорее
Бедуина-недоучку
И пергамент в руки всунул
И отправил в путь далекий.

И побрел во тьму ночную
Бедуин с заветным свитком
К Иезуиту-маловеру
Путь лежал совсем не близкий.

Долго ль, коротко ли, длинно
Добежал к Столыпин-граду.
И стучится в дверь дубову,
Чтоб скорей его впустили.

И вошел он в город славный,
И отпив глоточек квасу
К маловеру рвется быстро,
Даром время не теряя.


Маловер прочевши свиток,
Помутился ясным взором,
И кусок бараньей ножки
Из руки на землю выпал.

И сказал он баритоном:
«Что пока я жив, то знайте –
Нью-Завалинск, бля, не будет
Под пятою Чачавуна.»

И велел седлать мустанга,
Что стоял у дома сбоку,
И огромнейшему войску
Дал приказ: «Готовтесь к бою.»


Y
А тем временем на юге
В Нью-Завалинске, шо город,
Бьют набат все церкви сразу
Черну весть всем поясняя.

Чачавун злодей проклятый
Уж границу переходит,
А спасения все нету
Иезуит в пути скакает.


И вошел злодей проклятый
В чудный город Нью-Завалинск,
И пошел, как по Бродвею,
Поджигая всяки зданья.

Разорил суда и верфи,
Вытоптал сады конями,
Пескодонку гад загадитл,
Испражнением зловонным.

И Амбросия пленил он,
И одевши его в цепи,
Дал на поруганье войску,
Чтобы мучился бедняга.

YI
Вой стоял над градом чудным,
Но не долго черной тенью
Чачавун над ним простерся
Разоряя все, что можно.

Белой весточкой с востока
К ним донесся топот конский
Это рать летит большая,
Дать отпор собаке дикой.

Славно войско Иезуита
Прорвалось сквозь вражьи цепи,
Молотя чем попадется
Недоносков Чачавуна.

И замлел злодей от страха,
И одумался, но поздно,
Подавился чебуреком,
Что держал в руке немятой.

На мустанге крепконогом,
Маловер к нему подъехпл,
И промолвил хриплым басом:
«Выходи на поединок.»

YII
Бой Иезуита с Чачавуном.

В чисто поле оба вышли
Стали друг напротив друга
И сцепилися внезапно,
Как две суки из-за кости.

Чачавун приемом хитрым
Долбанул врага по шее
И рукой в кулак зажатой,
Дать хотел в районе уха.

Маловер, увидев это,
Увернулся незаметно
И рукой в локте согнутой
Долбанул врага в затылок.


Долго длился бой могучих,
Время рвало струны нервов.
Третьи сутки уж деруться
А конца еще не видно.

Но победа уже близко
Малдовер собравшись духом
Тыльной стороной ладони
Долбанул Врага по морде.

И осел злодей на землю,
Проклиная чью-то матерь
И глаза остекленели,
И упал он бездыханный.

Маловер его оставил
На съедение шакалам,
А войска изгнал с позором,
Надавав пинков весомых.

YIII
И отныне черны тучи
Над страной уже не вьются.
Побежден злодей проклятый
Славным витязем могучим.

Царь Амбросий пир состряпал
Из запасов, шо имелись
И три месяца гудели,
Прославляя маловера.

И Амбросий царь гуманный
К Маловеру обратился:
«Ой, спасибо тебе, друже,
Ой, помог в тяжку минуту…

Ой, спасибо храбрый воин
Ой, спасибо, ясен сокол,
Ой, проси чего захочешь,
Ой, спасибо, дуб могучий».

Маловер ему отвел:
«Ничего мой друг не надо
Наша дружба нерушима,
Чтобы, друже, не случилось».

И обнялись они крепко
В губы чмокнулись три раза
И стаканы крепкой водки
Выпили за это дело.

И на том они простились,
И цвела тогда черешня.
Маловер ушел в Столыпин
С ратью не поколебимой.


Долго ль, коротко ли, длинно я поведал вамс былину, что пришла из тьмы старинной.