Вновь оснеженные колонны, Елагин мост и два огня. И голос женщины влюблённой. И хруст песка и храп коня. Две тени, слитых в поцелуе, летят у полости саней. Но не таясь и не ревнуя, я с этой новой - с пленной - с ней. Да, есть печальная услада в том, что любовь пройдёт, как снег. О, разве, разве клясться надо в старинной верности навек? Нет, я не первую ласкаю и в строгой чёткости моей уже в покорность не играю и царств не требую у ней. Нет, с постоянством геометра я числю каждый раз без слов мосты, часовню, резкость ветра, безлюдность низких островов. Я чту обряд: легко заправить медвежью полость на лету, и, тонкий стан обняв, лукавить, и мчаться в снег и в темноту, и помнить узкие ботинки, влюбляясь в хладные меха... Ведь грудь моя на поединке не встретит шпаги жениха... Ведь со свечой в тревоге давней её не ждёт у двери мать... Ведь бедный муж за плотной ставней её не станет ревновать... Чем ночь прошедшая сияла, чем настоящая зовёт, всё только - продолженье бала, из света в сумрак переход...                                                                                                                                                                                           LOUIS ICART (FRENCH, 1888-1950).

1.
[466x700]