Странные случаи происходили в моей жизни. Опишу их, но не в хронологической последовательности, а, так сказать, по значимости.
Первый раз я заметил что-то странное достаточно давно. Тогда расширяли Киевское шоссе и строили мостовой переход через реку Незнайку.
Машины в этом месте ехали по старой дороге, которая круто спускалась в долину реки и также круто карабкалась вверх на другой стороне. Строительный транспорт тоже пускали по этой дороге, поэтому она была достаточно грязная.
Была уже поздняя осень, темнело рано. Накрапывал дождь.
Я возвращался с работы на своём Москвиче. Передо мной маячили красные стоп-сигналы впереди идущей машины, расстояние до неё было небольшое, скорость тоже; мы спускались вниз к реке.
И вдруг на меня просто накатило чувство острой опасности. Непонятно почему. Видно было, как впереди машины поднимались на горку, хотя видимость была
неважная. От впереди идущих и от встречных машин летела водяная пыль вперемешку с грязью, работали «дворники».
И действительно, через минуту-полторы под правое переднее колесо попал камень величиной с кочан капусты. Так это, средних размеров. Удар, машина слетела на обочину, благо – широкая, благо –не в кювет. Вышел, посмотрел, на диске вмятина величиной с кулак. Конечно, пришлось ставить запаску, потом рихтовать диск и так далее.
Но вот два момента мне врезались в память. Первый. Я не видел, как машины уклоняются от этого препятствия и впереди идущая машина не дёрнулась передо мной ни вправо, ни влево. Ну, это объяснимо.
Второй. Хотя машины впереди резко не маневрировали, опасность почувствовал на минуту-полторы (а это много) раньше, чем камень, которого я видеть не мог, попал под колесо.
-:-
Есть в Наро-Фоминске улица Ленина, а на ней дом 2. Очень интересный дом, он углом выходит прямо на проезжую часть. Безо всякого тротуара. И улица плавно огибает его, поднимаясь в горку.
Как-то возвращался с улицы Латышской, куда ездил по каким-то своим надобностям, по улице Ленина. И вот, перед этим домом, перед спуском с поворотом у меня проносится мысль: «Притормозить! Могут два пацана из-за дома выбежать». Притормаживаю, и действительно, через дорогу несутся двое ребятишек лет десяти – двенадцати. Кстати, машин тогда мало было, ни встречных, ни поперечных, как говорится.
Вот что притормозить нужно в этом месте – бесспорно, видимость ограничена.
Но почему я подумал именно о ребятах, и именно о двух? Сквозь кирпичное здание, в тот момент, когда пронеслась эта мысль, я их видеть не мог!
-:-
Не так давно еду на рейсовом автобусе на работу в Москву. Наша остановка промежуточная, народа в автобусе много и едут они уже достаточно долго.
Сажусь на место, рядом у окна девушка кресло откинула и спит.
Сижу тихо, чтобы соседку не беспокоить, едем уже минут двадцать. Она так разоспалась, что рот у неё открылся, и она даже чуть-чуть похрапывает.
Думаю с улыбкой, причём не шелохнувшись: «Рот закрой, муха залетит»!
В ту же секунду – хлоп – рот закрылся, девушка даже не пошевелилась. Мне уже интересно. Минут через пятнадцать та же картина. Я, уже контролируя себя, не шевелясь, тихонечко (ведь и думать можно тихонечко) думаю ей: «Закрой, закрой, опять открылся». И опять тут же, не просыпаясь, девушка привела свою мимику в порядок.
-:-
Как-то тёплым весенним утром я на своей машине ехал на работу по Ленинскому проспекту. Ехал во втором слева ряду. Едем этаким пелетоном, движение плотное, все ряды заполнены. Передо мной едет иномарка, легковая машина, из тех, что раньше называли «пирожковозами». У неё сзади две непрозрачные дверцы, как у шкафчика.
Это я к тому, что идущие впереди этого фургончика машины я не видел. Вдруг мне подумалось, причём очень чётко: «Ну ты дурак, а?! Ну кто так ездит, а?!».
Обычно, когда едешь в машине, в замкнутом пространстве, не быстро, под тихую музыку, мысли разные лезут в голову, причём нескончаемым потоком. Одно цепляется за другое, то за третье… Поток сознания.
Но эта мысль как-то вырывалась из общего потока, и это я заметил «краем мозга». Можно же увидеть что-то краем глаза? Значит, и отметить что-то можно не очень отчётливо, и забыть, если бы не последующие события.
Во первых, ничего в окружении не давало повод к такой мысли. Она явно выбивалась из общего ряда.
Во вторых, и это я тоже отметил, для моей речи не характерно вопросительное «а» в конце предложения.
Сейчас, когда я записываю этот эпизод, всё звучит чётко и определённо. Тогда же это было где-то на краю сознания, и я удивляюсь, как всё запомнилось.
