Нет-нет, не в Армию не взяли. Это я с ЛорПалны взял пример - два в одном - и рыбку съесть свою армейскую трилогию завершить, и в пресловутом ФМ (флешмобе) зачекиниться. Такшта, пишу я вам сейчас кагбэ из Армии, из начала 70-х.

Итак, меня увезли из части, продержали некоторое время "на даче", где преподали курс уроков по "технике современного секса в голову" (и это я не о минете, а глубже, до подкорки), а затем я служил в другой части, в другом городе и с другими петлицами. Но в качестве прикомандированного. Т.е., после завтрака я иногда уходил из части (у меня была дивная бумага - маршрутный лист, аж на три города! Типа постоянно действующей увольнительной. Это ли не мечта солдата или курсанта?!), иногда оставался в расположении. Но никто не мог меня "припахать". Строго говоря, меня и наказать было сложно. Субординация и прямое подчинение... "Не мой солдат - не мне и командовать".
Так прошло много месяцев. И вдруг, за три месяца до дембеля, меня снова перевели в другую часть, в другой город, в другой род войск. Мне положено было носить в петлицах те же эмблемы, что и часть, к которой был прикомандирован. И я должен был разбираться в их матчасти. Если с предыдущей частью (химвойска) особых проблем не было (курс химии и гражданской обороны я ещё со школы помнил, да и в универе успел "военку" попосещать), то здесь, в инженерных войсках, мне было многое незнакомо. Но по легенде, я был ЭВМщиком (как и в доармейской жизни) на одном "более другом" объекте. И терминов я мог "отсыпать" немерено, от вольной масти. А кому-либо конкретно интересоваться моей работой было вредно для... ну, просто вредно.
Зато, я пристрастился к ихним бушлатам (уже похолодало). Очень удобная вещь! Куда удобнее шинели. Особенно, после модернизации бушлата с помощью четырёх полос из байковой портянки, пришитых суровыми нитками к изнанке. Две бутылки спереди и две сзади скромно и уютно грели душу, превращая банальное возвращение из города в казарму в подвиг полярного лётчика, доставляющего на льдину челюскинцев жизненно важный груз.
Должен ещё отметить, что инженерная рота располагалась на первом этаже основательного двухэтажного здания, построенного после войны благодарными немецкими военнопленными, которые не хотели умирать. А на втором этаже были различные комнаты служебного назначения и несколько "кубриков" для прикомандированных солдат и просто командировочных (типа, гостинницы). Жить в комнате на четверых или шестерых - это не общая казарма на 100-150 человек! К тому же, хоть выключатель освещения находился снаружи комнаты и после отбоя дневальный выключал их все, но внутри-то были электророзетки! И мы набрасывали на стекло над входной дверью "светомаскировочное" одеяло и включали самодельные бра. Электрокипятильник у нас тоже был, фабричный, без самопальных "приблуд" из лезвий или пластин. А стаканы комнате были положены по инвентарному списку, вместе с графином. Курорт, епта! Главное - не чокаться стаканами громко. А то "на хвост падают" влёгкую. Даже товарищи офицеры.

