Россия радикально меняет курс. Отныне задача уже не в том, чтобы вписаться в клуб ведущих держав, но чтобы отстоять право России быть полностью независимой и свободной державой, великой мировой державой, самостоятельной цивилизацией.
С 1991 года уже выросло поколение людей, которые не знают о многих важнейших событиях этого периода, а те, кто знает, чаще всего заблуждаются относительно их смысла. Мы можем с уверенностью говорить о том, что мы знаем историю, только в том случае, если мы понимаем смысл того, что в ней происходит.
1991 год был годом конца национал-большевизма в России.Советский период завершился.
В переломный момент 1991 года после неудачной попытки консервативного путча, власть полностью захватили носители третьей идеологии – либерал-реформаторы, атлантисты и западники. Они способствовали развалу Советского Союза и были создателями современной Российской Федерации, изначально задуманной как либеральное, прозападное образование.
Для либералов распад СССР был победой и праздником, для представителей русской партии – трагедией и геополитической катастрофой.
Власть в РФ захватили прозападные силы, которые обеспечили идеологически захват основных экономических рычагов олигархами и преступными группировками из своей среды. Ельцин стал инструментом в руках этой прозападной олигархической группы либералов.
На повестке дня у либералов стояла задача постепенного распада и самой Российской Федерации – либеральные идеологи поддерживали сепаратизм в Чечне и аналогичные процессы на других территориях.
Такова была «первая Россия», Российская Федерация – политический организм, захваченный русофобской олигархической элитой, коррумпированным конформистским чиновничеством и безгласным и бесправным народом, оглушённым экономической, политической, информационной «психической атакой» либеральных реформ, шоковой терапией (коллективной лоботомией народа).
Особенностью этого второго этапа новейшей русской истории является постепенное выведение патриотического дискурса из маргинального в общепринятый, декриминализация национального чувства, восстановление в правах как русской идеи, так и национал-большевизма (в духе Александра Проханова). Но всё же здесь власть принимала правила игры, установленные американцами, -- однополярный мир, свободный рынок, идеологию либеральной демократии, -- пытаясь лишь вписаться в глобальный мир на более выгодных и достойных основаниях, чем в лихие 90-е. Путин повёл курс на восстановление суверенитета России, но на первых порах действовал осторожно и с оглядкой.
Путин оценил крах СССР как геополитическую катастрофу.
Референдум в Крыму есть поворотный пункт и момент колоссального идеологического значения. Это переход от «корпорации Россия» к «цивилизации Россия». От формулы либерализм + патриотизм к формуле просто патриотизм.