...Что рано утром, 2 мая 2012 года, я выехал в аэропорт Баландино, ибо предстоял мне путь не ближний, но и не далекий в город Орел, где должен был пройти очередной съезд филологов всея Руси. Вылетал я уже полюбившимися мне "Уральскими авиалиниями". Регистрация на рейс несколько отличалась от предыдущих- не регистрировались первые 16 рядов, так как желающих перемещаться в эти праздничные дни было мало, и могла нарушиться центровка самолета, верно, милая девушка на полетной рецепции успокоила, что там договоритесь и сядете ближе (я предпочитаю сидеть в передней части салона).С надеждой на перемены в предполетной безопасности (о коих читал) я переступил порог зоны предполетного контроля родного самолетного вокзала. Увы, снова ботинки, снова ремни прочие прелести, но чего уж тут роптать. Выяснилось чуть позже, что новые правила вступают в действие с середины мая. Очень приятной оказалась встреча в аэропорту с Ириной Юрьевной Карташёвой и Надеждой Борисовной Приходкиной, улетавших в законный отпуск на одном самолете со мной. Такие встречи становятся у нас практически традиционными (см., например, мою запись о возвращении из Оксфорда в Челябинск) и задают очень правильное настроение.
Что полет до Москвы, выражаясь казенным языком, прошел нормально. И на горизонте моего путешествия возник следущий пункт - Курский вокзал. Когда я покупал билеты до Орла, был в какой-то запарке и не обратил внимание на знаковое имение: КУРСКИЙ ВОКЗАЛ. Особенно обидно стало, что я, филолог, не обратил внимания на КУРСКИЙ ВОКЗАЛ! А это любимый вокзал Венечки Ерофеева. Именного с этого вокзала начал путешествие в Петушки, «где жасмин не отцветает и птичье пенье не умолкает» его персонаж Веничка. Вокзал при первом взгляде на него не понравился: безликий какой-то, из советских 70-х годов прошлого века. Однако набегавшая серость была изрядно скрашена чудесной новой встречей: на пути к главному входу я столкнулся с моим добрым приятелем, деканом филологического факультета УрФУ, Валерием Александровичем Гудовым. Следует ли удивляться тому, что сразу после встречи прозвучало объявление о посадке на петушкинскую электричку с перечислением всех культовых станций?!. Уже вместе мы пошли разыскивать памятник Веничке, что с помпой открывали на Курском вокзале четыре года назад , к 70-летию замечательного писателя. Увы, памятника не оказалось. Видимо, разыгравшиеся ныне социальные ветра сделали нежелательным присутствие героя классического произведения советского андеграунда на вокзале, который он сделал легендарным.
Внутреннее убранство Курского прибежища поездов и пассажиров носит бинарный характер. Наибольшую площадь занимает советское строение, где сосредоточены билетные кассы на этаже первом и залы ожидания- на втором. А меньшая часть с небольшим залом ожидания только поездов дальнего следования (южное направление) и симпатичным кафе - историческая, дореволюционная, с запоминающейся лепниной на стенах и потолке. Ожидание 12 -часового поезда на Белгород через Орел за разговором пролетело как орел за жертвой (масса извинений за каламбур).
Белгородский скорый поезд оказался тошниловским, конечно, не таким, как упоминавшийся в одном из постов барнаульский и не упоминавшися ни в одном из оных пассажирский из Челябинска до Ульяновска (вообще-то, конечный пункт у него - Москва), каковым я добирался на соревнования по мини-футболу, но тошниловским все равно. Грязненький пол без ковра, вечно несвежий туалет и все прочие подобающие (или все-таки неподобающие?) дела. Впрочем, чистеньким и радостным оказалось постельное белье, на каковом я, несколько утомленный перелетами-переходами, благополучно заснул. Перед этой приятной процедурой я отметил, что плотность населения в Средней полосе значительно выше, чем на Урале, ибо большие города переходили в средние, средние в маленькие, а маленькие - в села и деревни.
