Всю жизнь у меня стойкое предчувствие, что жить я буду может и не счастливо, но что долго - это точно. И помру лет эдак в 95, тихо, спокойно, на собственной кровати, пуская слюни в счастливом старческом маразме. И сниться мне тогда будет детство, лето, старый двор.