Мы утратили чувства жалости,
сострадания, чистоты.
Как ни странно, без этой малости
стали души у нас пусты.
Наши души, как дом заброшенный,
где давно уж живого нет.
Лишь порою, ак гость непрошеный,
забредет туда солнца свет.
И предстанет во всем убожестве
всеми брошенный пыльный хлам.
А его тут такое множество,
что убрать не под силу нам.
И не бросить. Ведь столько строили
предки, думая и о нас,
хоть совсем мы того не стоили.
Да и стоим ли мы сейчас?!
Запустили мы дом, забросили,
а ведь в нем еще будут жить.
Да и сами вернемся к осени:
век бездомными не ходить.
Нам бы только попытку малую,
и порядок бы снова был.
Образа принести б усталые
и зажить, как наш прадед жил.
Хоть он сам ошибался, каялся,
но людей он любить умел,
потому что душою маялся
да на образ Христа глядел