На обвинения в цинизме, за то что поставили женщину к позорному столбу
[300x200] С легкой руки NYT эта фотография разлетелась по миру, откликнувшись визгливо-слюнявым эхом.
«Правозащитники» всех стран в едином порыве возмущены «цинизмом и надругательством».
Давайте посмотрим как цивилизованный запад реагировал на такие же действия своих сторонников в Украине:
Они спокойно отреагировали 2 мая, когда в Одессе едва живых обгоревших людей заставляли ползти по «коридору позора»
Они слова плохого не сказали, когда 22 февраля сего года в Ужгороде к позорному столбу без суда и следствия привязали Сергея Харченко, неважно, хорошего или плохого человека, но ведь человека же:
Они не взмекнули и не взбекнули, когда за два дня до того избили, распяли на помосте и поливали холодной водой на бодрящем морозце Александра Башлаченко, губернатора Волыни, отказавшегося унижаться перед стадом:
Они как воды в рот набрали, когда в те же дни в «культурном» городе Львове ставили на колени и вынуждали каяться неведомо в чем львовских «Беркутов».
А теперь небольшой экскурс в историю – как вела себя в похожих ситуациях «цивилизованная» Европа
В постели с врагом.
Французы сдавшие свою страну, гитлеровской Германии за 42 дня, после освобождения страны от германского фашизма нашли оригинальный способ. В пережитых от фашистов унижениях Франция сразу после освобождения обвинила француженок.
Не очень афишируется, что пока во французском сопротивлении с фашистами сражалось около 25 тысяч человек, в армии вермахта служило более 100 тысяч французов. Но самыми «страшными врагами» Франции стали француженки, которые “водились” с немцами. Когда немцы отступали, здоровые мужики и молодые парни демонстрировали свой патриотизм, преследуя предательниц. Их обривали наголо, водили обнаженными по улицам на потеху толпе, обливали помоями; их , прижитым от немцев, тоже осталось клеймо на всю жизнь.
На импровизированных лобных местах женщинам брили шевелюру и рисовали на оголенной коже фашистскую свастику. Их, обнаженных или полуобнаженных, выставляли на всеобщее обозрение, под проклятия, плевки, пощечины, грязные шутки. Многие тогда не перенесли унижения и кончали жизнь самоубийством. Под аплодисменты и гиканье толпы.
Зачастую на бритье головы не останавливались, рисовали краской свастику или выжигали клеймо на лбу.
С 1943 по 1946 год больше 20 тысяч женщин во Франции были обвинены в сотрудничестве с оккупантами и наголо острижены. Таково было наказание за то, что они помогали врагу, выказывали симпатии нацистской Германии или просто спали с немцами, что называлось «горизонтальным коллаборационизмом».
Французская женщина, которая родила ребенка от немецкого солдата, и ее мать наказывается бритьем головы как форма унижения.
Публичное наказание женщин давало возможность каждому французу почувствовать, что оккупация закончилась, что он наконец-то свободен!
«Горизонтальный коллаборационизм» был самым невыносимым признаком поражения и оккупации. Это была метафора полного подчинения Франции, которая легла под Германию в прямом и в переносном смысле.
Подобное происходило и в других освобожденных европейских странах. А это уже бельгийские женщины, которые сотрудничали с немцами их обрили, и измазали битумом.
В Норвегии таких девушек было около 15 тысяч, и пять тысяч, родивших детей от немцев, были осуждены на полтора года принудительного труда, а почти всех детей с подачи правительства объявили умственно неполноценными и отправили в дома для душевнобольных.
Уже полгода я устно и письменно стараюсь донести до людей, защищающих свои родные города от наступающего фашизма одну простую истину, суть которой в том, что им, людям, можно всё, нелюдям — ничего.