БетаDevil’s mom (crokozyabra@yandex.ru)
Переводчикur1ka (lisael@rambler.ru)
ПейрингГП/ДМ
Жанрhumour
РейтингR
Аннотация Странная история о любви и лжи с двойным дном, двумя прологами и двумя эпилогами.
Размермакси
Источник: http://fanfiktion.de/s/407848f600000682067007d0
Пролог №1.
Пришло и нам время поговорить обо всем этом.
О королях… как же без них, без Золотого Мальчика Гриффиндора и Серебряного Принца Слизерина.
О капусте… она и волшебном мире — галеоны.
О сургучных печатях… откровенно говоря, я не знаю, куда можно присобачить сургуч, а вот о печати поговорим обязательно. И не о той резиновой штучке с ручкой, которую прикладывают к важным и не очень документам, в том числе и к свидетельству о браке, а о печати с большой буквы. О Периодической Печати.
О стоптанных башмаках… мне точно неизвестно, сколько пар обуви стоптал редактор журнала «Современная Ведьма», но скандал он нашел и сенсацию обнародовал.
Итак, выяснив, о чем будет рассказано в этом высокоморальном поучительном произведении с двумя прологами и двумя эпилогами, решим, когда же началась эта история.
И потому…
Пролог №2.
С чего же мне начать? Может быть, с тридцать первого июля тысяча девятьсот восьмидесятого года, когда родился Главный Герой Волшебного Мира и этой истории?
Или чуть раньше, пятого июня того же года, когда имение Малфоев огласил первый крик второго, но не по значимости, героя этой же истории?
Или еще раньше, когда маленький Томми, впоследствии прославившийся, как Темный Лорд Вольдеморт…
Хотя, нет, о нем я говорить не буду, потому что его в нашей истории просто нет. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, Герой Магического Мира, мечта всех девочек и многих мальчиков. (Пожалуйста, примите без объяснений толерантность магического мира к однополым отношениям. Так надо.) В общем, этот самый Гарри уже успел разделаться с Лордом. Когда, где и каким образом мне совершенно не интересно. Лицам же, заинтересованным в прояснении этого вопроса, рекомендую обратиться к другим авторам, которые тщательно и с большим усердием осветили эту часть истории. Для моего рассказа это совершенно не важно!
После победы над Лордом Гарри не впал в депрессию и спился, не покинул магический мир, скрываясь от славы под чужим именем и внешностью. Он также не впитал в себя силу Темного Лорда и не приступил к реализации планов захвата мира.
После битвы ему не посчастливилось проваляться неопределенное время в коме, самоотверженно выхаживаемым бывшим сальноволосым ублюдком, а ныне по уши влюбленным в него Севом.
Драко Малфой не сподобился в финальной битве прикрывать спину своего возлюбленного, мужественно кидаясь под Непростительные заклятия и шепча холодеющими устами последнее «прости». Злые языки утверждали, что почти смертельная болезнь, вынудившая его крайне вовремя покинуть Англию, была обыкновенной диареей. Ну, что бы там ни было, Драко был тоже жив, здоров и вне всяких подозрений.
Оба героя, прежде чем вступить во взрослую жизнь, приняли разумное решение закончить школу. Где мы и поищем их.
И начну я эту историю с ранней весны тысяча девятьсот девяносто шестого года.
Глава 1. Миром правят деньги.
Был поздний вечер пятницы.
Высоко наверху, в гриффиндорской башне, в своей кровати, за задернутыми занавесками, обложенными антиподслушивательными, антиподглядывательными, антивынюхивательными и другими не менее мощными заклинаниями, сидел Гарри Поттер и с ужасом глядел на что-то, лежащее на его ладони. Монетки.
Он вновь и вновь принимался пересчитывать свою наличность, но от этого сумма не изменялась. Четыре сикля два кната.
Дело в том, что, несмотря на всеволшебную славу и битком набитый сейф в Гринготтсе, Гарри все еще был несовершеннолетним волшебником. По этой причине опеку над его финансами принял на себя профессор Дамблдор, который, в силу своего старческого маразма или вековой мудрости, искренне верил, что шестнадцатилетнему молодому человеку вполне хватит пяти галеонов в месяц на карманные расходы. Он рассчитал, что сладостей, купленных на эти деньги, достаточно даже для удовлетворения его аппетита, не говоря уже об остальных.
