Конечно же, было ошибкой брать его в дорогу. И вообще, чем аристократичнее сыр, тем настоятельнее должно быть желание оставить его дома. «Дружба» в коробочке прекрасно переносит любые жизненные вывихи, и к тому же не пахнет. Но кто из нас не делал ошибок?
О, этот запах! Через вакуумную упаковку, два наглухо завязанных пакета и третий, тщательно замотанный, он напоминал о себе при малейшей попытке изменить его местоположение.

В неверном свете туманного утра, когда остальные тщетно пытались втолкнуть в машину хотя бы половину заявленного к путешествию добра, а отец язвительно замечал, что надо бы приделать к крышке багажника пару ремней для крепления сундуков, мне удалось пристроить сыр в промежуток между вязанкой спиннингов, примусом, и задним боковым стеклом. В суматохе сборов этот маневр прошел незамеченным. В конце концов вещи кое-как уложены, и народ втискивается на оставшееся место - мама, с головной болью; детка, огребшая увесистого леща за попытку лечь на новый спиннинг; и отец... ээээ... ну тоже не в лучшем расположении духа. Машина рывком трогается, сыр тут же выпадает из тайника, отец шумно принюхивается, и довольно зловеще интересуется, кто это из нас разулся. Мычу в ответ что-то невразумительное, и ногой заталкиваю пакет под переднее сиденье, одновременно лихорадочно крутя ручку стеклоподъемника. В это время начинает накрапывать дождь, и это событие временно заставляет всех забыть о сыре. Следующие полтора часа посвящены огромной пробке между улицей Свободы и Волоколамкой, и поэтому сыр окончательно выпадает из сферы интересов (ноги я благоразумно подобрала на сиденье) В следующий раз он напоминает о себе уже только за ужином, в степи перед Волгоградом. Чай вскипел, и среди прочих вкусностей на свет появляется Он - пять кусочков разного сорта на зеленом лотке. Радиус поражения - два с половиной/три метра. По крайней мере, именно на это расстояние мне запрещено приближаться к столу. Мы с сыром коротаем ужин в гордом одиночестве.
Ночь выдается тревожной, душной, и к тому же омрачается басовитым храпом отца, и деткой, подтягивающей ему весьма немелодичным контральто. В результате мамин завтрак начинается с двух таблеток цитрамона.
- Господи, как же у меня болит голова... Что за ночь...
- Ночь как ночь. Спать надо ночами, и голова болеть не будет
- Уснешь с тобой, как же - такие рулады прямо над ухом
- Ну, извини. Зато тебе машину не вести.
- Мам, тебе надо взбодриться. Прими что-нибудь тонизирующее.
- Что например?
- Ну, я не знаю... Хочешь, я тебе сыра дам понюхать?
- Даже не приближайся ко мне с ЭТИМ!
- Вот видишь, тебе уже лучше!

Разговоров о сыре хватило до конца недели. Последний, пятый медальон, был съеден в свежеобустроенном лагере, уже на берегу, теплым вечером накануне отменного дождя.
- Это у тебя что, опять сыр, что-ли?
- Ага.
- Слушай, он закончится когда-нибудь, или нет?
- Все, этот уже последний.
- Кстати, а есть ли у него какие-нибудь рекомендации по срокам хранения?
- Эээээ... ну да, вобщем-то...
- И что они гласят?
- Ну, типа годен до августа этого года.
- А при какой температуре - позволено будет спросить?
- Нууу... Тут не написано... (наглая, беспардонная ложь - четко пропечатанные цифры «+3 - +5» ничем другим быть не могут)
- Надо думать, это по-любому не тридцать в тени. Я бы не стал ставить на себе такие эксперименты. Тем более, что до этого он два дня жарился в машине, и еще два - здесь, на дереве.
- Ну па, чего ему будет-то? Это ж сыр, а не паштет.
- Вот-вот. А кстати, что это на нем такое? Трупные пятна?
- Это плесень. Она тут была! Это сыр с плесенью, между прочим!
- Это я вижу. А ты возьмешься отличить фабричную плесень от благоприобретенной? Гляди, ночи темные, а заветный шалаш далеко. Ты бы его на утро отложила, что-ли - хоть выспишься спокойно.
- Ничего, до сих пор все нормально было.
- Ну гляди, дело хозяйское. Только отойди-ка с ним от стола подальше.
- Да пожалуйста. А зря вы отказались все
- Ничего, нам и запаха хватило.

На следующий день мы купили полтора кило «Гауды», затолкали ее в пакет из-под сока, чтобы на жаре не терялась форма, и до конца отпуска больше не знали забот с сыром.