Мама дочь ругает строго 
За ночное возвращенье. 
Дочь зарделась у порога 
От обиды и смущенья. 

А слова звучат такие, 
Что пощечин тяжелей. 
Оскорбительные, злые, 
Хуже яростных шмелей. 

Друг за другом мчат вдогонку, 
Жгут, пронзают, как свинец... 
Но за что клянут девчонку?! 
В чем же дело, наконец? 

Так ли страшно опозданье, 
Если в звоне вешних струй 
Было первое свиданье, 
Первый в жизни поцелуй! 

Если счастье не из книжки, 
Если нынче где-то там 
Бродит он, ее парнишка, 
Улыбаясь звездным вспышкам, 
Людям, окнам, фонарям... 

Если нежность их созрела, 
Школьным догмам вопреки. 
Поцелуй - он был несмелым, 
По-мальчишьи неумелым, 
Но упрямым по-мужски. 

Шли то медленно, то быстро, 
Что-то пели без конца... 
И стучали чисто-чисто, 
Близко-близко их сердца. 

Так зачем худое слово? 
Для чего нападок гром? 
Разве вправду эти двое 
Что-то делают дурное? 
Где ж там грех? Откуда? В чем? 

И чем дочь громить словами, 
Распаляясь, как в бою, 
Лучше б просто вспомнить маме 
Сад с ночными соловьями, 
С песней, с робкими губами - 
Юность давнюю свою. 

Как была счастливой тоже, 
Как любила и ждала, 
И тогда отнюдь не строже, 
Даже чуточку моложе 
Мама дочери была. 

А ведь вышло разве скверно? 
До сих пор не вянет цвет! 
Значит, суть не в том, наверно: 
Где была? Да сколько лет? 

Суть не в разных поколеньях, 
Деготь может быть везде. 
Суть здесь в чистых отношеньях, 
В настоящей красоте! 

Мама, добрая, послушай: 
Ну зачем сейчас гроза?! 
Ты взгляни девчонке в душу, 
Посмотри в ее глаза. 

Улыбнись и верь заране 
В золотинки вешних струй, 
В это первое свиданье, 
В первый в жизни поцелуй!

Эдуард Асадов