Что высадка в Орле из поезда прошла в «штатном режиме», а сама встреча отдавала оригинальностью: во-первых, случилась она не у вагона, а у выхода из вокзала. Ко всему озадачила и оригинальность движения встречавшего транспорта - в университетский профилакторий, а не в гостиницу «Орел». Точнее, и в гостиницу тоже, но только после возвращения из профилактория. Я ждать не стал и пошел на такси, нацепив для пущей солидности харизматические очечки Ray-Ban, приобритенные по случаю в лондонском аэропорту Хитроу. Удивлению моему не оказалось границ, когда ни одной машинки, осуществляющей извоз за денежки, в пределах вокзальной площади не пеленговалось. Нет. Если быть до конца честным, «таксо» присутстовавало, и водитель его всячески рекламировал, но ехать самодвижущая тележка собиралась только в область. Пришлось покинуть привокзальный тротуар и перейти на «троттуар» (пользуясь формулировкой А. Блока) супротив здания, чтобы оказаться вблизости огромного орла, поставленного с целью визуалировать главный городской бренд. Птица вызвала смешанную гамму чувств: от ощущения того, что именно этим орлом мог бы, наверное, вдохновится Дж. Р. Толкиен при создании финальной части «Властелина Колец» до восприятия «чучельности ситуации». Поясню: представилась сцена - местные жители просто поймали живую птицу-мутаната и вопреки здравому научному смыслу сделали из него чучело. Однако слишком долго рефлексировать по поводу местных чудачеств не имелось возможности, так как шибко хотелось в гостиницу. Я попытался пойти апробированным в Ульяновске путем: выйти на сайт Орла и найти телефон такси. Тут случился второй облом: местый 3G работать отказывался. Короче, "Во рту скопилась пена и горькая слюна, и в позе супермена он уселся у окна". Минут 10 я прибывал в ступоре, потом запустил Navitel Navigator, надеясь на небольшие орловские расстояния. Увы, "ходилка-говорилка" выдала 5 км до гостиницы. Тащится это расстояние с чемоданом на колесиках, было не comme il faut. Вдруг на краю площади замаячила машина с шашечками. С максимальной скоростью я метнулся туда, но опять случилось "обломись": экипаж оказался занят. Зато удалось выяснить номер вызова такси и вызвать! Надо ли говорить о том, что сразу после звонка диспетчеру, на привокзальной площади обозначились сразу 2 таксишки! Уговор, однако, дороже денег и пришлось подождать еще 15 минут, чтобы с опаской подсаживаться к очень сильно татуированному водителю. Путь до гостиницы занял несколько больше времени, чем я полагал , из-за постоянных пробок на сравнительно узкой дороге, именуемой Московским проспектом и являющейся частью шоссе Москва-Крым. Качество ее на удивление оказалось весьма высоким.
Что гостиница «Орел» встретила меня сталинским классицизмом снаружи и евроремонтом внутри. Задержек с оформлением не возникло, и ваш покорный слуга, наконец, добрался до своего 249 номера. Он оказался весьма презентабельным, только вот wi-fi даже по карточке отказывался ловиться. Пришлось делать вылазку в коридор и убеждаться, что у моего номера очень неудачное (в конце коридора) расположение. На этом рассказ о первом дне можно считать исчерпывающим и состоявшимся.
Что 3 мая, во второй день моего путешествия, весь Президиум Научно-методического совета отправился к месту интеллектуальной работы, в Орловский государственный университет. Путь к нему был также не такой скорый, как сообщалось на карте. Вообще, в Орле постоянно происходят такие время-пространственные мутации, и к ним быстро привыкаешь. Штудии наши проходили в Главном здании Орловского университета, каковой был основан в 1931 году как индустриально-педагогический институт.
Что корпус этот воображения не поразил: чем-то похож на наш пединститут, видимо, такой типовой проект начала 30-х прошлого века. Внутренности данного учебного заведения мало отличаются от среднестатистического российского вуза, в том числе и нашего. Позднее я узнал, что старых и новых корпус у Орловского универа аж 11, причем юридический факультет находится на площадке бывшей гимназии, которую в разное время закончили Лесков, Бунин, Андреев и еще 157 известных людей России в разных сферах: от истории до математики.
Что заседание наше посвящено было насущным вопросам филологического образования в связи с переходом на Федеральные государственные образовательные стандарты в компетнтностом формате. Ничего особенно нового лично я не услышал , так как постоянно нахожусь, что называется, в теме. Наиболее интересным для меня были предварительные данные по мониторингу, в котором я сам в качестве эксперта участвовал. Картина в среднем по стране получилась такая же благостно-фантастическая, как в фильме "Кубанские казаки" режиссера Ивана Пырьева на фоне общей тогдашней реальной деревенской нищеты. Обсуждение, что отрадно, по этому и другим вопросам прошли очень бурно-заинтересованно, хотя на нашем Президиуме всегда так. Равнодушные здесь не ходят.
