Вот те картина! Полюбуйтесь!
Да тут же весь честной народ!
А граф?! В глазах такое буйство:
Мол – в порошок меня сотрет.
Стоят унылым полукругом,
Доспехи серебром горят,
И я ведь даже не напуган,
Хоть вижу – время помирать…
Как жаль мне Гемму и Роберто,
И Ворону грозит стрела,
Но быть спокойным в часе смертном
С улыбкой злой решаю я.
Нагнал Ройил, подлец проклятый,
И иже с ним, сожри их пёс!
Во всеоружьи, гады, в латах!
Обидно ж как! Почти до слёз!
Давно, - я думал, – оторвались
Ан нет! Он здесь, и раньше нас!
Теперь сражаться лишь осталось,
Молясь, чтобы Создатель спас.
«Ну здравствуй! Что? Уже не шутишь? -
Речь начинает граф Ройил, -
Ты, друг, не понял самой сути,
Живым я брать тебя решил!
Убить один раз – это мало,
Ты будешь долго умирать.
Расскажешь мне, что с девкой стало,
И где она – хочу я знать!»
Хвала тебе, Святая Дева,
Я рад - Ноэми не у них!
«Не избежишь Ройила гнева!
Тебя схватить – один лишь миг!
Шутить со мною – это глупость,
А надо мной – могильный крест!»
«Ты, граф Ройил, прости за грубость,
Понятен юмор не для всех,
Бывают люди – ты, к примеру,
Шути, а им – совой об пень!»
«Ты, злоречивый, знал бы меру!
Живешь ведь свой последний день!»
А нас, тем часом, окружают,
Роберто с саблей наголо
Собою Гемму прикрывает.
И Ворон мой кружится зло.
Торгуюсь «Граф, готов я сдаться,
Но ты отпустишь остальных?
Иначе нам придется драться,
И не ручаюсь за твоих –
Могу я, как бы ненароком,
Кому-то глотку перегрызть!»
«Сегодня, шут, своим уроком
Тебя уму научит жизнь!
Дурак, не знаешь с кем связался,
Против кого решил пойти,
Ты, мой дружочек, заигрался…»
«Неужто, дьявол во плоти
Передо мной?» – смеюсь я смело.
А сам смотрю по сторонам,
Болтать Ройилу надоело,
Увы – не выбраться здесь нам.
С боков обоих нападают:
Два верховых на нас идут,
В трех дюймах воздух рассекает
От головы злодейский кнут.
Я отклонился. Вот же пакость!
Мне б зубы показать врагу,
Ведь тут атака за атакой,
А обратиться не могу!
Как с крысами тогда случилось,
Не понимаю – хоть убей,
А как теперь, скажи на милость,
С шестом лишь драться? Нет идей?
Я рыбкой под конем ныряю,
Тяну за стремя – падай, гад!
И меч его скорей хватаю,
Вот – железяка есть! Я рад!
Один подлец стал безголовым,
Другой кишочки растерял,
Вот третий мертв, иду на новых,
И все неистовей накал.
Но слуги графа – ведь не дети,
Умеют драться, упыри,
Так что победа тут не светит,
Чтоб их!.. Огнём оно гори!
Слабею я, сдает Роберто,
А Гемма плачет и дрожит.
Конец унылый предначертан,
А граф смеется, паразит!
Их много, как бы я не дрался,
А сил не станет победить…
Вдруг вижу, кто-то к ним подкрался
С тылов – и ну врага рубить!
Я оживился, отступаю,
Гляжу – там братья подошли!
И я ликую, хоть и знаю:
Меня искали - и нашли…
Как только с графом разберутся,
Займутся мной – я ренегат.
С огнём и пытками возьмутся,
Но все равно я братьям рад!
Меня они казнят, пожалуй,
Зато Ангесса будет жить.
Я наблюдаю – как же жалок
Теперь Ройил. Умерил прыть!
Его людей теснят нещадно,
И он все пятится ко мне,
«Ну? Подходи! - смеюсь злорадно, -
Что? На войне, как на войне?»
И мы сцепились не на шутку,
Я зол: «Давай! Дерись, урод!»
Скотина - испугал малютку!
И за Ноэми отгребёт!
А он напорист. Сильный, дьявол!
Финты же крутит – будь здоров!
Эфесом я в кадык ударил,
Добавил, рассекая бровь.
Он отшатнулся, но не сдался,
Атака. Шаг. Прямой укол,
Я отбиваю, подобрался.
В бок метит – это я учёл
И, крутанувшись, рассекаю
Его предплечье поперёк,
Затем с ноги его толкаю,
Чтобы он свалился, как мешок.
Вот вам готовенький – держите –
Главарь всех этих упырей,
Пытайте, режьте и палите!
…Со мной решали б поскорей.
Тем часом победили братья,
Друзья Ройила сражены,
Не мудрено – с такой-то ратью,
Мы, инквизиторы, дружны.
Сейчас и за меня возьмутся
Все дружно, ренегат – позор!
И вряд ли завтра мне проснуться…
На Гемму обращаю взор:
«Прощай, малышка, пусть Роберто,
Тебя до дому доведет…»
Брат подошел и смотрит фертом,
Да мне руки не подает.
«Что Дрэго? Ты, никак, отступник?»
«Какой отступник?! Он – герой!» -
Спешит к нам друг мой и заступник,
Кто? Брат Антоний! Бог Святой!
«Я Дрэго сам послал на дело,
Чтоб он Ройила отследил,
И брат наш действовал умело,
Того в ловушку заманил,
А ты молчи, когда не знаешь,
И старшего не оскорбляй!»
«Ну, здравствуй, Дрэго, что киваешь?
Я обниму тебя давай!»
Наедине остались с братом,
И он поведать мне решил:
С тех пор, как стал я ренегатом,
За мной охотился весь мир.
Но я их вывел на Ройила,
Который тот еще злодей,
За ним была большая сила,
Он многих погубил людей.
А Церковь ведь о нем не знала,
Колдун, упырь – большой улов.
«Ты совершил, мой брат, немало,
Всё кардинал простить готов
За подвиг твой… Я приукрасил
Конечно где-то, говоря
Преосвященству, что опасен
Один лишь ты для упыря.
Я Церковь убедил Святую,
Что ты за тем лишь послан был
Чтоб в тыл пробравшись, силу злую
Надуть. Мол, сведенья добыл
Для нас наш Дрэго. Уничтожил
К тому же графского слугу –
Ну, помнишь паука, быть может?»
Я ошарашено: «Угу…»
«Короче говоря, героем
Ты стал, но оба знаем мы –
Ты быть монахом не настроен,
И хуже монастырь тюрьмы.
От клятвы ты теперь свободен,
Но инквизитор ты, мой брат,
Коль путь такой тебе угоден,
Живи в миру, и будь женат»
Тут по плечу меня он хлопнул,
И, улыбнувшись, подмигнул,
Так я нежданно стал свободным
Вот это счастье! Караул…