Margaritas ante porcos
Иносказательно: не стоить говорить о том, что собеседники не могут ни понять, ни оценить должным образом.
А. С. Пушкин (письмо к А. А. Бестужеву, конец января 1825 г.): «Первый признак умного человека - с первого взгляду
знать, с кем имеешь дело, и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подоб.».
http://echo.msk.ru/programs/persontv/1578274-echo/ И.Петровская
― История, которая очень активно обсуждалась в первую очередь интернет-публикой. Это история, как целиком и полностью вырезали М. М. Жванецкого, приглашенного на церемонию ТЭФИ на прошлой неделе. Он вышел на сцену и не попал в финальную трансляцию, которая была показана каналом РЕН-ТВ. Но поскольку есть Интернет, то очень скоро в Интернете появилась полная версия этой церемонии, и стало понятно, что произошло. Потому что телевизионщики некоторые начали говорить, что выступление у него было в этот раз не слишком удачно и типа классика пожалели, пощадили и поэтому не выдали в эфир.
Михаил Михайлович выходит на сцену, говорит, что он очень волнуется, потому что он понимает, что его призвали разбавить концентрацию. Концентрация очевидна, поскольку камера показывает тех, кто сидит в зале. Концентрация там телевизионных вельмож, то есть руководителей каналов, продюсеров, ведущих, в основном главных государственных нынешних федеральных каналов. И вот на этом фоне разбавляет концентрацию, выходит Жванецкий и начинает читать монолог под названием «Девушка и дедушка». Там видимо написанное с натуры или, по крайней мере, угадывается некая реалистическая основа. Диалог между редакторшей или продюсершей молоденькой и классиком сатирического жанра, где его редакторша инструктирует, как надо выступать для того чтобы добиться рейтинга. И там такие прекрасные фразы, один намек, нет, дедуля, намеков нам не надо, мы работаем для всех, это телевидение, умные тоже встречаются, но очень много придурков, поэтому нам нужен рейтинг и еще есть фраза насчет того, что мы работаем все, у нас каналов много и мы разные. Но работаем на эхо, сказали чего-то и ждем эха. И оно к нам возвращается уже исправленное, дополненное. Дальше интересно не то, что он читает. А интересна реакция публики в зале.
― Как обычно когда идет трансляция, она (камера) показывает и выступающего, и реакцию в зале. И дальше мы наблюдаем, как у людей, сидящих в зале, буквально каменеют лица, некоторые еще не сразу сориентировавшись, позволяют себе какие-то в некоторых местах смешочки, но потом, увидев такую реакцию других коллег, тоже стирают мгновенно улыбку с лица и каменеют. Михаил Михайлович, понимая, что что-то происходит не так, можно себе представить, что в этот момент испытывает артист, писатель, исполнитель любой, когда он видит, что реакция прямо противоположная задуманной. То есть телевизионное сообщество, которое сидит в зале и представляет из себя то, что мы называем телевизионным сообществом, демонстрирует солидарность практически полную, а во-вторых, полное неприятие этого отношения к невероятному с их точки зрения праведному на благо государства направленному труду.
И. Петровская― И видимо, в этот момент кто-то что-то выкрикивает из зала то ли типа «хорош», потому что то, что выкрикивают не слышно, но там идет некое шевеление в зале, ропот. ― Да. И Михаил Михайлович говорит: спокойно, пацаны, я сейчас закончу. Потом, оглядев зал и поняв, что может быть пацаны сейчас и бить начнут, он говорит: ладно, я вам другое попроще почитаю. Начинает читать может быть что-то попроще, реакция чуть более оживленная. Но все равно понятно, что публика категорически не принимает. Кстати, Жванецкий не первый раз на церемониях ТЭФИ и я помню, как в 2000 году, который сейчас воспринимается просто вегетарианским и либеральным, он тоже читал монолог очень нелицеприятный о телевидении. И многим показалось неуместным, что у нас праздник, а ты такой приходишь весь в белом и пытаешься нам этот праздник испортить. Потому что тогда прозвучала фраза, которую много лет потом цитировали:
рейтинг — это могучее послание тупых тупым.
И народ в общем немножко обиделся. Многие из зала. Но Жванецкого никому не пришло в голову вырезать, и, во-вторых, люди понимали, что нужно хранить лицо и все-таки смеяться или как-то реагировать улыбками, но никоим образом не освистывать, не зашикивать и не превращать это выступление в то, во что это было превращено. Дальше мы знаем финал этой прекрасной истории. Что это просто вырезали из трансляции. Вот не было такого эпизода. Можно объяснить это, безусловно, тем, что очень ограниченное время было, но, судя именно по содержанию его первого монолога, конечно, речь идет в первую очередь о том, что народ оскорбился. Телевизионный. Потому что ведь вот какая история. Теперь хочется не просто получать деньги, популярность определенную у зрителей, естественно, покровительство власти и все, что сегодня сопряжено с успехом на телевидении, но еще хочется, чтобы тебя уважали, чтобы тебе выражали почтение люди, которые, в общем, считаются почтенными по-прежнему в нашем обществе. И вот в данном случае…