[показать]
Кали-юга

Уезжаю – как не бывало.
Приезжаю – все как всегда.
Только вдруг холоднее стало

Кали-юга? Весенняя вьюга.
Пустоты завыванье в трубе.
То ли все надоели друг другу,
То ли мы надоели себе...
Что-то здесь обещает сбыться.
Все-то новости нам не в новь.
Не сновидцы мы – очевидцы
Зябко-зыбко-реальных снов.
То ли близится полночь Брамы,
То ль архангелов трубы трубят.
Что-то здесь происходит с нами:
Помним – все, забыли – себя.
Не пытаюсь с собой лукавить,
Я – непомнящая – не та.
Снов реальнее, зыбче яви
Наступающая пустота:
Где-то в бездну открыли двери –
Глянешь – кружится голова.
Так сквозит, что с корней – деревья.
Так сквозит, что с корнем слова.
Кали-юга? Весенняя вьюга.
Не архангелы ли трубят?
Если мы не поверим друг в друга –
Кто из нас поверит в себя?
Поглощенные – темнотою?
Воплощенные – немотой?
Кто мы, просящие покоя?
Кто – отринувшие покой?
Кали-юга... Весенняя вьюга.
Пустоты завыванье в трубе.
Если все не помогут друг другу –
То никто не поможет себе.


Сударь, вы – полубог?..

Сударь, вы – полубог?
Сударь, вы – телепат?
Мыслей я не читаю.
Слова - невпопад.
Вас убили напрасно?
Воскресили не в срок?
Вы увязли в тоске
Наших битых дорог?

Ты – из этого мира.
И не рвешься в иной.
И не дышит судьба
У тебя за спиной.
И – ни предназначенья,
Ни спасения нет.
Этот мир. Этот сумрачный свет.

Эта готика
Старых-престарых дворов,
Этот странный
В своей вертикальности кров,
Этот струнный,
С настройкой дождя, клавесин,
Это время – ни страха, ни сил,

Где сквозь стрельчатость мира
В чужое окно –
Взгляд, улыбчиво-зыбкий
И зябко-иной,
Тень крыла и возмездья
На кресте дальних звезд...
На земле – ни хозяин, ни гость.

Взгляд – от неба до неба.
От печали – к тоске,
То ли был, то ли не был,
Увязая в песке,
Где песчинкою совесть,
И песчинкой – звезда...
Не дописана повесть –
Некогда... Никогда?

Ты – от этого мира.
До того ли тебе?
Окровавленный гвоздь
С запредельных небес
Не минует твоей
Беззащитной руки...
Отрекись?! Отвлеки!

Отвлеки свои грозы
От мира сего,
Осуши свои слезы
Над несчастьем его,
Все, кому ты был нужен, -
Уже вдалеке...
Ни следа на безбрежном песке...

Где песчинкою – подлость,
И песчинкою – ложь,
Где подальше положишь –
Поближе возьмешь...
Если мир этот стоит суда твоего –
Ты от мира сего.
И над ним – ничего.
Никого.


Соткан весь мир из печали

Соткан весь мир из печали
(из ностальгии – иначе).
Песни едва отзвучали –
Я же по ним уже плачу...

Люди, спешащие мимо,
До удивленья беспечны,
Мы же - неповторимы!
А разминемся – навечно!

Мы с тобой – разминулись,
Встретиться пообещались.
Ты мне едва улыбнулся –
Я и с улыбкой прощаюсь...

Этой улыбки лучик
Вечно со мной пребудет.
Будут другие – лучше.
Только такой – не будет.

И – никакими слезами
Этой тоски не излечишь...
Жизнь – словно вся на вокзале –
Вечные проводы-встречи...


Случайности неуловимый след...

Случайности неуловимый след...
У ночи голос, кажется, простужен.
Ты где-то нужен.
Там ли ты, где нужен?
Иль нет?

Мир не спасешь
Абстрактной вселюбовью.
И ночь охрипла, звать тебя устав.
И запеклись рассветные уста
Реально бурой, некрасивой кровью...

Закономерности неумолимый свет
Тревогой выворачивает душу.
Чужое горе,
Вдруг прорвавшись, душит.
Там, где ты нужен – нет тебя и нет...

Сказки перепутаны давно...

"Про девочку из Гватемалы –
Она от любви умерла..."
(Рубэн Дарио)

Сказки перепутаны давно.
Грезятся усталые трамваи.
Мы дышать – и то не успеваем.
Пусть неровно – это все равно.

Все равны предвестники, давно
Все перед бедою усреднены.
Если где-то рухнули колонны –
Значит, чье-то дрогнуло окно.

Значит, при свече твое лицо
Впадинками глаз бредет и бредит
По небу, и небом, словно лебедь,
Катится забытое кольцо.

Сказки без возврата, без конца.
Нет у них кольца. И нет начала...
Там, где было на колу мочало –
Голова. С остатками лица.

Свечка – не снаружи, а внутри
Язычком немеющим мерцает.
Бедный Йорик! Ни крыльца, ни рая:
Мир, где слепы все поводыри.

Агеева Светлана