Давно я не дополнял свой дневник новыми, оригинальными записями. Наверное с самой первой страницы. И уж совершенно точно записи личного характера занимали в моем дневнике одно из последних мест. Но начинать никогда не поздно, не так ли?
Итак прошедшие полторы недели были посвящены следующим занятиям.
1. Служба интервьюером в социологическом исследовании.
2. Создание отвратительной медицинской анимации для небольшого но документального фильма.
3. Устройство на работу.
Итак по порядку.
Последнее время я стал замечать что мое желание беседовать с кем-то на прямую зависит от моего настроения, от того пил ли я кофе сегодня утром, а также климатических условий в которых я нахожусь. Последнее время все эти факторы не способствовали моему общению с современниками, даже с теми с которыми при прочих условиях я почел бы за честь стоять в одной очереди в хлебном.
Я не чувствовал в этом никакого дискомфорта. В конце концов когда на улице температура больше 30 градусов в тени, тянет скорее не к беседе, а к прохладному, желательно малообитаемому, пристанищу с прохладительными напитками и ненавязчивой музыкой. Однако, червь сомнения глодал меня изнутри, и пищал в ухо моему внутреннему уху, что так недалеко и до потери простых навыков коммуникации. И дабы насытить этого червяка я согласился на совершенно дикое, как для меня, предложение. Поработать интервьюером в телефонном опросе.
Пройдя положенный инструктаж, через день я приступил к работе. Мне предстояло набирать телефонные номера, вызывать на разговор девушек и дам в возрасте от 20 до 50 лет и задавать им множество вопросов, которые ни один близкий знакомый им не задавал. Нет, не подумайте. Мой баритон, с его богатыми модуляциями, не был использован для выяснения темных подробностей личной жизни вышеуказанных дам. Как раз такие вопросы и задают знакомые и близкие. Но ни один из знакомых, разве что он сильно пьян, не поинтересуется у дамы описанного возраста, как часто она приобретает товары по уходу за домом и за собой, и в какую сумму это обходится семейному бюджету.
Скажу сразу, что набирать номер незнакомого человека страшно только первые три раза. Дальше запасов страха не хватает и приходится приступать к должностным обязанностям. В ходе их исполнения меня, к моему же большому удивлению и восторгу ни разу никуда не просили пойти, поехать, позвонить или протелеграфировать. Конечно случались недоразумения, когда на том конце провода трубку вешали, когда я еще не успевал дочитать приветствия, но такие случаи были скорее редкостью чем правилом.
И еще одно открытие, вернее мое приобретение. Дамы весьма охотно соглашаются отвечать на вопросы. Вопреки распространенному суждению, согласно которому мои сограждане – народ закрытый и малообщительный с незнакомцами, что звонят им по вечерам или выходным дням, дамы весьма приязненно отвечали на все поставленные вопросы и даже просили перезвонить попозже, когда муж заснет.
Шутка.
Суммарно я проработал интервьюером в течении 10-12 часов. Дальнейшее мое пребывание в этой должности я посчитал малоперспективным и обременительным как для меня так и для супервизора. Супервизор, тот кто следит что бы интервью не переходили рамки дозволенного телефонным опросом, был явно озадачен моими кошачьими интонациями во время телефонных бесед. Я был не менее озадачен и даже немного расстроен, тем что вопросы не меняются на протяжении всего опроса, а так же тем, что иногда мне хочется задать пару вопросов своим знакомым, даже когда пишу им письма.
Я расстался со своим место работы с чувством легкой грусти и возрастающей радости. Потому что передо мной открывалось новое поле деятельности – анимация.