Вероятно, быстро прогрессирующий склероз стер воспоминания об иных, более приемлемых для молодежи, развлечениях. Как бы то ни было, Гарри с ужасом представлял, как он сможет выжить завтра, во время похода в Хогсмит. Паника и отчаяние заполоняли его чистую душу.
* * *
Глубоко внизу, в слизеринском подземелье, в своей кровати, за задернутыми занавесями, обложенными всевозможными анти заклинаниями (смотри выше), сидел Драко Малфой и с ужасом смотрел на монетки в своей руке. Он вновь и вновь пересчитывал их, но сумма не изменялась. Четыре сикля два кната.
Дело в том, что, несмотря на наличие крупнейшего состояния во всем Волшебном мире, Драко Малфой был все еще несовершеннолетним волшебником. А поскольку Малфой-старший наотрез отказался покидать уютно-обжитую камеру в Азкабане, где наслаждался заслуженным покоем, а Нарцисса, прихватив из семейного особняка все, что не было приклеено, привинчено или прибито родовой магией, скрылась в неизвестном направлении с молодым учителем верховой езды (к счастью она не смогла запустить руку в гринготтские хранилища, так что Драко оставался богатейшим наследником Волшебного мира), то опеку над финансами принял на себя профессор Дамблдор, который, в силу своей старческой мудрости или векового маразма, искренне верил, что…
(Гордясь собой: "Во предложение завернула!")
В общем, оба героя находились в абсолютно одинаковом незавидном положении. О чем даже и не подозревали. С чем оба и отправились в дебри личных кошмаров.
* * *
За завтраком Гарри, как и положено юноше его возраста, энергично и с аппетитом набивал животик.
Попутно он, с таинственным выражением лица, отказывался от всех предложений прогуляться в Хогсмит, оправдываясь наличием своих планов на этот день.
Внезапно в его тарелку приземлилась довольно-таки потрепанная сова и с утробным рычанием принялась поглощать остатки его завтрака. Уворачиваясь от оскаленного клюва, Гарри ухитрился отвязать письмо, для разнообразия написанное не на розовой бумаге.
Подозрительно оглядевшись по сторонам, Гарри нырнул под стол и развернул послание.
Нет денег?
Пустяки!
Максимальная оплата при минимальной работе!
Заинтересован?
Сегодня в полдень в Кабаньей Голове.
Кабинет №3
И Гарри принял судьбоносное решение — идти.
На всякий случай он поплотнее наелся. Мало ли куда занесет его судьба. Он может и не успеть вернуться к обеду.
* * *
Потаинственнее закутавшись в мантию с капюшоном, Гарри огородами пробрался к трактиру и почти вполз внутрь. Хозяин, ничуть не удивившись обычному для этого заведения виду гостя, кивнул в сторону закрытых кабинетов для особо мнительных гостей.
— Что ты здесь делаешь, Поттер?
— Так это ты нацарапал это послание?
— Письмо о деньгах? Я тоже получил подобное…
Не говоря больше ни слова и сверля друг друга подозрительными взглядами, конкуренты обменялись совершенно идентичными посланиями, затем почему-то обменялись назад. Задумались.
— Интересно, в чем дело? — глубокомысленно пробормотал Малфой.
— Об этом, господа, я и хотел поговорить с вами, — в их беседу вмешался низенький мужчина с намечающимися лысиной и животиком. Он радостно улыбался искусственной челюстью и комкал в руках потрепанную старомодную шляпу-пирожок.
— Я рад, что вы решили последовать моему приглашению и прийти сюда. — Он сделал какой-то пируэт, смутно напоминающий поклон.
— Риттер Сникерс, редактор, издатель и хозяин журнала «Современная Ведьма», — представился незнакомец и заулыбался еще шире.
— Не могли бы мы посмотреть на ваше удостоверение? — с непроницаемым лицом потребовал Драко.
— Не то, чтобы мы вам не доверяли… — попытался вернуться к вежливости Гарри, незаметно пнув под столом чью-то ногу.
