Достала вчера свой письменный дневник за 1999 год. И так вчиталась! Потрясающе интересная "книга"! Настоящий роман. Зачиталась на большую часть ночи. 
     Легла утром.

И вдруг звонок мамы: ужасно плохо себя чувствует, страшно, а папа на работе, да и пугать его не хочется! С недосыпу не поняла половины сказанного, но быстро оделась и вышла из дома, что случилось, выясняя уже по пути. 
Бредя (двусмысленно. и оба подходят.) по дождливой мокрой улице, я ощутила, что слаба, чуть ни пошатываюсь и от усталости держу спину натужно прямо, как будто вешалку, с которой вот-вот рухнет тяжелое пальто. Мир ощущается невполне отдельным, будто врастающим, густым, втекающим, пронизывающим своими шумами, движениями и зрительными образами приближающихся объектов. Иду, как через густое желе, постоянно задевающее мое тело, и кажется, что через меня пожно пройти насквозь. Ощущаю только натянутый позвоночник, на котором повисло океселившееся существо, тяжелое старательное биение сердца в прозрачном (почти призрачном) теле и туманную голову. 
Мама сидела побледневшая и медленная. Но безумолку разговаривала. Ей нужно было разговаривать, чтобы отвлечь себя, чтобы не чувствовать себя больной и не бояться. В этот миг я была самым отвратительным слушателем в мире. Моя кисельная голова не могла толком сосредоточиться и услышать все связно - так сильно хотелось спать. Я сидела рядом такая же бледная, и не спали во мне только открытые глаза и Душа, пытающаяся сопереживать сквозь помехи засыпающего тела. Поэтому диалог наш выглядел, как в сильных фильмах Акиры Курасавы: один с придыханием изливает свободный поток сознания, а второй молча сидит, как в медитации, кажется, слушает и реагирует чем-то совсем другим.
Прискокала румяная беременная младшенькая (мы с ней единственные сейчас, кто в свободном графике и может приехать по первому зову). Маме к этому моменту стало уже значительно лучше, да и появление младшенькой на нее очень воодушевляюще действует - самая любимая дочка. Тем более, что сейчас, беременной, сестра такая живая, полная сил, веселая - отвлекает от проблем и расслабляет. Маме сейчас это было необходимо. Младшенькая щебетала без остановки, как птичка о каких-то своих беременных интересах. У всех беременных я наблюдала одно и то же явление (а их вокруг меня много! кто читал сначала, помнит почему.... тем, кто начал позже, расскажу, если будет интересно): сознание резко сужается, сосредоточиваясь на том таинстве, которое происходит внутри, как бы постоянно модерируя удивительный процесс формирования нового человека. И это правильно. И в чем-то даже умилительно. :) 
Я сидела и чувствовала, что все, чего хочу - немедленно прекратить эту пытку, оказаться в своей постели и сладко заснуть. И самой было как-то неуютно от своей "бессердечности". А бедное сердце как раз было на месте и старательно гоняло энергию жизни по обессиленному телу. 

Итак, в этой комнате сидели три человека, каждый из которых был в своем отдельном состоянии и в силу каких-то причин не мог по-настоящему участвовать в этом общении.

Как же сильно мы зависим от тела: оно может быть славным помощником, а может внезапно стать тяжелой помехой. Сидела и понимала, как важно вовремя научиться дружить с ним, чтобы оно не стало выкидывать "предательские фокусы", чтобы оно было готово работать тогда, когда особенно необходимо. Мы всегда сами виноваты, что запустили свой "дом". Я благодарна тебе, мой теремок, за то, что ты как-то таки держишься.