Из почты
1 из 2 621
![]()
![]()
|
Одесско-Израильские ха-хи
Шо я имею таки вам сказать
а потом цена не имеет значения!
....чтобы Фира знала, что у него самые серьёзные намерения...
где спрятана бутылка?
а идиоты полны уверенности!
а сейчас я таки хочу знать, шо я ем - тортик или жареную рыбу?!
две ступеньки, чтобы подольше сохранить обувь...
такие же банкноты, как и я! прекрасные перспективы музыканта! А он? Закончил техникум, слесарь, пьет.
Ну зачем ты вышла за него?!
Можно я у вас посижу? Моя жена должна позвонить.
шо там у вас упало?!
в Одессе. Тоже неудачно. А третий раз я женился в Харькове и должен таки
а не переспать таки со всем болотом.
Случаются хозяева, потерявшие бдительность
а уже во вторник нас ограбили! а ты это больше никогда не готовишь. ххххххххххххххххххххххххххххххххххххх |
На третий день нашего пребывания в Израиле родственник, "старожил"
Зяма, пригласили нас к себе домой на званый ужин.
Зяму легко было найти: в приморском квартале все его знали как
облупленного; только вместо "старожил" почему-то говорили "а-а,
давнюк". Давно, мол, приехал.
Зяма у нас в семье считался диссидентом, пострадавшим от
коммунистического режима. Он уехал в Израиль аж в 1975 году. Буквально
за две недели до обширной ревизии в его универмаге.
По результатам ревизии директор универмага получил 10 лет,
замдиректора 8 лет, завотделом отделался исключением из партии и
инфарктом, а скромный товаровед Зяма к моменту оглашения приговора уже
пил теплую водку на берегу Средиземного моря и оплакивал богатства,
нажитые непосильным трудом и оставленные на сохранение не очень
надежным людям.
Сидя во главе стола, уставленного незнакомой едой и украшенного
неведомым алкоголем (водка "Голд", бренди, привезенное "с Америки" и
вино двух видов, которые хозяин гордо представил как "Белое" и
"Красное"), Зяма излагал нам своё видение израильской реальности.
- Климат тут ужасный. Жара местная совершенно невыносима для нас,
европейцев (себя Зяма, как понятно, считал носителем великой
европейской культуры. Наверное, потому что он родился в самом сердце
Европы, в местечке Барановичи Брестской области).
- Экономика в Израиле загибается. Тут же ничего своего нет: ни
металлургии, ни нефти, ни угля, ни самолетов, ни авианосцев ("Ни
ледоколов", - подсказал кто-то из гостей). Если бы не американская
помощь, эту страну хоть завтра сдавай в ломбард.
- Армия - это один большой миф. Пару раз победили тупых арабов и рады.
Посмотрите, как тут солдаты выглядят - как белорусские партизаны,
вышедшие из леса. Они же не могут нормально строем пройти, я уже не
говорю за строевую песню.
- Медицина в Израиле - просто позор. Моя тёща (он указал вилкой на
старушку, сосредоточенно пережевывающую бутерброд с икрой новенькими,
явно не в Советском Союзе вставленными имплантами) третий месяц стоит
в очереди на катаракту (он так и сказал "в очереди на катаракту"). У
нас я бы дал врачу 100 рублей и тёща уже вчера была бы прооперирована,
а сегодня уже пила бы кислородный коктейль в профилактории "Зелёный
бор".
- А разве тут образование? Они же в школе ничего не учат: ни физику,
ни математику, ни эту, как её?...химию. Я к 16 годам прочитал всю
литературу ("К 18 переслушал всю музыку, к 19 пересмотрел всю
живопись, к 20 перещупал всю скульптуру", - подумал я). А они вообще
не знают мировую литературу: ни Дрюона, ни Станюковича, ни Мопассана
(брат Зямы был директором пункта сбора макулатуры, поэтому у Зямы дома
всегда была свежайшая дефицитная литература).
- А что-нибудь хорошее в Израиле есть? - с надеждой спросил я.
Зяма замолчал, налил себе рюмку водки, натренированным движением
опрокинул её прямо в желудок, не торопясь закусил шампиньоном,
фаршированным гусиной печенкой, немного подумал и ответил:
- Бельё тут быстро сохнет ...