— Но бдительность — прежде всего, не правда ли, Поттер? — закончил Малфой, сделав лицо еще более непроницаемым.
— Очень предусмотрительно, мистер Малфой! — засиял мужчинка. Он порылся в карманах своего потрепанного пальто и выудил еще более потрепанное удостоверение.
Некоторое время Малфой и Поттер потратили на поиски почти неуловимого сходства между фотографией и оригиналом.
— А вы уверены, что это ваше? — сделал сомнительную попытку посомневаться Гарри.
— Достаточно, Поттер. Пора переходить к делу. Время — деньги, — зачем-то уточнил Малфой.
— Разумеется, — засуетился представитель прессы. — Позвольте угостить вас чем-нибудь… недорогим.
Церемонно усевшись за рюмочками с водопроводной водой, Малфой и Поттер с искренним негодованием заожидали пояснений.
— Вы, наверное, не в курсе, что весна является самым непродуктивным временем…
— А как же посевная? — не удержался Гарри.
— Для журналистов, мистер Поттер. Нет ничего, кроме посевной, конечно, о чем можно было бы писать.
— И тогда вы что-то изобретаете, — меланхолично выдал Малфой свои догадки в области печати.
— Вот именно! — засиял Сникерс. — Но, если вы думаете, что все сенсации высосаны нами из пальца, то глубоко ошибаетесь.
— Тогда откуда? — Гарри попытался язвительно, по-слизерински, ухмыльнуться. Он еще слишком хорошо помнил Риту Скиттер и ее портившие ему жизнь статьи.
— Поттер! Пошляк. Господин редактор имел в виду согласование сенсаций с объектами скандала. Нельзя использовать историю без доказательств.
— Так они действительно ТАК поступают?
— Только на публику, Поттер. Так с какой стороны это может быть прицеплено к нам, господин издатель и владелец?
— Отличный вопрос, мистер Малфой. Я планирую действительно скандальную историю. И не без вашего участия.
— Точнее.
— Что вы знаете о Ромео и Джульетте?
— Любовная история? Я справлюсь. Поттер — вряд ли. Поэтому, можете гнать его взашей и…
— Мммм. Не так быстро. Я имею в виду любовь между враждующими кланами… Гриффиндор и Слизерин…
— Не ясно… — на этот раз в голосе Малфоя прорезались действительно угрожающие нотки.
— Вы и мистер Поттер, — чарующе улыбнулся Сникерс.
— Стоп. Вы, вероятно, больны. Я отказываюсь. — Твердо заявил Гарри и встал, намереваясь уйти.
— Поттер, заткнись! Сколько?
— Десять процентов чистого дохода от продажи всех изданий, в которых вы будете упомянуты. Как пара. Постеры и телевидение в счет. Каждому.
— Пятнадцать — и мы в деле, — Малфой решительно протянул руку издателю.
Поттер кинулся вперед, оттаскивая Малфоя от Сникерса, и одновременно затыкая ему рот. — Извините нас, один момент, нам надо посоветоваться…
Он оттянул Малфоя в темный угол и прижал к стенке. — Ты что? Совсем спятил? Ты понимаешь, что это значит? Возможно, нам придется даже поцеловаться.
— Послушай ты, последняя ДАЖЕ в Гриффиндоре девственница. За деньги я готов поцеловать ДАЖЕ тебя. А за хорошие деньги я поцелую тебя ДАЖЕ перед всей Англией. И вообще, — Малфой сделал вид, что задумался, — …будь милосерден к врагам своим. Я отчаянно нуждаюсь в деньгах. Так что призови на помощь свое благородство и согласись на неплохое предложение и приличное вознаграждение. В свою очередь, я обязуюсь не обсчитывать тебя.
— Ну, я тоже немного не рассчитал со средствами… — смущенно признался Гарри. — Но обещай, что мы будем согласовывать наши действия и заявления.
— Клянусь, Поттер.
— Ну и что вы решили?
— Мы согласны.
— Тогда подпишите магический договор.
На подписание всех бумаг, яростную торговлю и уточнение мелких деталей, типа, кто будет оплачивать необходимые подарки или номер в отеле, ушло еще полтора часа. Наконец, все формальности были завершены и первые фотографии сделаны. Участники переговоров встали со своих мест, пожали друг другу руки и приготовились разойтись по делам.
