А хотите расскажу одну из историй, в которые я почему-то часто попадаю. История про то, как я ездила в Москву, сдавать экзамен на правительственную стипендию.

Жила я тогда в Екатеринбурге. Экзамен был летом, в начале июля. Лето было жаркое. Экзамен состоял из письменного теста по японскому и собеседования. Я поехала в Москву на поезде, 30 часов. В Москву приехала рано утром и в тот же день, вечером, должна была выехать в Курск, к бабушке в гости. В поезде на Москву в одном купе со мной ехала бабушка с двумя внучками. Внучки бесились до поздней ночи, а я лежала на своей верхней полке и усиленно думала, пытаясь предугадать вопросы, которые мне могут задать на собеседовании. Конечно, не выспалась.
В Москве у меня есть родственники, родная сестра моего дедушки и ее муж. Они уже старенькие, у них нет детей и они всегда нас принимают, когда мы бываем проездом в Москве. Мы позвонили им заранее, где-то за месяц, потому что летом они живут на даче. Они должны были приехать с дачи, чтобы я могла оставить вещи и принять душ.
Прибыв на Ярославский вокзал в полпятого утра, я решила подождать, пока откроется метро и не звонить им, не будить их. Когда же я позвонила, никто не взял трубку. Их не было дома. Я звонила до последнего, пока не стало поджимать время. Я так и не знаю, что это было, предполагаю, что они просто забыли про меня.
Я быстренько сориентировалась и закинула вещи в камеру хранения. С собой взяла смену одежды, шампунь, зубную щетку, деньги и документы. И пошла в комнату матери и ребенка на Ярославском вокзале, поскольку мне сказали, что там есть душ, в который меня пустят за определенную сумму. Чтобы туда попасть, нужно было пройти через зал ожидания. Туда пускали только с билетом. Я показала им билет, что я только что приехала, другой билет, что я вечером уезжаю с Курского вокзала, объяснила, что мне надо только в душ, мне сегодня сдавать экзамен, а я сутки провела в поезде. Они были непробиваемы. Через 15 минут пустили, за 50 рублей.
Душ там оказался вполне себе приличный. Через полтора часа я уже была в Информационном отделе посольства Японии.
Письменный экзамен продолжался 4 часа. Задания были тестовые, уровень сложности повышался с каждым заданием. Можно было остановиться, если слишком трудно. Я доделала все до конца. Было очень жарко и душно.
В очереди на собеседование я оказалась последняя. Из 40 человек. Мне предложили погулять часика три. Я сходила пообедать с девочкой из Екатеринбурга. Она говорила, что она обязательно пройдет, ведь сам атташе ей искал научного руководителя. Мне было обидно, потому что у меня не было никаких связей. Было обидно, потому что я знаю, что из одного города редко берут двух человек. Пройдет кто-то один из нас, и у нее больше шансов.
Мне некуда было податься, поэтому я вернулась в информационный отдел. И заснула там в кресле. Разбудила меня девушка, вызывающая на собеседование. Сказала, что кто-то опоздал, не явился вовремя, и я могу пройти без очереди.
Я пошла в комнату, толком не разлепив глаза.
Я ответила на все вопросы, кроме одного. Я его не ожидала. Они спросили, хочу ли я стать ученым. Я не смогла соврать. Я сказала, что не могу писать толстые труды, результаты моих исследований всегда лаконичны, поэтому из меня наверное получится плохой ученый. Уже потом, в поезде, я думала, пережевывала своюб неудачу. Я не жалела, что не соврала, но я жалела, что не выкрутилась. Можно было сказать, что я хочу быть преподавателем, можно было сказать, что я уже работаю гидом и хочу и дальше этим заниматься. Но я сказала, что из меня получится плохой ученый, так нельзя было.
Позвонив еще раз родственникам и не дозвонившись, я поплелась на Ярославский вокзал за вещами. Идти в туфлях на каблуках я уже не могла, поэтому прямо на улице переобулась в кроссовки (были с собой в пакетике, я в них приехала). Было очень жарко, поэтому я завязала на голову косынку. Так и ходила, в юбке, кроссовках и косынке, с сумкой большой, чем-то смахивала на цыганку.
Сходив всюду, куда только можно, пошла на Курский вокзал. До отправления поезда было четыре часа. Очень хотелось снять юбку и одеть штаны. Пошла в туалет, женщина потребовала с меня деньги. Я дала ей, сколько надо было и пошла внутрь. Она сказала, что там занято, чтоб я ждала тут. Я сказала, что мне не нужна кабинка, я хочу только переодеть юбку. Тогда она вернула мне мои деньги и посмотрела за сумкой. Я купила кроссворды и книжку, но не могла ничего делать. Очень хотелось спать. Страшно было, что засну, а у меня украдут все вещи. Задремала, улегшись пластом на сумку. Объявили поезд.
Вагон был плацкартный, нижняя полка, 3-е место. Рядом с купе проводника. Надо мной была девочка чуть постарше меня, напротив дяденька. Чуть попозже пришел еще один мужик. Уже тогда он был пьян. После отправления он еще догнался. Девочка спросила, почему я такая замученная. Я рассказала. Дяденька напротив начал нести несусветную чушь про то, что я, изучая язык желтолицых, порчу арийскую славянскую расу. Оказалось, что дяденька - ветеран афганской войны. Пяьный мужик - ветеран чеченской войны. Слово за слово, и к ночи они подрались. Я н_и_к_о_г_д_а не видела так близко дерущихся всерьез мужиков. Рядом с нами ехало полвагона мужиков и никто не попытался разнять. Проводница тоже не вышла. Я звала на помощь, но никто не пришел. Они сами вдруг разошлись. "Афганец" вызвал скорую и милицию. Я легла и сделала вид, что сплю. В Туле сел наряд милиции. Меня разбудили и стали снимать показания. "Чеченец" грозился найти и отомстить, если что. Все это продолжалось до утра. Я дала показания так, что выходило, будто оба виноваты. Так и было, в принципе. Милиция уговорила "афганца" забрать заявление. "Чеченца" сняли с поезда еще в Туле.
А утром мы прибыли в Курск. Час в трамвае через весь город на автовокзал, час в автобусе по трассе в сторону Украины, 5 километров пешком через поля и вот я уже у бабушки. Весь день рассказывала про нашу с мамой жизнь. Пошли третьи бессонные сутки.
Когда я наконец легла спать, бабушка даже подходила послушать, дышу ли я. Я спала больше суток. Потом поехала в районный центр, к тете в гости. У нее есть телефон и туда мне должны были позвонить мама и Рёта. Первым позвонил Рёта. Естественно, первым делом он спросил, как экзамен. "Какой экзамен?" - переспросила я. Я напрочь забыла, что что-то сдавала. Потом вспомнила, рассказала. Только положила трубку, позвонила мама:
- Как экзамен?
- Какой экзамен?
Я опять забыла.
Интересно, это мой мозг на стресс так отреагировал? Я напрочь позабыла, что и как сдавала, зачем ездила в Москву...
А через полгода, в январе мне позвонили из Информационного отдела: "Вы успешно прошли экзамен и Министерство Образования Японии будет платить Вам стипендию. Начало стажировки в апреле. Подробности электронной почтой".
О, как я скакала!!!