А дальше опять был паром, на этот раз «Викинг Аморелла».
От предыдущего он ничем не отличался, разве, что народу на дискотеках было поменьше, и на пароме почему-то жутко качало, так, что, по абсолютно точному выражению Светы: «танцевали мы не то, что хотели».
Другие развлечения на пароме также отсутствовали и он погрузился в сон еще быстрее предыдущего, поэтому мы опять развлекали себя сами.
Надо сказать, что наша поездка не была бы такой веселой, если бы в нашей компании не было Вали – потрясающего, очень доброго, но немного наивного человечка, с которым постоянно случаются какие-то нелепые истории, обрастающие потом легендами и приобретающие черты буквально «ходячего» анекдота.
В этот раз в стокгольмском городском туалете Валей был повторен подвиг застревания в подобных заведениях, начало которому было положено еще в туре «Испания-море», где Валя умудрилась застрять в туалете для инвалидов парка «Порт Авентура».
Тогда мы сначала долго искали Валю и когда стали обходить ранее посещенные нами места, обнаружили ее тихо сидящей в запертом заведении. Поскольку предложение с вытаскиванием Вали через верх за руки не было поддержано коллективом, Света отправилась за помощью к служащим парка, как выяснилось не понимающим по-английски, а я стала мучиться с хитроумной техникой замка, и в итоге мне все же удалось справиться с ним, и Валя была спасена буквально чудом.
Конструкция стокгольмских туалетов была сложнее. На улицах стояли железные домики, куда для открытия дверей нужно было кинуть монетку в 5 крон. При этом из-за чудовищной несправедливости мужские кабинки обычно открывались без монетки.
Но и в женские заведения за 5 крон обычно проходила достаточно многочисленная группа туристок, нужно было лишь придерживать дверь за каждым выходящим, не давая ей захлопнуться.
Так вот, все освободились из заточения железного ящика без проблем, а Валя при выходе нажала на какую-то странную кнопку, после которой кабинка заиграла красными огоньками, но Валю не выпустила, а стала разговаривать с ней мужским, а затем присоединившимся к нему женским голосом, задавая Вале различные вопросы по-шведски. Видимо это была кнопка помощи застрявшим. Опасаясь дальнейших запрограммированных действий кабинки, в том числе вызова полиции или местной службы 911, Валя достаточно быстро среагировала, нажала на еще пару кнопок и довольно скоро была на свободе.
Но это были еще не все Валины приключения.
Дело в том, что еще с начала поездки, мы со Светой, не желающие обременять себя длинной тяжелой одеждой вырядились в зимнюю Европу в теплых куртках, но в душе завидовали Вале с ее теплой длинной дубленкой.
Вот эта дубленка из-за своей объемности и длины не смогла войти вместе с Валей в переполненный лифт на пароме и застряла в его дверях. Так, Валя и еще некоторое количество уставших пассажиров с огромными чемоданами ездили между этажами парома и не давали никому выйти, пока Коле не удалось все же освободить и Валю, и дубленку.
Но, как выяснилось впоследствии, в этот день Вале нужно было быть осмотрительнее не только с техническими средствами.
Валя, маниакально скупающая во всех посещенных ею местах бесчисленное количество сувениров, приобрела в одном из магазинов парома для своего шестилетнего племянника чудесного медвежонка-вешалку в морской тельняшке. Правда, когда она продемонстрировала его сначала Свете, а потом всем нам, наша «каюта» ходила ходуном не только от качки (а жили мы на второй, низкокатегорийной и самой укачиваемой палубе), но и от смеха. Дело в том, что непосредственно выступающая часть – вешалка располагалась у медвежонка прямо… ээээ… ну, в общем, там, где и полагается у медведей и прочих живых существ мужского пола.
Следующие полчаса прошли в фотографировании медвежонка, создавая с ним различные композиции, и назиданиях Вале впредь быть осторожнее с приобретением подарков племяннику, поскольку дарить такую эротическую игрушку ребенку, пожалуй, еще рановато. А Валя, святая душа, при покупке и не придала вешалке никакого значения. Так и пришлось Свете выкупить его у Вали для подарка друзьям в качестве прикола.