— Подождите! — Гарри покраснел, застыл на месте и испуганно заморгал. — Это что же… все подумают, что я… — Он покраснел еще больше и закончил едва слышно, — …гей?
— Дошло!
Глава 2. Первая ласточка.
«Гарри Поттер и Драко Малфой: Да, мы любим друг друга!»
Их история напоминает драматическую любовь Ромео и Джульетты. Вы думаете, что известная поговорка «от любви до ненависти — один шаг» сбывается только в кино или литературе? Вы ошибаетесь! Это стало реальностью для Гарри Поттера, нашего известного всем и каждому героя, и Драко Малфоя — несчастного сына Пожирателя Смерти. «По окончании школы мы планируем жить вместе», — поведал нам платиноволосый слизеринец, с любовью в сияющих серебристых глазах. Прекрасные…
— Думаю, меня сейчас стошнит, — простонал Малфой. Он действительно уже ощущал во рту неприятный вкус.
— Ты еще не видел фотографию, — уныло подтвердил Гарри.
Драко вопросительно посмотрел на него и открыл издание на любезно указанной странице. На ужасно слащавой картинке они держались за руки, улыбаясь друг другу медовыми улыбками.
— Боже, верни меня на место, в ад! — простонал Малфой и брезгливо отбросил журнальчик в угол пустой классной комнаты, куда он затащил Поттера перед завтраком.
— Хочется напомнить, что на этом настоял именно ты, — ханжески потупившись, заявил Гарри.
— Хорошо-хорошо, это был Я!!!! Как-нибудь выдержу. Надеюсь, это не продлится достаточно долго. А деньги, знаешь ли, не пахнут. Кстати, пахнет заманчиво. Завтракать, Поттер!
— Вероятно, нам пора привыкать называть друг друга по именам. Я думаю, это будет как-то убедительнее… — задумчиво предложил Гарри.
— Мыслитель! Пошли, Гаррррри. Уууууу.
* * *
У дверей в Большой Зал Драко скептически оглядел своего избранника.
— Так, Поттер. Сейчас представь, что это… — Драко продемонстрировал свою кисть, — …снитч. Хватай его! Вот, правильно. А теперь зафиксируй на лице это выражение блаженного идиотизма, которое ты выдаешь за радость. Мы входим!
Держась за ручки, они вступили в Зал. Драко растянул губы в своей самой приветливой улыбке.
— Сокровище, у нас сейчас Зелья. Сядем рядом, и я смогу помочь тебе, — с необходимой, достаточно интимной, но рассчитанной на внимание публики громкостью заявил Драко. Казалось, что его не заботят ни взгляды учеников, ни реакция преподавателей.
После внезапной кратковременной тишины разразился громкий скандал.
— Я всегда говорил, что Поттер — гей! — надрывался кто-то из Райвенкло. — У него уже была целая куча романов!
— Бедный невинный Драко! Отдать свое целомудрие этому Поттеру! — вслух горевали за пуффендуйским столом.
Внезапно Гарри почувствовал азарт. Негодующие, удивленные, растерянные лица окружающих странным образом подстрекнули его авантюрную жилку.
— Любовь моя, на время завтрака нам придется расстаться. Но я буду помнить тебя, — слезливо заявил он и рванул к своему столу.
— А что ты сделал с настоящим Драко Малфоем? — с почти боязливым интересом спросил Забини.
— Так, слушать всем. Повтора не будет! Я не клонировался и не похищался внеземными цивилизациями. Просто я — счастлив. Блюэээ.
— С Поттером? — почти беззвучно уточнил Гойл.
— Отлично, ты научился различать гриффиндорцев. Огромный прогресс, — Драко впился зубами в солидных размеров бутерброд и случайно взглянул в сторону вражеского факультета. Гарри оскалил зубы, пытаясь изобразить восторг, и послал ему воздушный поцелуй. Откашлявшись от салями, Драко закатил глаза в экстазе и дал себе зарок никогда больше во время еды не смотреть на это малфоевское наказание.
— Но ты же ненавидел Поттера?
