Поскольку бессмысленно отрицать наличие в партийной программе требований в интересах национальностей, фальсификаторы направляют свои усилия на то, чтобы опорочить мотивы включения их в программу. Салливэн, например, стремясь показать, какой он объективный, на одной лишь 10-й странице дважды ссылается на Ленина и трижды на Сталина и приводит большие выдержки из их работ о том, что национальная рознь, а также пренебрежение национальными чувствами, национальной культурой, языком и т. п. не соответствуют интересам революции. Но какова истинная цена его «объективности», обнаруживается тут же, когда он — разумеется, вне всякой связи с процитированными источниками — объявляет интересы революции внутренне чуждыми интересам национального освобождения. «Таким образом,— заключает он без всякого на то основания,—можно видеть, что враждебность большевиков к национальному угнетению основывается не на фундаментальной оппозиции к национальному угнетению, как таковому, а на убеждении, что подавление национальных чувств, даже буржуазных по характеру, не служит интересам революции»
А Лоу подозрительно спрашивает: «искренне» ли рассчитывал Ленин осуществить программу национального освобождения, основанную на праве наций на самоопределение?— и, разумеется, отвечает на этот вопрос отрицательно. Ленин и партия, оказывается, «холодны, безразличны, даже враждебны» к национальностям, а право наций на самоопределение лишь уступка национализму и имеет чисто тактическое значение
«Ленинский неожиданный (?) интерес,— пишет Дмитришин,— мотивировался не желанием решить национальную проблему. Отнюдь нет. Сила национализма как потенциальное оружие, которое надо было использовать в осуществлении социалистической мировой революции,— вот что привлекло его внимание». Это же проповедует Пайпс: «Ленин рассматривал национальную проблему как нечто, что надо использовать, а не решать». Даниэльс, считающийся крупным специалистом по истории России, тоже толкует о том, что самоопределение наций рассматривалось большевиками «единственно как пункт политической выгодности». Его дополняет Салливэн: «...право наций на самоопределение должно служить интересам пролетариата».