Спёрто у Обаятельная_Nicol


Проблема параллельных культур ударила городскую полицию из-за угла.
В полицию франкийской метрополии поступил анонимный сигнал: на заду львицы, украшающей карусель на площади Ханса Сакса, по-русски написано нечто опасное, чего немцы понять не могут. Но надпись, как следовало из сигнала, должна быть срочно удалена, поскольку таит большой вред для всех культуры вообще, а для ведущей – в особенности.

Служители порядка немедленно освидетельствовали лакированный зад и действительно обнаружили там иностранной слово. Правда – короткое, всего из трех букв. Начиналось слово на букву «икс», за которой следовал «ипсилон». Выглядело безвредно, но вся опасность, видимо, таилась в последнем, неизвестном латинскому алфавиту кириллическом знаке. Полиция воздержалась от поспешных выводов и попыталась выяснить, какой же идеологический заряд усмотрел в трех русских буквах бдительный заявитель.
Не привлекая общественного внимания, власти пригласили квалифицированную переводчицу. Переводчица это слово знала и перевела, почти не задумавшись. Тогда один полицейский ткнул пальцем в скромные гениталии стоящего рядом ангелка: «Об этом речь?» – «Не обо всем, – зарделась переводчица, – только вот об этом, посредине». – «А чего же в нем опасного?» – спросили изумленные полицейские. «Да вроде ничего, – согласилась переводчица. – Но слово это неприличное». – «И чем же оно неприличное? – вцепились в женщину любопытные чиновники. – Предмет известный, к антиконституционным символам не причисленный. Может, у русских?..» Переводчица задумалась. «Нет, – взвесив, заверила она, – у русских этот предмет Конституции тоже не противоречит. Но слово, которое обозначает предмет, обозначает нечто, этим предметом, собственно, не являющееся». «Метафора?» – догадался образованный полицейский. «Метафора!» – облегченно вздохнула переводчица. «Метафора чего?» – наседал въедливый сыщик. «Чего, чего! – отчаялась переводчица. – Хрена, вот чего!»
По свидетельству одного из чиновников, этот нелегкий разговор продолжался около сорока минут. Чтобы обязать Лоренца Кальба, содержателя карусели, убрать с деревянной задницы вредоносную метафору, были нужны основания. Эксперт, между тем, деньги за консультацию хоть и взяла, но от идеологической квалификации надписи уклонялась с непостижимым упорством. Оставить три буквы на их прежнем месте полиции тоже не хотелось. Напишут в Мюнхен, а тамошний специалист может рассудить совершенно иначе – неприятностей не оберешься. Тогда проблему «икс-ипсилон» было решено закрыть на неофициальном уровне. Кальба настойчиво попросили устранить опасную надпись без формального предписания. К минувшей пятнице на заду тигра осталось едва заметное пятно. Осталось также глубокое изумление перед таинственными русскими детьми, способными создавать такие сложности посредством простого гвоздика, с их загадочной душой, метафорическим языком и бдительными земляками.