— Каюсь, ошибался, можете называть его теперь Гарри. Все же теперь он мой… ооох… возлюбленный. Вот черт!
* * *
После занятий Драко ожидал Гарри в пустом классе, где они должны были скоординировать дальнейшие действия. Блондин уже битых десять минут метался от стенки к стенке в ожидании этого лохматого природного явления. Вечно оно опаздывает! Совершенно типично для Гарри! Внезапно Драко понял, какими словами думает, и жутко испугался. Это звучало так, будто они были старыми супругами. Он вздрогнул от деланного отвращения.
Внезапно дверь распахнулась, и на пороге возник Поттер. Вероятно, он бежал. Или даже мчался. Щеки разрумянились, очки висели, чудом зацепившись за кончик носика. Мантия сбилась и была… измята на бедрах. Вдобавок к этой собла… неприятной картине. Поттер запыхался и теперь хватал воздух приоткрытым ротиком с такими алыми… Тьфу, черт.
— Ты опоздал, — возмущенно потребовал объяснений Драко, демонстративно глядя на часы.
— Ох, извини. Я совершенно забыл о времени. Помогал Джинни с домашним заданием, — пояснил брюнет, поправляя очки и мантию.
— Ах, это теперь так называют? — с ледяным сарказмом протянул слизеринец и захотел дать сам себе по роже за неуместное любопытство. Какое ему дело до делишек Поттера и этой малолетней потаскушки?
— Ты уже получил письмо от Сникерса, Гарри? — легко и незаметно Малфой сменил тему.
— Да, Драко. Вот оно! — Сияющий Гарри протянул конверт. Запечатанный.
— Ты даже не открыл его? Был так занят этой рыжей? — порыкивая, Малфой вскрыл конверт и углубился в чтение.
— В субботу мы приглашены на ток-шоу «Я люблю!» Так, у меня появился шанс доказать свое утверждение.
— Какое утверждение? — Поттер удивленно, но пока благожелательно уставился на Драко.
— Поцеловать тебя перед всей Англией!
— Но, я думаю, мне кажется…
— Только не говори, что ты не делал даже этого! Я не переживу шока. Нецелованный Поттер! Интересно, насколько реально продать этот факт? Я думал, что ты уже…
— Ты ошибался, — разъяренно зашипел Гарри, одновременно придавая себе вид поруганного достоинства.
— Не злись. Мы должны это сделать. Увы, но придется. Губы подставляй.
Гарри подозрительно оглядел соблазнителя, закрыл глаза и вытянул губы трубочкой.
Драко вздохнул, обхватил рукой буквально одеревеневшие плечи и нежно прикоснулся губами к виску Гарри. Увидев распахнувшиеся в удивлении глаза, легчайше, как перышком, скользнул губами по щеке, остановившись в уголке рта, куда и лизнул шаловливым язычком.
Гарри распахнул рот и отшатнулся, немного смущенно отводя взгляд.
— Это было настолько ужасно? — хмыкнул Драко. — Вот только не надо лгать, что тебе не понравилось!
— Ты вообще ничего не понимаешь! — заорал Гарри. — Прекрати говорить такое! И вообще… — он развернулся и ринулся из класса так же быстро, как и вбежал в него.
— Эй, Гарри, — успел окликнуть его блондин. — Завтра после уроков — вторая репетиция!
Глава 3. Первый поцелуй.
За неполную неделю оперативные совещания перед завтраком в пустой классной комнате стали традицией. Сегодня была пятница, и на завтра была назначена съемка ток-шоу.
По каким-то известным только Мерлину причинам, порт-ключ был установлен с восьми вечера пятницы до шести вечера воскресенья. В расшифрованном виде это означало, что им предстояло провести вместе все эти проклятые выходные.
— Могло бы быть и хуже, — меланхолично проворчал Драко. Он изучал рекламный проспект отеля, в котором для них был забронирован номер. — Отель высшего класса.
Гарри неотрывно глядел на стенку. Слизеринец проследил траекторию его взгляда, подошел к стенке поближе и точной Авадой уничтожил сидящую там муху. Гарри разрыдался.
— Правильно, Поттер. Я тоже заметил, что наши выходы в Большой Зал больше не вызывают интереса и не возбуждают сенсации. Этак мы ничего и не заработаем.
