Дед Мороз слез с елки. Воспитательница Нина Андреевна поправила очки. Вокруг был ад.
- Вы говорили, что это тихие дети, - почти спокойно молвил Дед Мороз.
- Относительно тихие, - уточнила Нина Андреевна, пытаясь прикрепить на место оторванный рукав блузки.
- Относительно чего? – сквозь зубы проскрежетал Дед Мороз. – Относительно бормашины? Циркулярной пилы «Дружба»? Стада львов?
- Относительно младшей группы, - гордо выпрямилась воспитательница. – Относительно младшей группы они тихие.
- И что мне теперь делать? – потряс Дед Мороз остатком бороды. – И Снегурочку, опять таки, жалко.
- Жалко, - Нина Андреевна скосила взгляд на синенький сапожок, тоскливо отороченный белым мехом. – Впрочем, они юннаты. Поиграют, и отпустят.

- Но травма, травма-то психологическая останется! – взорвался Дед Мороз. – И танк угнали!
- А нечего было показывать по телевизору весь год, что военным подарят самолеты, танки, ракеты? Это же дети, они знают, что все лучшее должны получать они, а не военные. И потом, они готовились, стишки учили. А военные – нет!
- Там три танка было! Новых! Т-90!
- Поиграют и вернут, - невозмутимо ответила Инна Андреевна.
- Медведя в конуру загнали, я его с таким трудом будил, - расстроился Дед Мороз.
- Повторяю: дети – юннаты, поиграют и отпустят. Вместе со Снегурочкой. И вообще – вы животное от бешенства прививали?
- А что, ваши кусаются? – испугался Дед Мороз.
Инна Андреевна промолчала.
Они сели за стол. Помолчали.
- Завтра у младших елка, - тихонечко сказала Инна Андреевна.
- Я не приду, - так же тихо ответил Дед Мороз.
- Они по запаху найдут, так что лучше приходите, - выдохнула Инна Андреевна.
- Снегурочкой будете? – поднял бровь Дед Мороз.
- Не впервой, - махнула косой Инна Андреевна.
- И знаете, - бросила она вслед Деду Морозу.
- Что? – обернулся тот.
- Вы бронежилет прихватите с собой. Так, на всякий случай. Про автоматы они тоже по телевизору слышали.
- Хорошо, - кивнул Дед Мороз. – С Новым Годом!
- И вас, - поежилась Инна Андреевна. Ей внезапно стало холодно.
Во дворе кричали «Елочка, гори!». Пахло паленым, и визгливо материлась Снегурочка. Смеялись дети. Шел первый день нового, 2011-го года...