С этой весны у меня осталась куча долгов.
Я очень долго не могла домучать эту сказку, но всё же как-то домучала.
Спасибо тебе за то, что иногда, когда вокруг Ночь, недружелюбная ко мне, и в этом Мире погасли все огни, даже самые далёкие, всё же, я не наедине с демонами, желающими выгнать меня из моей головы.
Стиль кривой и противный, идея дурацкая, конец скомканный.
Ещё я не удержалась от парочки известных заказчику темы цитат))


Гретта тайком гуляла по крыше. Гулять по крыше, да ещё и тайком (а как ещё? Взрослые – странные люди), было строго-настрого запрещено, и Гретта об этом прекрасно знала. Но, тем не менее, она шла по высокому коньку черепичной крыши. Ей было ужасно скучно. И найти себе иное развлечение она не смогла. Не стоит думать, что она была непослушной девочкой. Она прекрасно понимала, что маму расстроит, если та узнает о прогулках её маленькой дочери. Поэтому Гретта считала, что будет лучше, если мама ничего не узнает. Нет, не опасаясь наказания, хотя и это, конечно, тоже. Гретта на самом деле переживала за маму. Маме не следовало беспокоиться.
Было солнечно, но не очень. И интересно смотреть сверху на верхушки деревьев и снизу, но всё-таки ближе, на облака.
- Кар! Что я вижу! Маленькая девочка совсем одна ходит по крыше!
Гретта обернулась на голос. На громоотводе сидела старая, хорошо знакомая Гретте Ворона. Гретта ненавидела Ворону так сильно, как маленькая девочка вообще может ненавидеть. Ворона за свою долгую птичью жизнь досадила всем, кому сумела. Её боялись все знакомы Гретте щенки и котята, да и все прочие Ворону не любили. За выдуманные плохие новости, злые и мерзкие шутки, сплетни, мелкое воровство и щенячьи раны.
- Хожу! А тебе какое дело?
- Нет, мне нет дела, если маленькая девочка хочет упасть с крыши и разбиться насмерть. Лучше я расскажу об этом маме девочки, ей будет интересно, что делает её дочка.
- Не смей!
- Посмею, ещё как! – насмешливо каркала Ворона.
- Мама не поверит глупой птице!
- А разве девочка умеет врать так, чтобы это было правдивей слов старой птицы? – зло прищурилась Ворона.
Гретта оглянулась, но на крыше не было привычных камней, чтобы запустить ими в Ворону. Гретта бросилась к громоотводу.
В какой-то миг Гретта ощутила злое торжество: Ворона как будто испугалась. Но в миг следующий птица тяжело снялась с места и улетела, а Гретта споткнулась о неровную черепицу, и… Девочка даже не успела крикнуть (и почти не успела испугаться), когда чьи-то руки подхватили её и очень быстро и аккуратно переставили на безопасный и ровный участок крыши.
Ещё минута прошла в молчании. Гретта боролась с запоздавшими слезами злости и испуга. Оглядевшись, она увидела, что рядом с ней стоит какой-то незнакомый… человек. По нему было невозможно определить его возраст, взрослый он или ребёнок. Он был одет во что-то длинное и светло-жёлтое, странная одежда, но не смешная. У него были так же приятные, но совершенно незнакомые черты лица. Именно что не_знакомые: немногие взрослые хотя бы раз в жизни видели такие лица.
- Кто ты? – спросила Гретта.
Человек посмотрел на неё необычайно чистыми глазами.
- Я догадалась! Ты Карлсон, который живёт на крыше! – разом осмелела девочка.
Человек неуловимо изменился в лице.
- Дитя научно-технического прогресса… - пробормотал он так тихо, что Гретта не разобрала слов. – Нет, я – Ангел. Жёлтый ангел.
При этих словах за спиной незнакомца развернулись два больших золотисто-жёлтых крыла, и стало совершенно ясно, что это именно Ангел, а по-другому и быть не может.
Гретта удивилась, но не слишком. Она вспомнила всё, что знала об ангелах, и поняла, что если кто-то может спасти девочку, летящую с крыши, то только добрый ангел-хранитель.
- Да-да, я именно такой, - сообщил Ангел. – Ангел-хранитель, в самом расцвете сил. Я теперь буду иногда прилетать. Можно?

Ангел оказался хорошим другом.
Впервые он прилетел уже через несколько дней, в ночь, когда Гретту будили страшные сны.
- Засыпай, на руках у меня засыпай, - сказал он с каким-то слишком серьёзным видом. – Я отгоню демонов.
Гретта заснула спокойно.
С тех пор, Ангел прилетал много раз, и матери девочки не стоило удивляться так сильно, когда однажды она увидела свою дочку стоящей перед открытым окном со странной улыбкой на губах.
- Он улетел… - Шептала девочка. – Но обещал вернуться.