Буквально через полминуты машины в моём ряду стали притормаживать, перестраиваться, кто вправо, кто влево. Я тоже включил «поворотник», перестраиваясь вправо.
Скоро я мог наблюдать такую картину. Большой чёрный джип въехал в задний бампер маленькой зелёной иномарке. У машин стояла девушка и отчитывала парня, который с понурой головой стоял рядом. Она выливала на виновника аварии всё своё негодование очень эмоционально, размахивая руками.
Когда я ехал во втором ряду слева, они были на четыре - пять машин впереди меня. Окна у меня были закрыты, играла музыка, шумел и попутный и встречный транспорт. Видеть и слышать сам момент столкновения и их бурные объяснения я не мог.
-:-
Следующий эпизод произошёл на заре открытия интернета. Открытия для меня, конечно. Я не очень-то хочу приводить рассказ об этом потому, что он характеризует меня не с лучшей стороны, но что было, то было и для полноты картины…
Я только стал знакомиться с разными программами и обнаружил, что в «мэйле» есть такая штука, как «чат».
Разные люди общаются прямо сейчас и здесь, находясь за сотни и тысячи километров друг от друга.
Через некоторое время сбилась небольшая группка, объединённая в одной теме. Мы многое знали друг о друге, поддерживали соратников в «чатовских» перепалках, даже иногда в стихах.
Люди были интересные и неординарные. К примеру, один из наших товарищей поднимался на вершину Денали или Мак-Кинли, попадал под начавшееся извержение на вулкане Плоский Толбачик. Другая девушка уже имела вышедшую небольшим тиражом книжку собственных стихов…
Кто-то предложил собраться «в реале». Собрались, для этого некоторым даже пришлось приехать в столицу. На встрече, кто хотел, обменялись телефонами. Начали даже обмениваться «эсэмэсками», что тоже тогда входило в моду, по крайней мере – в моём окружении.
Каюсь, хотя всё это было безобидно, но крови у своей супруги я выпил тогда немало. Кому понравится такая переписка? Я бы на её месте тоже рвал и метал.
Так вот, одна из нашей группы, молодая женщина, жила в то время в Германии. Там ей было не сладко, кругом одни «немецкоговорящие», и она отводила душу в чате и смс.
И вот здесь я не преувеличиваю. Мы так совпадали в мыслях друг о друге, что было не менее двух десятков раз, когда, отправляя смс, даже еще не отправив, в ту же секунда я получал смс от неё. Причём посылали мы «эсэмэски» не часто, раз в два – три дня, а то и неделю. На работе ли, в машине ли, берешь в руки телефон, думаешь, как она там, начинаешь набирать смс и тут – «динь…» –приходит ответная.
-:-
Очень приятно осознавать, что я прослушал полный цикл лекций Рустама Рахматуллина. Позже они вошли в его книгу «Две Москвы или метафизика столицы».
На одной из таких экскурсий мы, нагулявшись по заснеженной Москве и хорошенько продрогнув, зашли в кафе на Знаменке, в заранее заказанный небольшой зал, чтобы прослушать собственно лекцию.
Мы расселись вокруг длинного овального стола. Все сразу кинулись заказывать что-нибудь горячее, благо это не возбранялось. Некоторые заказали чай «по венециански». Я тоже.
Это горячий чай с ромом и сахаром в высоких кружках-бокалах. В чае плавает целое сооружение. Разрезанный по радиусу кружок лимона, в который по периметру, через небольшие промежутки натыканы гвоздики гвоздѝки.
Размешав ложечкой чай, слушаю лекцию. Делаю пометки в свой молескин. Краем глаза замечаю, что лимончик, который вращался в бокале по часовой стрелке, остановился.
Прошло минуты две. Не меньше.
Тут я почувствовал, не знаю –почему, что смогу, держа руки на некотором расстоянии от бокала повернуть лимон против его вращения. Что я и сделал.
Обхватив ладонями бокал, но не касаясь его, начал проделывать «пассы» против часовой стрелки. Одна из слушательниц даже покосилась на меня с неодобрением и прошептала: «Лучше лекцию слушай!».
И вдруг стоявший до этого кружок лимона двинулся и тихо начал вращаться против часовой стрелки. Следить было легко, разрез служил указателем.
Вращение было выполнено на целых двести семьдесят градусов, три четверти оборота.
После чего чай был выпит, лимончик съеден, а лекция конспективно записана.
-:-
Все предыдущие эпизоды происходили со мной, когда я был в одиночестве или же просто подтвердить их некому. Можно верить, можно не верить, тем более, что имея некоторые суждения по поводу произошедшего, я их не привожу.
Но следующий эпизод, который я хочу записать более подробно даже для себя, для памяти, есть кому подтвердить.
Некоторое время назад я работал в небольшой строительной компании. Как-то мы взяли отделку коттеджа на Ильинском шоссе. Кирпичная коробка здания была выполнена в стиле модерн. Или даже ближе к стилю «хай-тэк».
