Обещанный "художественный свист".

Лет с сорока пяти, число 55 стала для меня как число 37 - для Высоцкого.
С меня при слове «37» в момент слетает хмель.
Вот и сейчас вдруг холодом подуло —
Под этот год и Пушкин подгадал себе дуэль,
И Маяковский лёг виском на дуло.
Задержимся на цифре 37. Коварен Бог — ребром
Вопрос поставил: или-или!
На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо,
А нынешние как-то проскочили.
Владимир Семёныч пережил своё "сакральное число" на 5 лет. Ятд, благодаря своей третьей жене, Марине.
* * *
Нет, не поэт я, жизнь моя - иная. К чужим смертям привычно я спокоен. Не то, чтобы душа моя - глухая... но повидала много катастроф и воен.
Совсем иное дело - кровь, родня! Годам, прожитым близкими, внимаю. Они ведь как-то где-то копии меня и их года к себе я примеряю.
А тут отец - здоров и весел был, в делах удачлив и в семье всё в лад. Но слёг внезапно. Года не прошло - ушёл "служить в иные Сферы"; рак. А возраст был матёрый и красивый - полстапять. Ну, то - такое... всякое бывает... рак - дело тёмное, генетика смутна.
Затем и дядя - младший брат отца - в те ж полстапять внезапно умирает. Инсульт. Тенденция, мне кажется, ясна.
Когда ж мой старший брат, спортсмен и весельчак, которого я в триатлоне мог обойти лишь только по стрельбе, ушёл в проклятый возраст полстапять - инфаркт - я эту "вешку" обозначил и себе, как факт.
В то время я уже вернулся из Балкан, где кончилась моя война и югославская свобода. Тогдашняя жена была уж "на исходе", "котлеты врозь, а мух - не надо". И стал я, не жалея сил и жизни не щадя, "рубить бабло на жирном контрабасе". Осталось мало лет, так надо ж детям денег наработать.
Когда ты не боишься смерти, то её отсвет ложится на тебя и вот уже тебя боятся люди, хотя ты и спокоен, вежлив, лаконичен с ними...
О многом умолчу, к чему слова и всякие "картинки 90-х"...
Важней, что этот весь движняк угарный - поездки за "хабаром", страны, "бабки", "стрелки", подруги, "тачки" и квартиры - утратили свою прикольность, когда я встретил Женщину своей судьбы.
Вот с нею встретил я сначала 50 (при полном самоощущеньи в 30), а там и полстапять минуло незаметно (почти что незаметно). Я с прежнею женой развёлся, разделился и похерилъ (от буквы "херъ"), "поставил крест". И тут же передумал умирать.
К чему всё ЭТО я? Опять бояню: Не годы к жизни прирастить старайся, жизнь - к годам. И Женщина твоей судьбы - огромнейшее благо! Её ищи (французы в этом правы).
Тогда всё будет славно, каждый год и всякий день. А сколько будет их, знать не пытайся. Какая разница?
Живи СЕГОДНЯ, этот день не повторится, он один такой, последний... И завтра тоже - лишь один...
Хотя, конешно, можно их потратить на недовольство жизнью, споры и буханье.

P.S. Вот видите, сколь эклектично и нестройно у меня повествованье.
Зато закончил я за здравие; не так, как большинство - за упокой.