когда-нибудь мы наконец соберемся вместе, у той из нас, что откроет кофейню на берегу моря.
мы вынесем столы на веранду, мы устроимся на диванчиках и в креслах-качалках, и те из нас, кто работал в "кофе in'е", сварят остальным по чашечке отличной эфиопии, а та из нас, что не бросила занятия йогой, извинится и уйдет на кухню выжимать себе сок из свежих апельсинов и имбирного корня. обязательно найдется та из нас, что не любит готовить, она признается в этом со смущенным смешком, когда все начнут обсуждать меню на вечер и вариации сырного пирога, и ей сначала никто не поверит. та из нас, что научилась играть на гитаре, пошепчется пару минут с той из нас, что брала уроки вокала, и мы примемся петь песни нашей юности, и все вспомнят слова - кроме той из нас, что в двенадцать уехала жить в америку и той из нас, что умерла в тринадцать, наглотавшись таблеток, спрятанных в нижнем ящике стола под стопкой театральных программок. та из нас, что закончила факультет лингвистики, расскажет, как радовался папа в день, когда она получила диплом, а та, что завалила экзамены в пятьдесят седьмую, будет расспрашивать ту, что их не завалила. та из нас, что пишет книги, начнет спорить с той, что пишет статьи; та из нас, что живет в новой зеландии, объяснит, каким ветром ее туда занесло, та, что научилась кататься на серфе, пообещает дать уроки всем желающим, а та, что умеет рисовать, набросает картинку пастелью для каждой из присутствующих. та из нас, что не развелась с первым мужем, покажет фотографии детей, и тогда уж начнется настоящий девичник, исповедь за исповедью, рассказ за рассказом, и те из нас, у кого много общих воспоминаний, будут кивать, перебивать, напоминать - и ждать момента, когда истории начнут разбегаться в разные стороны, а та, что умерла в тринадцать, будет молчать, слушать и грустно улыбаться, и остальные примутся гладить ее по голове и подкладывать на тарелку кофейные звезды и марципановые шарики. те из нас, что живут у разных морей, будут учить плавать по лунной дорожке тех из нас, кто так не нашел времени на бассейн; та, что знает иврит, будет читать остальным стихи на шершавом языке страны наших предков, а та, что была в кругосветке, расскажет, как выглядят кофейные плантации в эфиопии. та из нас, что похудела на двадцать килограммов, откажется от лишнего кусочка лимонного торта, и остальные начнут беззлобно над ней подшучивать; те из нас, кто стриг и красил волосы, обсудят это с теми, кто все еще носит такую же прическу, как делала наша мама, те, кто все-таки научился водить машину, будут спорить из-за имен и марок, а та, что купила себе мотоцикл, покатает желающих по пляжу.

вечером, когда зайдет солнце, мы зажжем свечи и ароматические палочки, расставим на веранде полсотни маленьких фонариков и вытащим из чулана клетчатые пледы; мы сварим свежий кофе, снова сядем за стол и наконец составим атлас моих непрожитых жизней.

(ц) macide

зы: спасибо дорогому товарисчу Пондохве за наводку на прекрасный текст.