Уж, наверное, ягоды спелые,
Нам не видно в окно полисад,
А в палате стерильные, белые
Стены розовым красит закат.
О.Митяев

Стоит только отлучиться от общественной жизни на неделю и я уже столько всего пропустила. И ежегодно посещаемую выставку Mitt-2007, на которой мы каждый раз набираем кучу буклетов, карт, полезных путеводителей, и так давно ожидаемый концерт Олега Митяева практически в камерном зале г-цы «Космос», почти совсем рядом с домом.
А на улице уже совсем весна. Яркое солнце и голубое небо. Я даже привычной грязи и ручьев не заметила. Надо найти силы выбраться в лес. Возможно, там уже вылезли желтые корзинки мать-и-мачехи, предвестницы зелени и многоцветья.
Сначала были тяжелые сутки ожидания неизвестности… Затем еще сутки тяжелого возвращения в действительность, когда чувствуешь себя разбитым, когда ощущаешь себя овощью. Ты ничего не помнишь! Сначала тебя куда-то везут. Потом яркий свет прожекторов над тобой, суетящиеся люди в масках, пытающиеся донести до тебя что-то, что ты не можешь уже осознавать, любимые лица в хроникальной последовательности. И глубокое погружение в астрал, из которого так сложно возвращаться.
Глаза предательски закрываются, ты хочешь уйти… По высокой траве навстречу солнцу, воле, ветру… «Не спать!» - слышится где-то рядом, - «Нельзя! Открой глаза!» Но веки предательски слипаются. Безумно хочется спать. Почему нельзя???По венам бегут прохладные струйки, по телу разливается тепло. Первые проблески памяти – родные лица вокруг, почему-то мокрые лица... но они улыбаются. Что со мной было? Белоснежные стены, потолок и бинты. К рукам тянутся трубочки от пузырьков с глюкозой. Периодически кто-то что-то вкалывает, рядом россыпь ампул и шприцов, но боли я не чувствую. Ободряющие слова близких. Знакомый голос хирурга: «Ну как ты?»
Уже через сутки меня подняли и заставили двигаться. Хотя голова кружилась и хотелось только спать. Пару раз в день мне привозили капельницу и кучу разнокалиберных шприцов, между этими процедурами я бродила по длинным коридорам (83 шага… душевые, перевязочная, процедурная, столовка… и в обратной последовательности), слушая Земфиру и наблюдая из окна только серые здания и дымящие трубы индустриального пейзажа юга Москвы. И оглушающая тишина, и невыносимая печаль, пронизывающая все вокруг. Бинт на руке на пять дней фиксирует иглу в вене, чтобы не вводить по несколько раз. Она болит уже больше, чем швы.
Нет, конечно, когда все было позади, мы пытались веселиться с соседями по несчастью, насколько это было возможно. У меня были замечательные соседи. Чтобы я делала без их помощи в первые дни?
Мы смеялись над нашими обмороками, шутили с медсестрами и врачами. Мы играли в различные игры. "Нетяжелые" бегали на волю и приносили оттуда весточки и даже иногда продукты :). Хотя кормили сносно: первый завтрак, второй, обед, полдник, ужин. Кроме того, все время я чувствовала бесконечную поддержку моих самых близких друзей. Ко мне в палату приехало радио, книги, паззлы, шахматы и шашки, игральные карты, на прикроватной тумбе появились нежные махровые тюльпаны.
Мои милые друзья! Я бесконечно горжусь дружбой с вами, я очень вас люблю!!!
Всем, кто был в курсе, спасибо огромное за цветы, помощь с машинами, развлечения, ободряющие СМСки (я даже не успевала на все ответить!) и звонки, за ваше участие и сочувствие. Я это очень ценю! Спасибо вам огромное!!! Ну и, конечно, врачам!!!
Я дома, пока в бинтах и с кучей ограничений.
Но я возвращаюсь к обычному ритму жизни, хочу вернуться, надеюсь вернуться в ближайшее время. Я буду стараться!
Спасибо всем за поддержку! И скорейшего выздоровления моим милым соседям по нашей светлой комнате, в которой витала атмосфера тепла и поддержки друг друга.