Гарри всхлипнул последний раз, вытер носик и достал блокнотик.
— Я тут прикинул наши возможности и составил кривую падения интереса к нам в широкой общественности. По моим расчетам, мы должны были продержаться еще пару дней. Но люди так быстро ко всему привыкают…
— У меня есть предложение.
— Что именно, Драко?
— Мы вроде как репетировали?
Гарри немного смущенно потупился. До сих пор его смелость не дошла даже до приоткрытого рта. Зато в губки он чмокался уже совершенно профессионально.
— Пора на премьеру, Поттер.
Брюнет с ужасом уставился на этого слизеринского ловеласа.
— Можешь забыть об этом, — пробормотал он, озираясь и ища пути отступления. Но блондин ловко перехватил его за руку.
— Мы ввязались в эту игру, Поттер. Пути назад отрезаны, — угрожающе зашипел он. — И я клянусь, что сегодня же потискаю тебя перед всей школой! Но только ради святой цели. Деньги, Поттер. Деньги. Хрусты, капуста, бабки, мышки. Тебе знакомы эти слова?
Гарри задергал носом, принюхиваясь к аромату наживы, и кивнул. Его метла срочно нуждалась в тюнинге.
Когда Гарри и его «друг» вступили в Большой Зал, на них никто не обратил внимания. Явного. Первый десяток красавиц и красавцев, употребляя слова «выделываются», «выпендриваются», «все так могут», «а чем мы хуже?», добились того, что новосозревшую пару игнорировали. Но, тем не менее, из поля зрения не выпускали.
Гарри чарующе заулыбался вазочке с булочками и на несколько секунд вывалился из реальности. Чем Малфой и воспользовался.
— Гарри!
— А? — Бесхитростный мальчик, как был, с приоткрытым от предвкушения ужина ротиком , так и развернулся к Змеюку. И в этот самый приоткрытый ротик немедленно ворвался чужой язык. Гарри замер, парализованный ужасом, неожиданностью, страхом, что Драко перестанет… А Малфой работал языком, будто, наконец, дорвался до десерта. В то же время его руки неторопливо изучали выпуклости и впадинки задней нижней части туловища гриффиндорца. Но, когда малфоевская передняя нижняя часть туловища начала совершать круговые движения, втираясь в такую же часть Поттера, Гарри уже не выдержал. С пылающими щечками, что-то невнятно лепеча, он отстранился и, опустив голову, посеменил на свое место.
— Я встречу тебя после Предсказаний! — Бросил Малфой ему вслед и, сопровождаемый улюлюканьем и свистом, направился на свое место.
Гарри, как оглушенный, сидел у той самой вазочки со свежими, поджаристыми, хрустящими булочками и размышлял. Это что же получается? Малфой только что украл его первый поцелуй да еще и на глазах у всей школы.
Какое блаженство!
* * *
— Поттер, а ведь совсем недурно, — Малфой шнырял по предоставленному им отелем номеру для новобрачных, изучая каждый уголок. Апартаменты состояли из гостиной, спальни и ванны. Большой ванны. На двоих.
Едва Гарри увидел двуспальную кровать, он немедленно заявил, что будет спать на диване. Что он совершенно не собирается доверить свое спящее тело известному слизеринскому развратнику. И что…
— А ничего подобного, Поттер! МЫ, ты слышишь? МЫ ОБА будем спать в одной кровати. Люди не глупы, и горничная сразу поймет, кто где спал. А я не собираюсь упускать свой заработок. Даже если для этого придется рискнуть и переспать с тобой в одной кровати.
Ну, короче, они легли в эту самую кровать. Гарри ухитрился почти зависнуть на противоположном от Малфоя краю, поплотнее завернувшись в свое одеяло. Драко с недоверчивой ухмылкой наблюдал самоохранные действия гриффиндорца.
— Боишься лишиться невинности? Не беспокойся, я не трахаюсь с неопытными новичками.
— Боюсь? — Гарри с негодованием на мордашке повернулся к Драко. — Тебя? Мечтай. — И в доказательство своих слов даже немного размотал одеяло.
— Ох, Поттер. Сладких тебе мечтаний.
