[показать]


И в тот день я написала ему письмо. Не очень длинное, всего несколько страниц. Но я написала всё, что думаю о НАС, всё, что считала недосказанным с моей стороны. Я хранила это письмо, не решалась его отдавать, всё решала, надо ли оно…

Ночью мы проспали, и на пирс пришли поздно. Тогда, в ту ночь я подошла и предложила тебе конфетку. Мне просто было грустно смотреть, как ты сидишь там одна и ждёшь… (для читателей- у Инны, которой я это всё писала, был роман с Димой, и в эту ночь, которую я описываю, я впервые «разговаривала» с ней) А ты сначала не поняла, кто это. Я сказала: «Лика», а ты: «Блондиночка? Привет…Спасибо…» (она редко называет меня по имени, только Блондиночка:-) Рома тогда ушёл рано, мы немного посидели, послушали музыку и ушли…

На следующую ночь мы смылись из лагеря раньше, чем обычно, ведь это была наша последняя ночь! Даже заблудились тогда, потому что пошли через верх горы, в обход. Настроение было просто СУПЕР! Мы долго сидели на пляже с Гариком и москвичами, которые поставили палатку совсем рядом с нами на горе. Было так хорошо! Мы разговаривали о выборе, о Боге, о белом и чёрном, плохом и злом… Они пили пиво, а я смолила сигареты одну за одной. Оля быстро ушла. Она не любит разговаривать о Боге. Гарик приобнял меня, потому что было довольно прохладно. Я так пригрелась у него под крылышком, мне было просто кайфово, я не думала о Роме, я ни о чём не думала, кроме того, что чувствую настоящее счастье, которое волнами разливалось по телу. У нас с Гариком были очень нежные тёплые отношения, и сейчас я очень скучаю по нему.

Посидев с часик, я от них отлучилась потанцевать и побыть с Олей. Рома был уже пьян… Он подошёл ко мне, спросил, где Гарик, а когда я указала фонариком, где они сидят с москвичами, он попросил у меня этот фонарик. Точнее, не попросил, а приказал : «Дай фонарик!» И, наверное, непривычно для него, тем более, от меня, он получил отказ. Что там было!!! Он выложил на меня весь мат, который только знал. Было очень неприятно, но я знала. Что он это не имел в виду, он просто очень разозлился…Тем более, что был пьян.

В ту ночь они все ушли рано, часов в 3-4 утра, и забрали с собой бумбокс. А мы с Олей ещё остались. Мы посидели на пирсе, поговорили, попрощались с этим безумно красивым лиманчиковским ночным небом… Было холодно, и долго мы не просидели, пошли «домой».

Где-то около бара мы встретили Рому. Он был один, и зачем-то возвращался на пирс… НО когда он поравнялся с нами и понял, что мы уходим, то развернулся и пошёл обратно по направлению к домикам… Он казался таким убитым…или уставшим….или пьяным…А может, всё вместе. И я решила, что всё-таки отдам ему письмо.

….Продолжение следует…