Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Вячеслав Иванов. Сонеты
Из цикла «Зимние сонеты»:
1
Скрипят полозья. Светел мёртвый снег.
Волшебно лес торжественный заснежен.
Лебяжьим пухом свод небес омрежен.*)
Быстрей оленя туч подлунных бег.
Чу, колокол поёт про дальний брег…
А сон полей безвестен и безбрежен…
Неслежен путь, и жребий неизбежен,
Святая ночь, где мне сулишь ночлег?
И вижу я, как в зеркале гадальном,
Мою семью в убежище недальном,
В медвяном свете праздничных огней.
И сердце, тайной близостью томимо,
Ждёт искорки средь бора. Но саней
Прямой полёт стремится мимо, мимо.
12
То жизнь – иль сон предутренний, когда
Свежеет воздух, остужая ложе,
Озноб крылатый крадется по коже
И строит сновиденье царство льда?
Обманчива явлений череда:
Где морок, где существенность, о Боже?
И явь и грёза – не одно ль и то же?
Ты – бытие; но нет к Тебе следа.
Любовь – не призрак лживый: верю, чаю!…
Но и в мечтанье сонном я люблю,
Дрожу за милых, стражду, жду, встречаю…
В ночь зимнюю пасхальный звон ловлю,
Стучусь в гроба и мёртвых тороплю,
Пока себя в гробу не примечаю.
О русской революции 1917 Вячеслав Иванов писал: «Революция протекает внерелигиозно. Целостное самоопределение народное не может быть внерелигиозным. Итак, революция не выражает доныне целостного народного самоопределения». Эта мысль выражена и в стихах «Песни смутного времени» (1918). Сохраняя политическую лояльность, Иванов работал в театральном и литературном отделе Наркомпросса, вел занятия в секциях Пролеткульта, писал стихи (поэма «Младенчество», 1918, трагедия «Прометей», 1919), активно печатался в журнале петроградских символистов «Записки мечтателей». При этом неоднократно предпринимал попытки выехать за границу. В 1921 ему удалось уехать на Северный Кавказ, затем в Азербайджан, где он читал лекции на кафедре классической филологии Бакинского университета.
В 1924 с помощью А.В. Луначарского получил разрешение на выезд за границу в командировку. По воспоминаниям дочери Лидии, по приезде в Италию Иванов сказал: «Я приехал в Рим, чтобы в нем жить и умереть».
С Римом связаны стихотворные циклы «Римские сонеты» (1924)
Из цикла «Римские сонеты»:
1
За границей Иванов не участвовал в общественно-политической жизни эмиграции, но возвращение в СССР считал для себя неприемлемым. В 1926 он перешел в католичество, в 1936 получил итальянское гражданство.
9
Пью медленно медвяный солнца свет,
Густеющий, как долу звон прощальный;
И светел дух печалью беспечальной,
Весь полнота, какой названья нет.
Не мёдом ли воскресших полных лет
Он напоён, сей кубок Дня венчальный?
Не Вечность ли свой перстень обручальный
Простёрла Дню за гранью зримых мет?
Зеркальному подобна морю слава
Огнистого небесного расплава,
Где тает диск и тонет исполин.
Ослепшими перстами луч ощупал
Верх пинии, и глаз потух. Один,
На золоте круглится синий Купол.
В годы эмиграции Иванов читал лекции в итальянский учебных заведениях, занимался научной работой в библиотеке Ватикана, печатал статьи в немецких и французских католических журналах.
Вячеслав Иванов с Ольгой Шор в последний год своей жизни.
Умер Вячеслав Иванович Иванов в Риме 16 июня 1949 года
Вячеслав Иванов о Боге:
Бог — душный вихрь и безнадежность,
Бог — преступленье и венец,
Бог — волн пылающих безбрежность,
Бог — смертный ужас, Бог — конец.
Но за концом — заря начала,
За смертью — победивший смерть.