Что после обеда нас повезли экскурсионным маршрутами Орла. Городок Орел, в принципе, небольшой - 350 тыс. человек, хотя и областной центр. Напомню, что население Магнитогорска, например, более полумиллиона, а близкий по численности в нашем регионе - Златоуст. Однако «старинность» (основан 560 лет тому) и близость к Москве (360 км.) сделали данное место весьма привлекательным для русского дворянства. Поэтому орловская земля подарила отечественной литературе и Лескова, и Тургенева, и Бунина. Собственно усадьба Тургеневых Спасское-Лутовиново расположена в 60 километрах от Орла, и туда даже запланирована экскурсия, куда мои коллеги отправятся 5 мая (я , увы, по ряду обстоятельств к ним присоединиться не смогу). Но вернемся к самому Орлу. Первым любопытным местом, о котором хотелось бы упомянуть - Дворянское гнездо. Не следует думать, что его название возникло по мотивам романа И.С. Тургенева. Напротив, именно это пространство на высоком берегу реки Орлик (давшей название городу) озаглавило роман Ивана Сергеевича. В дореволюционные времена «дворянское гнездо» было именно дворянским, так как там селились все благородные люди города. Такое компактное заселение объяснялось тем, что это место не заливалось во время наводнений. Был там дом и фамилии Тургеневых, который сгорел во время одного из пожаров (какая-то страшная ирония судьбы). После пожара Варвара Петровна (мать Тургенева) ничего восстанавливать не стала, продала землю и предпочла купить дом в Москве. В старом варианте «дворянское гнездо» существовало до начала 1970-х годов , когда значительная часть построек была снесена и на их месте возведена детская больница. В меморию же об историческом месте был поставлен камень с напоминанием о бывшем названии. Впрочем, часть (и немалая) дворянского гнезда, садово-парковая, сохранилась и по сю. И не только сохранилась, но стала ареной баталий между хранителями памятников и власть имущими, что норовят лишить тот или иной кусок ландшафта заповедного статуса. Итог пока плачевен и для тех и для других: три мэра пошли слушать песню «и сизый полетел по лагерям», а городское начальство в отместку не финансирует реконструкцию оставшихся строений и разные очистительные мероприятия в парках и садах.
Что потом мы отправились в дом-музей Тургенева. Нужно сказать, что сам дом к Тургеневу не имеет отношения по выше названным причинам, но в этом «хранилище старых эмоций» собраны вещи из разных городов и весей, где довелось побывать Ивану Сергеевичу. Удивил экскурсовод. Во-первых, это был мужчина (первый раз вижу такое в России), а во-вторых, манера ведения экскурсии - весьма неординарная, близкая к театральной. Сначала она меня раздражала, но потом захватила! Образная, яркая речь с точно подобранными цитатами, с неподражаемыми интонациями, собственно, и не могла захватить. Фактически я стал свидетелем спектакля в стиле Гришковца. Побольше бы таких людей, глядишь, и народ бы в музеи потянулся! Особенно приятно, что этот молодой человек оказался выпускником местного филфака. В информационном плане я чего-то особенно нового я не узнал, кроме уточнения заграничных скитаний автора «Отцов и детей».
Что последней нашей остановкой стало место слияния Орлика и Оки. Ехали мы до него долго и тяжело из-за перекрытых дорог (в Орле полным ходом идет подготовка ко Дню Победы). И тут я в полной мере ощутил «прелесть» местных боковых нецентральных дорог. Предельная узость, оставшаяся с прошлых времен, сочеталась с многочисленным ямами или выбоинами. Временами складывалось ощущение, что в некоторых местах асфальт не меняли с советских времен! Я, отвыкший от такого безобразия, в полной мере оценил усилия челябвластей по асфальтоукладке. Само место слияния Оки и Орлика чем-то особенным мне не показалось. Так, обычная речнная стрелка, на которой и строилась крепость Орел. Для осмотра столь незамысловатого пейзажа хватило бы 15 минут - не более. Но тут произошел системный сбой у нашего университетского экскурсовода. Видимо, пытаясь не отстать от своего "тургеневского" коллеги, она заговорила эмоционально и велеречиво. Только смотрелось это все на фоне явно обмелевших рек и необихоженных берегов просто пародийно. Провели мы в речных краях почти полтора часа! На обратном пути обозрели памятник Ивану Бунину скульптора Клыкова, подозрительно похожий на памятник адмиралу Колчаку в Иркутске, что я обозревал во время нахождения в тех краях. При этом системный сбой продолжался, и около монумента мы провели 30 минут и узнали, что это «лучший памятник в Центральных областях России».
Что наконец, мы покинули берега реки Орлик и отправились в гостиницу. Путь назад не сулил ничего хорошего, но, напомню, что в Орле не девствуют традиционные временные законы, потому добрались быстро и без помех. В финале микропутешествия покоробила информация о том, что советский легкий танк Т-70 первым вошедший в освобождаемый город в августе 1943, в 1960-е годы был заменен на Т-34. В этом, конечно, есть своя логика, так как Т-34 - основной советский танк Великой отечественной, но откровенно жаль маленькую и по виду не слишком грозную машину, непонятно зачем лишенную исторических заслуг.