Так вот, ближе к делу. Возвращаюсь это я в родной "кубрик", как солдат по городу из популярной тогда песни, и вся улица светла если не от улыбок девичьих, то от более весомых причин, уже "заряженых" в мой бушлат. Сегодня у Исая "днюха" и он должен был уже получить на почте "кабанчика" (посылку) из дома. И другие мужики тоже принесут каждый что надо. А бушлат с карманАми - только у меня, я упрямый, меня иголкой с нитками не напугаешь. Сталбыть, "горючее" - моя стезя.
И как-то так я замечтался слегонца, представляя как хорошо и вкусно будет и Пашка-повар картошки жареной с грибами принесёт... А я ж, вдобавок, сегодня от дочки капитана парохода, милейшей Лизоньки, душевный прЕзент получил - пачку голландского табака для моей трубки-носогрейки... И, может, даже дам корешам затянуться раз-другой... Ну, или отсыплю малёхо, нехай самокрутками обходятся...
А военному никак нельзя расслабляться и в мечтательность впадать, пока ты не в расположении части!
- Товарищ солдат! Ко мне!
Ась?! Ёпта, патруль!!! В двадцати шагах! А я - "не по форме" и "заряжен"! Тут и маршрутный лист не спасёт.
Делаю вид, что начинаю движение к патрулю, но сделав шаг-выпад, разворачиваюсь на 180 и с высокого старта бегу быстрее лани, быстрей, чем заяц от орла. Но чувствую я, что бежать мне тяжеловато, а чтобы через забор сигануть - и думать нечего. Какая-то лань из меня - никакая, можно сказать, - беременная. А с офицером курсанты, здоровые лоси, тренированные, ВВшники краснопёрые, вертухаи будущие. Как есть повяжут! А день рождения - только раз в году, но нету нигде волшебника с голубым вертолётом... нигде...
Но есть синий троллейбус, уже отходящий от остановки! Я рвусь изо всех сухожилий, но догоняю подвывающего спасителя и, вцепившись в лесенку, ведущую на крышу, вспрыгиваю на маленькую подножку сзади. И не до удаляющихся воплей офицера мне уже, мне хорошо и радостно. Лишь только состояние отечественных дорог меня беспокоит - не слетела бы нога на ухабе. А второй ногой не стать, подножка-то совсем маленькая. Ну да ничего, не баре, чай.
В-общем, едем и смеёмся, пряники жуём. Пряники - это просто я Маршака вспомнил по случаю предужинного времени, а смеялись мы с парнями, ехавшими на этом же троллейбусе, но с другой стороны заднего окна, унутре, стало быть, и видевшими мой побег и как #меняневзяли и #наснедогонят! (Кстати, зачёт по флешмобу, скажите?!)
Но тут парни, которые унутре, стали мне пальцами в стекло тыкать, как бы показывая назад, мне за спину. Слегка покрывшись инеем от мысли, что патруль был с автотранспортом и сейчас возьмёт меня за жопу шиворот как в переносном смысле, так и - чем чёрт не шутит - в прямом, я поворачиваю голову, терзаемый неиллюзорным предчувствием эпичного пиз... фейла. И вижу радостные, но доброжелательные лица гражданских ментов, едущих за мною на "луноходе". А менты военных не берут, не берут! Ля-ля ляля ля-ля!
Менты - молодые, сами, небось, пару лет назад "самоходили", вот им и по-приколу. Я им даже рукой помахал и снова в лесенку вцепился. Они мне сигналят и рукой показывают "Давай к нам!" Хотел было я им дулю показать, но решил погодить. Может, они - в хорошем смысле. Один похлопал по сидению сзади и большой палец показал, потом "мир-дружбу". Ну, надо решаться, пока троллейбус на остановку заруливает.
Слез я на грешную землю, дохромал до "лунохода", лыблюсь изо всех сил, стрёму прочь гоню.
- ЗдорОво, служивые! - говорю.
- ЗдорОво, джигит! - отвечают - Как оно, с одним-то стременем?
- Хреновато, вощето. Но кому щас легко? Надо стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы. Чай, не забыли-то сами?
Ржут, черти! Довольные, своё вспомнили. Это хорошо, это братство, мужское, да.
- Давай подвезём тебя, боец. Небось, ужин скоро. Садись, не тормози!
- Спасибо, мужики, спасибо! Мне же, на самом деле, в другую сторону, чем я ехал. И время уже намекает, что могу пролететь мимо ужина, как фанера над Парижем.
- Спокуха, солдат, щас как вжарим.. с цветомузыкой!
И вжарили, с сиреной и мигалкой, только держись за что можешь!
Доставили меня до КПП как "полкана", ещё и вышли, руку пожали и откозыряли мне! Не, ну нормально? Менты солдату козыряют! Оба-два сержанты, на минуточку. Лицедеи-комики!
Правда, один "фауст-патрон" я им отдавал, просто так, за дружбу. Не взяли. Мы, говорят, такого добра в любой момент себе раздобудем, а вам - нужнее. Тем более - "днюха", святое дело.

И пошёл я в часть, как по красной дорожке, мимо круглых глаз дежурного наряда.