Олёна стала подмерзать, я сказал, что будем ловить такси. Те таксёры которые стояли возле офисного центра вломили цену вдвое больше чем назвали диспетчер в такси. Я психанул и решил, ловить машину «с колёс», мы перешли на другую сторону дороги и поймали там машину. Уже было 20 минут пятого, а в пять нужно было добраться до поликлиники. В машине моя жена совершенно раскисла. Я узнал, что на работе у неё именно в этот день возникли сложные и не разрешимые (как тогда ей показалось) задачи, и что она весь день ужасно себя чувствовала, и она боится за ребёнка и уже нет у неё сил и не смотря на всё это она не бросила работу, а пыталась всё порешать самым наилутшим образом. Она сказала, что её чувство ответственности выросло до невозможных размеров и в этом она была права. Олёна плакала и сердце моё разрывалось на части. Моя любовь вообще не сильно тонкослёза, и без серьёзнейших причин я не видел её слёз. Это меня испугало ещё больше. Я успокаивал её как мог.