При составлении сексуального портрета следует помнить о том, что молодость эротична, то есть для эрекции ей достаточно зуда или щекотки при наполнении семенников, а старость похотлива: изношенное воображение и склерозированные сосуды требуют для эрекции мобилизации самых грязных ассоциаций. «...С годами его похотливость возрастала, а потенция уменьшалась» (Р. Крафт-Эбинг). Старение в половой жизни означает изменение соотношения между непроизвольным и мобилизуемым возбуждением. К изощрениям последнего мы вынуждены также прибегать по причине недостаточной силы зуда, непривлекательности объекта полового осквернения, других помех. В любом случае сексуальный портрет должен отражать наше отношение к «делам похоти»: одни страдают нравственной анемией, не чувствуя в похоти никакого зла, другие не знают куда спрятаться от стыда, чувствуя «чудовищное противоречие» (Г. Гегель») между любовью в ее истинном значении и агрессией плоти в ее фактическом проявлении. Добавим также, что подарки и поцелуи, будучи количественной оценкой осознания аморальности действа, призваны загладить вину за использование «любимой (-го)».