Помня о том, что вино за прошлым ужином нам не слишком понравилось, на это раз за «шведским столом» мы активно налегали на пиво, которое показалось мне довольно вкусным. Однако опьянели мы от него довольно быстро. И вскоре уже живо фотографировались на фоне огромного количества пустых бокалов на нашем столе (нет бы наливать в бокал пиво по мере его опустошения – мы заполняли сразу много емкостей, чтобы не ходить по много раз), занюхивали алкоголь стоящими на столах живыми васильками, а девчонки активно пытались уговорить меня засунуть под кофту как можно больше фруктов на вынос (поскольку я обычно сумок с собой на ужин не ношу и соответственно в процессе выноса со «шведского стола» продуктов участвую слабо), тем самым увеличивая мой бюст, при этом активно щелкая затворами фотоаппаратов. Папарацци!
Ночь на этом пароме я помню плохо. Спали мы от силы часа полтора. Да еще я ужасно себя чувствовала то ли от выпитого пива, то ли от чудовищной (впервые за все время моих путешествий на паромах) качки.
Поэтому на завтрак утром я явилась лишь для проформы, и съесть ничего не смогла.
Но такое ужасное состояние было не только у меня. По парому бродили невыспавшиеся, зеленоватых оттенков туристы.
Когда утром мы с Колей открыли дверь каюты, перед нами проплыла по коридору огромная, совершенно безразмерная женская задняя часть с бесчисленным количеством пышных, шуршащих юбок. Перед моими глазами сразу встали картины из фильмов «Рабыня Изаура», образ служанки Скарлетт Мамми из «Унесенных ветром». Мы с Колей переглянулись, слабо веря в реальность происходящего, и он удивленно спросил: «Ты это тоже видела?»
Впоследствии оказалось, что эта темнокожая индианка с маленьким ребенком досталась в соседки одним нашим туристкам, и проснулись они утром не по будильнику, а от звука одевания ею многочисленных шуршащих юбок. Мы в очередной раз порадовались, что нас в каютах комплект из четырех дружественных персон и мы обошлись без подселения.
Затем в лифт к нам зашел темнокожий обкуренный хиппи, который махал руками и что-то балабонил на непонятном нам языке. «We don`t understand», - хмуро сказал Коля. Хиппи почему-то очень обрадовался этому, и после завтрака нагнал меня и бежал вслед до самой каюты, крича: «Kiss me!» но, к счастью, держа дистанцию.
Всю дорогу до Хельсинки я проспала.
Когда мы, наконец, до него доехали, в городе светило яркое солнышко на фоне безумно синего неба, которое бывает у нас разве что в конце марта.
Мы немного прогулялись по Эспланаде, дошли до рынка на набережной, где девчата опять закупили сувениры. Затем Света с Валей зависли в одном из магазинов, где шла распродажа одежды, я тупо бродила по нему из любопытства и состояния, не дающего гулять по городу самостоятельно.
Надо сказать, что я давно уже не закупаю никаких бестолковых сувениров в городах, типа открыток, магнитиков, игрушек, понимая, что все это потом будет бесполезно пылиться на полках моих друзей. Мои сотрудники по работе и родители уже после первых моих поездок ясно дали понять, что они хотят лишь вкусные презенты и всегда напутствуют меня в дорогу: «Только не вези какой-нибудь фигни!» Поэтому я традиционно привожу в Москву из Европы национальные спиртные напитки и какие-нибудь традиционные сладости, а также конкретные заказы близких мне людей, когда они все-таки случаются.
Хождение же по магазинам в поисках одежды считаю бесполезной тратой времени, поскольку все это можно купить в Москве, пусть даже немного подороже.
К тому же, покупаю я лишь действительно понравившиеся мне вещи, а их и за границей ни сразу отыщешь.
Напоследок мы отправились с Валей в крупнейший универмаг Хельсинки «Стокманн». Но побродив там по этажам, также посчитали его складом в одном месте самых разнообразных вещей и ничего покупать не стали.


Фото - на сенатской площади Хельсинки
[показать]