При первом же осмотре я обратил внимание заказчицы, Лизы, и её мамы, которая в тот момент присутствовала, на то, что парапет выполнен неправильно и стены будут замокать. Предложил несколько разработанных еще в советское время типовых узлов.
На что заказчицы мне ответили, что так, как выполнено – красивее. И если выполнить по типовому узлу, то это потребует дополнительных затрат и не будет соответствовать концепции здания. То есть будет некрасиво.
Мы выполнили отделку, даже постарались как-то исправить конструкцию парапета, я бы сказал, косметическими методами.
Потом я перешёл в организацию, занимающуюся промышленным строительством. Прошло года три или чуть больше.
Как-то я вернулся из командировки в Багдад. Летели мы через Турцию и два дня провели в Стамбуле, оформляя документы по одному из объектов.
Дома оказался перед обедом, немного отдохнул и лёг спать. И вижу сон.
«Я нахожусь перед Колизеем (в Италии никогда не был), в котором на первом этаже расположены один к одному маленькие магазинчики с освещенными витринами. Темнеет.
На краю широкого тротуара напротив магазинчиков лежат цепочкой перевёрнутые днищем вверх гондолы. Поскольку носовые и кормовые штевни им мешают, они лежат, скорее, подставляя бока заходящему солнцу. Лакированное дерево бортов отсвечивает тёплым светом, как лак на музыкальных инструментах.
А у меня в руках как раз – скрипка и я хожу, перепрыгивая с гондолы на гондолу. И прихожу в открытый летний ресторан.
Он представляет собой довольно просторный неправильный четырёхугольник, огороженный высокими стенами из рваного камня.
Сажусь за один из ряда столиков, стоящих на невысоком дощатом помосте, в углу этой ограды. Помост начинается у меня за спиной, это проход в ресторан, он тянется вдоль ближайшей правой стены. Такой же ряд столиков на помосте у левой ближней ко мне стены. Посетителей немного, три – четыре человека.
Всё остальное пространство – это травка, на которой неровной дугой из листов оргалита от середины дальней левой стены до центра площадки выложена, просто набросана тропинка. Там, где она начинается, есть небольшая сценка и стрельчатая арка проёма – вход за кулисы.
Из арки выходит группа певцов и танцоров в светлых цветных галабеях и национальных арабских головных уборах. Некоторые с бубнами в руках. По листам оргалита они, пританцовывая, направляются к центру площадки.
В это время у меня из-за спины появляются две женщины в тёмных, красиво расшитых цветным бисером и яркой тесьмой турецких платьях. Головные уборы в виде таблеток также украшены и окаймлены небольшими чёрными вуальками. Это Лиза и её мама.
Они садятся за мой столик и Лиза без предисловий начинает:
– И.П., я знаю, что вы уже не работаете в той фирме, которая делала у нас отделку. Но фирма наделала брак, у нас снаружи с фасада отваливается штукатурка, посоветуйте, что делать!
– Лиза, фирма, в которой я работал, не делала брака, за качеством работ и материалов на вашем объекте я следил сам. Скажите, а как отваливается штукатурка?
– Прямо с кусочками кирпича, такими пластинками.
– Так значит, адгезия раствора к кирпичу нормальная и штукатурка выполнена качественно. У вас замокает стена. Помните, я предупреждал вас, что парапет выполнен неверно и через него кирпич стен насыщается влагой. Она замерзает, и лёд рвёт наружный слой кирпича. Единственная рекомендация – переделать парапет».
Тут я просыпаюсь. Пять часов дня. Немного стряхнув сон, умывшись, иду на кухню выпить чаю. За чаем в точности пересказываю сон супруге и оба удивляемся, поскольку прошло много времени и всё прожитое за три года должно было бы стереть в памяти подобные картины.
Около восьми часов вечера звонок:
– И.П.? Можно с вами поговорить? Это Лиза.
– Да, Лиза, узнал вас, слушаю.
– И.П., я знаю, что вы уже не работаете в той фирме, которая делала у нас отделку. Но фирма наделала брак, у нас снаружи с фасада отваливается штукатурка, посоветуйте, что делать!
– Лиза, фирма, в которой я работал, не делала брака, за качеством работ и материалов на вашем объекте я следил сам. Скажите, а как отваливается штукатурка?
– Прямо с кусочками кирпича, такими пластинками.
– Так значит, адгезия раствора к кирпичу нормальная и штукатурка выполнена качественно. У вас замокает стена. Помните, я предупреждал вас, что парапет выполнен неверно и через него кирпич стен насыщается влагой. Она замерзает, и лёд рвёт наружный слой кирпича. Единственная рекомендация – переделать парапет.
То есть наш разговор практически слово в слово повторил тот, в котором я участвовал во сне за три часа до этого. И при этом нашем разговоре присутствовала супруга. Во всяком случае, она слышала, кто звонил и все мои реплики.