* * *
— …и таким образом мы отдались на волю своих чувств, забыв о социальных и классовых неравенствах и предрассудках. Тот, кто не может этого сделать, вызывает у меня искреннее сочувствие. — Рука Малфоя поглаживала плечи Гарри, доказывая страстную любовь и любовную страсть. Ставя точку в своей речи, он притянул Поттера к себе и впился поцелуем в с готовностью приоткрытый рот.
Пресса защелкала фотоаппаратами, запечатлевая горячий поцелуй горячих парней. Уже на следующий день копии этого поцелуя наводнят волшебный мир.
— Вспомни о деньгах и сделай довольное лицо, — шепнул Малфой прямо в ухо Гарри.
— Господи… Завтра это увидят все, — простонал Гарри, силясь придать лицу выражение неземного блаженства.
— Поттер, расслабься и получи удовольствие, тем более что тебя пока не насилуют.
Отмучившись несколько часов, они добрались до своего номера только поздно вечером. Утомленный до истощения Гарри с трудом удерживался на бортике кровати, пытаясь заснуть.
— Поттер, подвинься ближе к середине, иначе ты вывалишься из кровати, — искренним тоном посоветовал Малфой. — Или ты все еще боишься? — закончил он совершенно зловеще.
Гарри подвинулся на пару сантиметров.
— Я уже говорил, что ничего не боюсь.
— Докажи.
— И как же?
— Поцелуй меня! По-настоящему.
— Мы сегодня уже целовались. Или здесь тоже есть камеры?
Вместо ответа слизеринец навалился сверху, губами накрывая рот брюнета. Гарри затрепыхался, пытаясь сбросить агрессора. Драко перехватил его руки, вжимая их в матрас и с насмешкой наблюдая за бесплодными попытками вырваться.
— Слезь с меня! — Гарри возмущенно извивался под сильным телом.
— С удовольствием, но только после того, как ты будешь умолять меня остаться. И это будет скоро.
Гарри в ужасе замер. Что планирует слизеринец? Не пришло ли время звать на помощь? Наверное, лучше не надо. Это будет стыдно.
Тем временем руки этого ублюдка забрались под пижамную курточку и расстегнули ее. Гарри лежал неподвижно. Блондин приступил к странной процедуре вылизывания сосков гриффиндорца. Обнаглевший от податливости жертвы, Малфой коленом раздвинул ноги несчастного и накрыл рукой горку в штанишках Гарри. Тот задохнулся и ахнул. Почему он позволяет Малфою все это? И почему ему это нравится?
— Ну и как? — Ох уж эта вечная малфоевская жажда знаний!
— Прекрати болтать, Дракооооох.
— Расслабься, тебе понравится. Я просто помогу тебе получить удовольствие.
Гарри сдался. Он прикрыл глаза и отдался на волю ощущений. Поглаживания в паху не были неприятны. Скорее наоборот. Но он скорее откусил бы себе язык, чем признался в этом.
Теперь наглая рука забралась в штанишки и, не теряя времени, охватила его член теплой ладошкой. Гарри не мог протестовать против этой неожиданной интимности. Малфой медленно водил рукой вверх-вниз, выманивая у брюнета заветные стоны. Гарри инстинктивно вскинул бедра вверх и ускорил темп.
Когда он, наконец, ахнув, напрягся в последний раз, выплескивая семя в жаркую ладошку, и, мурлыкнув, прикрыл глаза в томной усталости, то до него дошло, где он и с кем.
Мама, его, кажется, почти изнасиловали! Он же не хотел! И ему совсем не нравятся мальчики, тем более, Малфой.
Гарри вскочил и кинулся в ванную, где нашел совершенно спокойно умывающегося Малфоя.
— Зачем?
— Только чтобы немного расслабить тебя. Ничего особенного. Разве вы в своей квиддичной команде не делаете этого? — небрежно ответил блондин и совершенно спокойно улегся в кровать.
Гарри немного помедлил, перед тем как потушить свет и лечь рядом. Он вслушивался в размеренное дыхание Драко, размышляя о странных ритуалах и традициях слизеринцев. И вопрошая небо и ад, а что тогда у них считается особенным?