Yuuki: Я не жду, что это кто-то поймёт... Я не думаю, что кому-то будет интересно это читать... Писалось для себя... Я предупредил...

- Почему у тебя вечно одно и то же выражение лица?

- А что такого?

- Просто интересно. Ты на это не способна?

- За мимикой иди к мелкой. А  я тут сижу, не для этого...

- Мне всегда было интересно какую роль ты здесь играешь. Кроме всеобъемлющего безразличия.

- Да просто пока я сижу здесь - этот мир не трескается на куски...

©

Небольшой мирок, поделённый на троих - это просто Ад, в котором они заперты, будучи не в силах выбраться. Вне его пределов их просто не существует, и если они хотят выжить, им придётся остаться здесь. Но, сейчас уже легче. Они нашли компромисс - больше нет нужды сражаться за территорию, больше нет смысла выяснять, кто их них важней. Всё, что здесь есть - принадлежит тому, кто, возможно, никогда не откроет своих глаз. По крайней мере, в этом состоит их надежда, иначе они просто исчезнут. Вместе со своим "Адом"...

Здесь не бывает тишины - она сводит с ума. Каждого из них. Поэтому, любое, из проходящих мимо, мгновений наполнено каким-то звуком. Время от времени это звонкий перестук маленьких каблучков и шелест детского платья. Обычно, их сопровождает весёлый смех, но это редкость, на самом деле.

Чаще слышится скрежет затачиваемой стали. Равномерный, затянутый звук. Он начинается тихо, затем быстро набирает громкость, и уже вскоре, срывается с лезвия одним слитным движением: вжжжииИИХ...

А ещё, если прислушаться, можно различить тихое перелистывание книжных страниц. Больше здесь особо нечем заняться: можно читать, затачивать свою ярость, и иногда мечтать. Или, когда совсем уж скучно - можно поговорить. Впрочем, все эти разговоры всегда быстро подходили к своему логическому завершению...

Здесь скучно... Здесь нечего делать, и здесь ничего нет. Когда-то было... Давно... И, хотя, они знают, но не помнят этого - не застали. Их тогда здесь не было. По крайней мере, двоих из них. А третья... третья здесь была. Она всё видела, всё помнит... Просто рассказывать не хочет - не для того она здесь. Не потому она - это она. Её задача... другая...

Тонкий звук замер где-то над головой, и больше не повторился. Натруженной руке требовался отдых, да и оба лезвия глефы уже не было смысла натачивать. Они вновь сияли идеальной остротой, обещая мгновенно разрезать всё, чего коснутся. Пристальный взгляд внимательных глаз, не отрываясь, следил за мягким белым бутоном, распускающимся в руках девочки. Она сидела не далеко, улыбаясь, увлечённая своим занятьем. От усердия, она высунула кончик языка, даже не заметив этого. Ещё несколько секунд, и невиданный цветок распустился, мягко светясь в темноте. Это было похоже на то, как рисовали когда-то в детских мультиках: нежное, красивое творение, поблёскивающее искорками на свету... Вот, только, в мультфильмах, волшебные цветы не засыхали спустя минуту после своего расцвета.  Не желтели, сворачиваясь хрупким пергаментом, не опадали, исчезая в темноте, не тускнели и не растворялисьпрахом в воздухе. Здесь - не мультфильм.

Расстроившись, девочка шмыгнула носом. собираясь заплакать.

- Не смей реветь.

Его голос разнёсся по всему этому миру, исчезая где-то в мягкой невидимой глубине. Бархатный, предостерегающий звук. Девочка обернулась и бессильно всхлипнула.

- Вот только попробуй тут сопли развесить, я тебя самолично придушу.

Он вообще ненавидит детей. Ненавидит чужую слабость и безвольность. В ней, в этой девчонке, его раздражает абсолютно всё. Каждый кудрявый волос на её кукольной голове, каждая оборка её голубого платья. Она - его полная противоположность.

- Что, ещё одно желание исчезло?

Этот голос другой. Он вялый, чуть растягивающий гласные... Безразличный. Не вставая со своего места, она спросила исключительно для справки. Ей всё равно. Такова  её роль здесь...

- Да уж, - он усмехнулся, заправляя за ухо мешающуюся прядь волос. - А мелочь уже собралась тут нюни распускать...

- Сам ты мелочь! - Голос у девочки звонкий, обиженный. Она упрамо поджала губы, но слёзы из её глаз так и не потекли. А смысл? Никто её здесь не пожалеет - это она знала точно. А Желание... Ну что ж, такое уже было. Сотни раз до этого. Таким был этот мир - здесь умирало всё, кроме них троих. Иногда, девочке удавалось вырастить целый сад, вокруг них, прежде чем он, в какой-то момент, не обращался прахом...

Бессмысленно пытаться...

Но её роль - это надежда. То, без чего всё здесь давным давно уже рухнуло бы. Снова... А пока... Она просто не будет плакать.

- Зачем каждый раз пытаться - это всё равно бесполезно, - неэмоциональный вздох, больше похожий на завуалированный зевок, и полуприкрытые уставшие глаза снова скрылись за раскрытой книгой.

- Смотрите, кто заговорил, - не смог он удержаться от ехидного замечания. - Нужели, твой пофигизм позволиле тебе рот открыть?

- Иди ты, - донеслось ровное в ответ.

- Похуистичная задница, - хмыкнул он, любовно проводя пальцем по острому лезвию.

- Язва ПМС-ная... - буркнули из-за книги.

- Придурки, - вынесла вердикт девочка, отряхивая платье от несуществующей пыли. Она задрала голову кверху, перекатываясь с пятки на носок, и обратно, представив, что любуется россыпью серебристых звёзд. Плакать уже не хотелось - обида и разочарование отошли куда-то на задний план. Да, ничего не изменилось... Но и хуже не стало...

Можно было просто стоять здесь и воображать ночные звёзды в этой непроглядной темноте. Можно было быть уверенной в том, что эти двое ещё не раз поругаются. Можно было верить в то, что этот хрупкий мирок продержиться ещё один день, опираясь на них троих... Можно было... Не важно... Главное, что всё ещё было, и всё ещё можно...