Сверчок: С самого утра я начала разворачивать активные действия по высвобождению себя из тюрьмы (сам себя не спасешь – кому ты нужен?). Написала письмо Зану – на что он ответил «Вот когда убьют, тогда и жалуйтесь». Тут выяснилось, что меня и правда, кажется, скоро убьют. Ну а как иначе воспринимать фразу Натирки «Солнышко, а давай-ка мы тебя развоплотим?». Жить я хочу, очень. Ну, если не жить, то хотя бы гордо и неожиданно умереть своей смертью. Поэтому я стала Натирку убеждать, что я ни в чем не виновата. Выдвинутые ей обвинения, честно говоря, поставили меня в тупик: непонятное воздействие на Инквизитора (ага, щас!), выкачивание энергии, чуть ли не активные действия против Ночного Дозора и самой Натиры лично. Она привела такие факты, которых за всю Игру-то – раз-два и обчелся. И я к ним не имею никакого отношения. Вы-пу-сти-те-ме-ня! После длинной и содержательной беседы с Натиркой пришлось налаживать канал ментальной связи с Шаабом – О Великий (падает на колени и исступленно молится) – который только и спросил: «Че делать-то?». Лаконичность, достойная такого мага. Мысль о своем спасении я оставила уже к обеду. Бесполезно.
Олоу: Ну и зря, темные не сдаются. Вечером я встречаюсь с Заном, Вирусом, Флэш, Лоркой и Шаабом у «Хамелеона». Зан приносит две распечатанные на принтере фотографии Натирки, на которые при помощи хитрой компьютерной магии накастованы паутинки и булавочки. Зан прокачивает до В.К. Флэшку и Вируса, после чего мы все (включая виртуальную Катьку) кастуем на Натиру воронку. Флэшка, как Светлая, хоть и влюбленная в Шааба, этого не выдерживает и саморазвоплощается. При этом она так красиво падает на землю, что проходящая мимо цивильная бабушка испуганно спрашивает, не вызвать ли нам скорую. Зан хитро отмазывается, говорит, что репетиция. Тоже мне. В сумраке надо такие вещи делать, чтобы цивилы не видели, тогда и проблем не будет ;).
Приходим на площадь. Шааб теперь невидим, а мы ни хрена не помним – Зан постарался. Так что Шааб хватает Даню, и волочет его (и поволок! И поволок!!!) в какое-то магическое место, защищенное сетью и двумя кольцами Шааба. Страшно… Правда, потом Шааба (уже видимого) хватает невидимый Спектр и куда-то тоже волочет. Вместе с остальной толпой. Там его долго допрашивают и под воздействием целой кучи заклинаний Шааб-таки докладывает, где он спрятал Даню, и как снимать воронку. Хе-хе. Светлые очень радуются; Натирка под влиянием воронки вообще радуется больше всех и, завидев Даню, немедленно кидается его спасать, абсолютно не обращая внимания на всякие магические заклинания. Ну, и влетает, разумеется, по полной программе. Теперь она «пустышка», даже в сумрак войти не может. Эх…
Однако же воронку они с нее снимают. Долго упрашивают Зана помочь. Тот, не будь дурак, соглашается… при условии, что светлые отпустят всех арестованных темных на волю. В итоге все встают в кружок, в центре которого стоит вся такая обессиленная Натирка и сижу вся такая невидимая я, пытаясь закрутить самокрутку. Ах, да, еще Даня развоплощается. Приносит, так сказать, себя в жертву. Блин, кто ж теперь рулить-то будет Ночным Дозором?!
Воронка снята, темные отпущены на свободу. И тут Зан, финальным аккордом, просит Спектра (которому подчиняется Шааб, по крайней мере, в ближайшие две минуты) сказать Шаабу, чтобы он его (Зандера) слушался. И заставляет Шааба поклясться себе в верности. Ура, всем спасибо, все свободны… когда я понимаю, что вот оно, замут и кончился, и вообще все замуты на этой Игре тоже кончились, потому что завтра уже финал, мне становится так смешно, что я смеюсь еще минут двадцать.
С: Истерично вздрагивая и пугая игроков и цивилов.